Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

Набережных в Нижнем Новгороде было две. Одна располагалась прямо над второй, как балкон в театре. Верхняя опоясывала холм, нижняя спускалась к самой воде. Чкаловская лестница в шесть сотен ступеней соединяла их. Утром здесь продавали мороженое и холодный лимонад, ночью зажигали фонари.

Иногда бабушка Рита и Марго покупали билет на канатную дорогу. Они катались с одного берега Волги на другой, ели пломбир в вафельном стаканчике и смотрели на реку. В ясные дни кабинки быстро перелетали с одного берега на другой. Если бушевал ветер, наоборот, ползли еле-еле, а то и вовсе останавливались на середине пути. Марго тогда становилось чуточку страшно, и бабушка, чтобы успокоить внучку, отдавала ей собственное мороженое.

У самого берега Волги, на постаменте, покоился катер-герой. Его длинный птичий нос бросал тень на серые плиты набережной. На бортах любили отдыхать и чистить перья белокрылые чайки. В начале века он ходил по реке, выпуская кольца дыма из полосатой трубы, а теперь застыл на вечной стоянке. Издалека он был похож на детскую игрушку: Марго с такой купалась в ванной, когда ей было пять. Казалось, если надавать на палубу, зазвучит тонкий гудок.

– Ночами в каюте катера-героя теплится свет и мелькает тень капитана, – говорила бабушка Рита.

Она знала множество историй, порой странных, порой жутких или смешных. Это не было похоже на обычные сказки, которыми обычно убаюкивают внуков. Бабушка Рита плела узор из городских легенд и баек про призраков. Но больше всего Марго любила слушать про Петлю Чкалова.

Бронзовый летчик стоял на постаменте из черного гранита. В солнечные дни его тень падала на верхние ступени лестницы, носившей его имя. Ее выстроили в форме восьмерки, с полукруглыми маршами и смотровыми площадками.

– Говорят, если выйти к Чкаловской лестнице на рассвете, когда первый луч падает на ступени, она может вывести тебя в другое время, – рассказывала бабушка Рита. – Будешь подниматься – покажет будущее. Будешь спускаться – прошлое.

Марго снизу вверх посмотрела на лестницу, похожую отсюда на перевернутый знак бесконечности. Сердце часто заколотилось в груди.

– Видишь то место, где пересекаются звенья восьмерки? – продолжила бабушка Рита, вытянув палец с наманикюренным ногтем. – Здесь можно столкнуться с прохожим из другого времени. Советские инженеры специально построили Чкаловку, чтобы путешествовать между эпохами. Сконструировали рукотворную временную петлю.

– Значит, и мы можем попасть в будущее? – нетерпеливо спросила Марго.

– Попасть? Нет… Что-то у советских инженеров пошло не так. Путешествовать нельзя, можно только посмотреть с лестницы одним глазком. Но, когда сойдешь со ступеней, волшебство развеется.

Бабушка была слишком молодой, чтобы рассказывать сказки. Марго – слишком взрослой, чтобы в них верить. Но вместе они делали вид, что немножко верят. Не притворялись, как дети, которые врут, что ждут деда Мороза, чтобы выпросить лишний подарок. Нет, просто играли понарошку, будто лестница на самом деле показывает будущее, на катере живут призраки, а Чкалов в День Авиации сходит погулять с постамента.

Марго специально заводила будильник, чтобы не проспать рассвет. Много раз она спускалась и поднималась по ступеням. Иногда ей даже начинало казаться, что город слегка изменился, а незнакомцы на лестнице похожи на гостей из других эпох. Но, конечно, это было всего лишь одной из сказок.

В то лето Марго так и не смогла подружиться ни с кем из ровесников. Она не играла с другими детьми во дворе и не просилась в шумную компанию на футбольной коробке.

Ей хватало бабушки Риты, ее уютной квартиры и чудесных историй, в которых город словно оживал. Когда родители вернулись из отпуска, Марго почти не завидовала их загару и фотографиям с моря.

* * *

Окончательно семья перебралась в Нижний Новгород, когда Марго исполнилось двенадцать. Вступив в наследство, родители переехали в ту самую квартирку, в которой когда-то так чудесно пахло красками. Бабушка Рита умерла, так и не успев постареть и превратиться в настоящую старушку с палочкой и пирожками. Марго тосковала по ней до боли.

– Ты-то что убиваешься? – удивлялась мать. – Ты же ее почти не знала.

Впервые войдя в квартиру, еще свеженькую после ремонта, Марго обошла все углы, ноздрями втягивая воздух. Красками больше не пахло. Все картины тоже куда-то подевались. Отец сказал, что часть продал, остальные раздал друзьям на память. Марго подозревала, что на самом деле он их попросту выкинул, и втайне злилась на него. Кто бы купил эту мазню? И уж тем более вряд ли степенные бабушкины приятельницы, пришедшие на поминки, захотели бы повесить у себя над столом танцующих обезьян и розовых жирафов с кларнетами и гобоями. Рита рисовала странные картины. Она вообще была неправильной бабушкой.

Марго тяжело переживала переезд. Друзья остались в другом городе, живая болтовня с ними сначала превратилась в безликую переписку в мессенджерах, а потом и вовсе сошла на нет. Пришлось привыкать к новой школе. Отец постоянно пропадал на работе, мама, наоборот, уволилась, чтобы посвятить себя лайф-коучингу и йоге. Теперь она целые дни снимала мотивирующие ролики или фотографировалась, принимая асаны. Денег не прибавлялось.

В бабушкиной волшебной квартире не осталось ни бабушкиного, ни волшебного.

Марго стала чаще гулять одна и ярче подводить губы. Играть, будто она верит в сказки, было не с кем. И все же против воли она порой вспоминала истории об оживших памятниках и городских призраках. В такие моменты казалось, что ноздри щекочет запах свежей акриловой краски.

Однажды, бесцельно бродя по набережной, Марго вдруг вспомнила легенду о временной петле Чкалова. Стояло раннее осеннее утро. От реки поднимался туман, в воздухе пахло сыростью и палыми листьями. Катер-герой на постаменте, все такой же величественный и неподвижный, рассекал белую дымку острым носом, как разрезал когда-то настоящие волны.

Первый луч солнца вырвался из гущи облаков и скользнул по ступеням Чкаловской лестницы. Марго подняла голову, взглядом обводя каменную восьмерку, перевернутый знак бесконечности. Усмехнулась, покачала головой. Сделала первый шаг.

Шутка ли, пройти почти шесть сотен ступеней, чтобы проверить сказку, в которую не веришь. Сначала Марго шла бездумно, опустив взгляд на собственные ботинки. К носку правого прилип желтый листок. На левом отходит подошва – в школу придется идти с мокрыми ногами.

Первую сотню ступенек Марго миновала легко. На второй зашагала медленнее, сопя носом. На третьей закололо в боку, как после кросса на физкультуре. Вымотавшись, Марго остановилась на смотровой площадке, чтобы перевести дыхание. Облокотившись о выкрашенный красной краской бортик, она стянула с головы шапку и вытерла мокрый лоб.

Туман понемногу рассеивался. Сквозь дымку проступали очертания реки и небоскребов на