Партизан. Партизанская зона - Руслан Муха

Неподалеку ребята мастерили волокушу для Алеся. С раздробленным бедром, прооперированным совсем недавно, сам он идти, конечно, не сможет, а тащить такого здоровяка придется втроем, а то и вчетвером, не меньше. Было видно, до чего Алесю неприятно быть обузой, но, даже приготовившись лечь на волокушу, он всё-таки выклянчил у Лизы пулемет и тяжело приладил его себе на живот.

Люди потянулись из малинника, выстраиваясь в колонну. Кто-то грустно оборачивался на покидаемую стоянку, кто-то уходил не глядя, ссутулив плечи. Рядом со мной беззвучно встала Лиза.

Я посмотрел на неё, на её бледное лицо, потом перевёл взгляд на свой самодельный костыль. Лес вокруг нас стоял тихий и словно бы неподвижный.

— Пойдём, — сказал я, перехватывая деревянную развилку поудобнее и поправляя автомат на плече. — Пора выдвигаться.

В ответ Лиза поджала губы, кивнула и первой зашагала вперёд.

И мы двинулись в путь. Шли уверенно и решительно, несмотря на скользкий после дождя ковер из прошлогодней хвои, никто не отставал.

Впереди, серым призраком скользя между стволами, шёл дед Макар — он вёл нас тайными тропами, которые знал только он, в обход гибельных мест, туда, где мы оставили беженцев. За ним, тяжело ступая, Игнат и Мартын несли волокушу с Кастусем, который был без сознания. Следом остальные ребята тянули волокушу с Алесем.

За ними шел Петька, держа на поводке Занозу, а та то и дело мотала перевязанной мордой и пыталась брыкаться. Рядом вышагивал Аким, а около него бесшумно трусил Гром — насторожив уши и непрерывно втягивая носом запахи леса.

Я шёл следом, стараясь не скрипеть костылём. За мной вышагивала Лиза. Она приглядывала за замыкающими цепочку Яныком и Розой, вполголоса наставляя их и обучая на ходу своим стрелковым премудростям. А сами Янык с Розой шли последними с оружием наготове, бдительно прикрывая наш тыл.

Мы отошли от малинника едва ли на версту, когда впереди вдруг хрустнуло. Все разом направленно застыли и вскинули стволы. Гром негромко заворчал, но так, чтобы все поняли — впереди свои. В этот момент из зарослей раздался условный знак, ветки раздвинулись, и на тропу вывалился Максимка.

Гимнастёрка на нём была мокрой от пота, к сапогам прилипли комья грязи. Он тяжело дышал, упираясь руками в колени, но, увидев нас, облегченно выдохнул.

— Свои… Догнал всё-таки, — выпалил он, растянув рот в радостной улыбке и одновременно переводя дух. — Я как стоянку в малиннике пустую увидел, сразу понял, что вы недавно снялись. Лес-то кишит сейчас немцами…

Мы с Лизой напряженно переглянулись. Дед Макар, заприметив Максимку, уже спешил к нам.

Я шагнул к нему, опираясь на костыль. Максимка окинул взглядом мою ногу, потом перевёл глаза на Лизу с её перевязанным, пропитавшимся сукровицей плечом, на волокуши с ранеными. Улыбка сползла с его лица.

— Что стряслось? Крепко вас потрепали, командир? — обеспокоенно спросил он.

— После… Живы — и ладно, — отрезал я. — Лучше расскажи, что там Белый?

Максимка сглотнул, выпрямляясь:

— Белый дошел. Соединился с отрядом Тарасова, выбили карателей, отбили деревню Возрождение. Сейчас там окапываются. Трофеи, стволы, патроны — всё есть. Но…

Он запнулся и бросил быстрый взгляд на столпившихся позади ребят. Я понял его без слов.

— Мартын, — скомандовал я. — Давай с волокушами по тропе метров на двести вперед. Там привал десять минут. Янык, Роза — рассыпаетесь в охранение. Мы догоним.

Когда ребята, тихо переговариваясь, скрылись за деревьями, и рядом остались только Лиза да хмурый дед Макар, Максимка продолжил. Голос его немного поник:

— Люди Белого пошли к схрону за мясом, — Максимка нервно облизал пересохшие губы, его взгляд стал дерганым, беспокойным. — Двое их было… Засекли слежку поздно. Немцы на хвост сели. Вели осторожно — ждали, пока наши тайник вскроют и возвращаться станут.

Он судорожно выдохнул, упер мрачный взгляд себе под ноги.

— Фрицы явно хотели выведать, где лагерь Белого стоит. Наши, как их срисовали, попытались увести гадов со следа, покрутить по лесу, да не вышло… Пришлось с боем отходить. Одного сразу положили. Второй тяжёлый, пузо прошито… Еле вырвались.

Я замер, опираясь на костыль. Засада у схрона. Засада у Горелого пня. И егеря, которые, судя по всему, шли именно оттуда за Игнатом и дедом Макаром, а в итоге вышли прямо на малинник.

— Значит, тайники сдали, — тихо, но так, что холодок пробежал по коже, сказала Лиза.

— И малинник таксама, — кивнул Макар.

В голове билась одна мысль: кто знал? Белый знал. Связные знали. Те, кто занимался закладкой припасов. Но с другой стороны, при лесной жизни случайно выведать об этом мог кто угодно. Круг подозреваемых был слишком широк, чтобы рубить сплеча, но факт оставался фактом: кто-то сдал им все позиции.

— Белый так и рассудил, — торопливо кивнул Максимка. — Велел на словах передать: раз егеря пасут сразу несколько точек, значит, случайности тут нет. Тайники засвечены. У нас течь, ищите крысу. И ещё вот это просил отдать.

Он расстегнул ворот, полез за пазуху и достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист.

Я развернул бумагу. Почерк был беглый, с сильным нажимом — писали явно в спешке:

«Бобруйск и Жлобин подтверждают: немецкие гарнизоны истощены. Мы их тут изрядно потрепали, а свежего пополнения фрицам не шлют — всё подчистую гонят эшелонами на юг, под Харьков. После майской мясорубки они туда все резервы вытягивают. В тылу у них сейчас жиденько, сил держать леса уже нет. Пользуясь моментом, мы уводим людей вглубь пущи. Со мной объединились два отряда Тарасова с болот. Закрепляемся. Как прочитаешь — снимай лагерь и стягивай своих людей к нам. Точки снабжения сдали, кто-то сливает координаты. Идите скрытно. Белый»

Я перечитал дважды. Спрятал записку в карман.

Лиза сделала шаг ко мне. Усталость на её лице сменилась холодной сосредоточенностью.

— Немцы шли целенаправленно, Стёпа. Они не прочесывали лес вслепую, они шли по адресам.

Дед Макар смачно сплюнул в траву и сжал кулаки так, что побелели костяшки.

— Як дазнаюся, хто сдал — сваими руками кадык вырву, — прохрипел старик.

— Узнаем, дед, — сказал я, глядя в чащу, куда ушли наши ребята. — Максимка, о том, что Белый знает про предателя, пока молчим. Для всех ты просто принёс приказ отходить к болотам. И про засаду у схрона ни слова. Поняли?

— Понял, командир, — с готовностью отозвался Максимка. Остальные лишь в молчаливом понимании кивнули.

— Пока мы не поймём, откуда именно утекает информация, никто не должен знать, что мы в курсе, — продолжил я. — Пусть думают, что нам просто не