Бесконечность - Марцин Подлевский

В нем не осталось никакого желания — разве что увидеть Пин Вайз. Это желание было единственной трещиной в его нерушимой структуре, пятном, которое не смог заморозить даже вечный лед Бледного Короля. Это было все, что у него осталось, не считая презрения и типичной для всех Вестников глубокой, мрачной ненависти к самому себе.

Он чувствовал только это, пока не оказался на поверхности Терры. Планеты, которая не заслуживала даже благословения Бледности. Мертвого луна-парка расы, которая уже давно должна была вымереть. И эта мертвенность заставила его — хотя бы на мгновение — почувствовать еще что-то: покой.

Проклятый стоял долго. Его полупризрачная, рваная одежда развевалась на легком ветру, но изуродованное, мертвое лицо оставалось неподвижным, как и глаза, похожие на пятна дрожащей черноты. Казалось, он мог стоять так вечно — без движения, пустой и тихий, как сама планета. А потом он снова открыл сферу микроглубины и вернулся на свой корабль.

В самом начале, когда Бледный Отряд еще формировал свои ряды, Вестник был рабом грима. Теперь, как и Бледная Княжна, он принял свое призрачное наследие: прожженную Бледностью призрачную «Утреннюю Звезду». Это был правильный выбор: присутствие на борту единственного колосса человечества и осознание того, что он окружен ранее правившими здесь Холодными, заставляли его чувствовать нечто похожее на слабое чувство принадлежности.

Бледный Отряд ждал.

Агония Солнца должна была длиться еще долго. Только когда она закончится, дающая жизнь звезда превратится в красного гиганта. По крайней мере, так и было бы, если бы ничего не нарушило этот цикл жизни и смерти. Однако Вестник Бледного Короля услышал зов Бледности и послушался его.

Верховенство Проклятого сначала отошло на безопасное расстояние. Рядом с Солнцем остался только один грим — огромный гигант неопределенного размера, поскольку часть его структуры находилась в глубинном призраке. Корабль долго собирал силу, которую наконец выпустил в сердце Солнца. Сразу после этого удара грим открыл Глубину и вошел в метапространство. То, что должно было произойти, ускорилось. Дающая жизнь звезда раздулась, внезапно взорвавшись красным светом, который за одну секунду пожрал Меркурий и Венеру.

Терру, может, и не постигла такая же жестокая судьба, но она не была помилована. Ужасное излучение и температура превратили ее в шар обожженного шлака. А потом Солнце резко сжалось, превратившись в белого карлика.

Агония подошла к концу. И только наблюдавший за уничтожением Вестник где-то в остатках своего прежнего сознания нашел сравнение между смертью Терры и избавляющим ударом, который — так давно — нанес ему доктор Харпаго Джонс.

9

Суррогат

Цель любой Программы — реализация.

Воплощением Программы является Машина.

Машина — это отдельная часть Единства.

Единство — это Сущность, а Сущность — это Программа.

Машинный кодекс

Госпожа Алаис Тине поняла, как мало она может сделать, только после долгого вынужденного космического путешествия.

В принципе, она понятия не имела, где они находятся. Сначала они были в Ободе Лиги, но потом начали перемещаться по значительной части Выжженной Галактики. Однако проблема была не в этом. Использование дыр или искр для преодоления таких больших расстояний было бы понятно, но «Легат» каким-то образом использовал Выгорание. Он не только плыл в Глубине, но и бороздил области, которые самые старые космические путешественники считали разрушительными. Таким образом, Тине не могла предсказать, где они появятся в следующий раз.

Они наверняка прошли через VDB-HA 176, то есть звездную группу в южной части Выжженной Галактики, и попали во внегалактический сектор NGC 6101. Там, к удивлению Алаис, Маделла Нокс получила данные из забытого, неработающего херувима, заявив, что в нем находится Искусственный Интеллект, созданный во времена Галактической Империи. К сожалению, дальше стало еще хуже. Как узнала отстраненная Тине, они использовали Выгорание, чтобы добраться до Обода Федерации. По картам они оказались где-то между скоплениями NGC 2483 и NGC 2384 — то есть глубоко в просторах Федерации, между Рукавом Ориона и Персея. И там же они наткнулись на остатки старой битвы.

Остатки человеческой флотилии дрейфовали между обломками Ствола Консенсуса. Было легко догадаться, что произошло. Скорее всего, неподалеку находился защищенный Глубинный Плацдарм, который был атакован превосходящими силами Чужаков. Генерал, который командовал флотилией, кто бы он ни был, наверное, приказал всем прыгнуть одновременно в сторону Рукава Ориона. Во время прыжка Синхрон вышел из строя, и корабли оказались в межрукавном пространстве, в одиночестве и без защиты от Консенсуса, который их преследовал. Сражение было жестоким и закончилось, скорее всего, победой Чужаков. Об этом говорило соотношение обломков не в пользу людей.

— Это только остановка, — спокойно сказала Маделла, когда Алаис снова начала требовать объяснений. — Но это не значит, что мы не будем сканировать обломки в поисках еще работающих ИИ.

— Мы рядом с Рукавом Ориона, — сказала Тине, с трудом сдерживая нарастающие эмоции. — Это почти Внутренние Системы. Лазурный Штаб Синхронной Стратегии…

— Нет. — Маделла погасила изображение, и карта сектора исчезла, уступив место пустому голо ручного Эмитера Данных. — Как я уже много раз говорила тебе, лазурного ШСС не существует. На это указывают действия Вестника Бледного Короля.

— Опять то же самое. — Алаис прищурила глаза. — Опять Вестник, опять этот Бледный Король… Можешь в это верить. Но это не меняет того факта, что…

— Нет, — перебила ее Нокс. — Это не подлежит обсуждению. Ты полезна, Тине, но напоминаю, что ты всего лишь пассажир на моем корабле. — Маделла встала с машинного аналога навигационной консоли и направилась к выходу. — Я буду в своей каюте, — добавила она. — Начни сканирование.

Госпожа Алаис не ответила. Она знала, чем может грозить отказ выполнить приказ — жестким стазисом, и, скорее всего, навсегда. Вместо этого она лишь взглянула, как за бывшей Посланницей Человечества закрываются автоматические двери.

То, как мало она узнала за время их совместного путешествия, было как минимум разочаровывающим. Можно сказать, что Маделла передавала ей новости как не подлежащие обсуждению аксиомы, демонстрируя веру, достойную аколита Жатвы. Ее не интересовали сухие факты, а точнее — она не была заинтересована в их анализе. С другой стороны, она обладала информацией, которая указывала на то, что она довольно хорошо ориентировалась в ситуации. Например, она могла сказать, что Бледный Отряд того загадочного Бледного Короля, о котором говорила Маделла, был разделен на Верховенства, подчиняющиеся отдельным Вестникам. Это были Проклятый, ответственный