Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

Это была карта гор и рек.

Черное – земля, белое – горы и реки. Хотя линии пересекались, черно-белые клетки были грубы, можно было различить изгибы Девяти излучин Хуанхэ, великую реку Янцзы, очертания величественных Пяти священных пиков, бескрайний хребет Куньлунь.

– Эта карта, несомненно, указывает места, где заложены те самые механизмы, иными словами – следующие ключи к разгадке «Шаньхэ Шэцзи» на твоем теле.

– Но отметок нет, – Чжу Юйхэн молча кивнул, глядя на карту.

Все горы и реки были лишь линиями, составленными из белых точек, бледными и безликими. Даже в местах, где уже произошли бедствия – в Шуньтяньфу, на Хуанхэ, в Цяньтанване, – не было никаких пометок.

А-Нань снова склонилась над золотыми иероглифами на бамбуковой пленке, тщательно их изучая, но в конце концов разочарованно вздохнула.

– Все равно не получается… Основа загадки, оставленной Фу Линъянь, у нас есть, но где искать эти «точки»?

Она снова и снова вглядывалась в бамбуковую пленку, но так и не нашла никаких следов. В конце концов она сказала:

– Как бы то ни было, раз у нас есть эта карта, найти ключевые точки будет нетрудно. К тому же нам еще нужно исследовать подводный город в заливе Бохай. Начнем с этого.

* * *

Судно вышло из Янцзы в Циньхуай и медленно причалило к берегу, окруженное сиянием огней.

Лодка, выделенная властями Цзян Байляню, стояла пришвартованная. На борту сидела девушка, болтая ногами и лузгая семечки. А-Нань с первого взгляда узнала Ци Ся. Та смотрела на Цзян Байляня и улыбалась.

– Ты зачем пришла? – недовольно спросил тот, поспешно спрыгнув в лодку.

Ци Ся, прикрыв рот ладошкой, хихикнула и, схватив его за руку, потащила в каюту. А-Нань стало любопытно. Сходя на берег, она услышала из той лодки приглушенный рык Ци Ся:

– Меньше слов! Живо надевай!

Девушка украдкой заглянула в щель между досками каюты и увидела, как Ци Ся швырнула в Цзян Байляня какие-то башмаки и с досадой проговорила:

– Я, между прочим, первый раз в жизни кому-то обувь шью, а ты даже не примешь?

– Я привык целыми днями босиком по лодке ходить. На сухопутных надевай – хоть на Дун Лана, хоть на младшего господина Чжо, – Цзян Байлянь отвернулся, голос его звучал неестественно.

– А у них ноги такие же, как у тебя? Я же специально по твоей ноге мерку снимала! Кому еще эти башмаки подойдут? – Ци Ся прямо взбеленилась. – Я, знаешь, как изворачивалась? Пока с тобой разговаривала, украдкой рукой твою вонючую ногу обмеряла – чего мне все это стоило!

Услышав это, Цзян Байлянь немного смягчился. Неловко взяв башмаки, он примерил их и спросил:

– Глянь, строчка кривая-косая. Дун Лан и господин Чжо разве не побрезговали бы?

– А им мне с какой стати шить? Захотят – пойдут в лавку готовой одежды и купят! – рявкнула Ци Ся и, заметив, что выражение лица Цзян Байляня стало мягче, сразу сменила гнев на милость. Она приблизилась к нему, улыбаясь, взяла под руку и сладким голосом спросила: – Братец, ты никак ревнуешь? Скажу тебе по секрету: я действительно только тебе одному башмаки сшила, и это в моей жизни первый раз, когда я кому-то что-то шью!

Цзян Байлянь побагровел до корней волос, отдернул руку и буркнул:

– Выметайся с лодки! Мне надо за город отчаливать. За ночную стоянку здесь налог берут.

– Так подбрось меня! У меня как раз сегодня дел нет, хотела за город прогуляться…

А-Нань, сдерживая смех, подумала: «Не выскользнуть этому зеленому Цзян Байляню из крепкой хватки Ци Ся, опытной в любовных вопросах».

Она на цыпочках развернулась и пошла прочь, глядя, как лодка Цзян Байляня уплывает по реке за город, увозя бесстыжую Ци Ся.

Глава 13. Вместе озарим эту ночь

Стемнело, в Восточном дворце один за другим зажигались огни. Мириады светильников выхватывали из темноты очертания многоярусных крыш с загнутыми углами, делая дворец похожим на небесные чертоги.

Супруга наследника в сопровождении служанок вошла в Восточные покои и, отослав всех, направилась внутрь. Там она увидела Чжу Юйхэна, склонившегося над столом в усердных трудах, и ее обычно величественное лицо исказила тень досады.

– Юй-эр!

Он поднялся ей навстречу, но услышал лишь упрек:

– Мать тысячу раз просила: береги себя! А для тебя мои слова точно ветер!

– На днях пришлось отлучиться, теперь нужно наверстать упущенное по службе, а еще готовиться к экспедиции в Бохай и уладить здешние дела. Все это не терпит отлагательств, – Чжу Юйхэн указал на груду свитков и бумаг на столе.

– Небо обширно, а земля бескрайна, но в сердце матери самое большое место занимают дети. Все остальное – не стоит внимания, что такого случится, даже если отложить дела на несколько дней?

– В этом году катастрофы следуют одна за другой. Если не принять мер вовремя, пострадают простые люди, целые области придут в запустение. Как это можно откладывать? – Чжу Юйхэн усадил мать. – Да и что плохого со мной случится, если посплю на час-другой меньше?

– А потом усталость от непосильных трудов накопится, сляжешь больной – сам же и пожалеешь, – вздохнула мать с тревогой. – Сыновья взрослеют и перестают слушаться мать. Видно, мне придется найти человека себе на замену, кто бы как следует за тобой присматривал.

Чжу Юйхэн отстраненно улыбнулся, не став продолжать эту тему.

– Что это такое? Ты не только наши с отцом надежды не оправдываешь, но и самого государя ослушаться готов? Если ты и дальше будешь откладывать выбор супруги, как же ты примешь милость государя? – Видя его реакцию, супруга наследника сменила тему и спросила: – В тот раз в загородном дворце ты видел многих девушек из знатных семей, наверняка же есть та, что пришлась по сердцу?

– При тех обстоятельствах мне было не до того, – с досадой ответил Чжу Юйхэн.

– Ну, это не беда – я для тебя присмотрела. Девушка из семьи У – искренняя и милая, при дворе много последователей ее деда. Девушка из семьи Лю – главная красавица, происходит из выдающейся семьи…

Чжу Юйхэн, слушая перечисления матери, только улыбнулся и, взяв со стола недочитанный документ, принялся его листать. Супруга наследника нахмурилась и, прижав ладонью бумаги, спросила:

– А что же ты сам хочешь, Юй-эр?

– Матушка знает, что я хочу не этого, – спокойно ответил Чжу Юйхэн.

– Юй-эр, тебе пора образумиться, – лицо супруги наследника слегка омрачилось. – Твоей супругой может стать кто угодно, но только не эта разбойница, это абсолютно невозможно.

– Матушка, прошу вас, не