Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

Леда бесцеремонно подсела к столу, удобно устроившись в изящном, повторяющем контуры её тела, кресле. Подобное, но не такой тонкой работы оказалось под Кеельсее. Гиптий после некоторого колебания опустился на вытертую до блеска дубовую лавку. То же он велел сделать и Дору, всё ещё в себя не пришедшему.

— Неплохо бы отметить встречу, но у нас, к сожалению, нет времени, — сообщила Леда. — Думаю, ты уже догадался, что Игру, суть которой вы с Кеельсее тщетно пытались разгадать, веду я. Суть её, полагаю, для тебя теперь уже не загадка. Ведь так?

Гиптий кивнул. Из бороды его выскочила застрявшая при трапезе хлебная крошка. Заметив это, Посвящённый отёр рот.

— Власть! — буркнул он сквозь пальцы.

— Власть — это слишком банально. Власти у меня и без того хоть отбавляй! — отмахнулась Леда. — Хотя, впрочем, эффектно разыгранная партия сродни власти, ибо победитель чувствует своё превосходство над побеждёнными. Однако оставим праздную философию. Кеельсее поведал мне о вашем милом союзе и намерении поддерживать баланс сил в этой точке Земли. Полностью одобряю столь благое желание. Оно как нельзя отвечало и моим планам — взаимоослаблять враждующие стороны, покуда я не выйду на сцену со своими верными варварами. Так что, большое спасибо.

— Всегда рад услужить, — спокойно, безо всякой иронии ответил Гиптий, покосившись на Кеельсее. Он тщетно пытался понять, какую игру ведёт его неверный союзник, вернее, чью сторону занимает: играл ли Кеельсее тогда или же он, не выдавая себя ни словом, ни лицом, играет сейчас. Но Кеельсее и впрямь изображал саму невозмутимость, взирая на происходящее с равнодушием, словно оно его никоим образом не касалось.

— Вот это я и хотела услышать. Баггарт, моя Игра вступает в завершающую фазу. Осталось сделать лишь пару ходов, чтобы победоносно её завершить. Ты мне поможешь?

— Ты так считаешь?

— Да, дружок! — Леда покровительственно, с фамильярностью ей не присущей, потрепала Посвящённого по щеке. Гиптий ответил взглядом, исполненным бессилия и неприязни. — Куда ты денешься! В твои планы не входит конфликтовать со мной. Кто не со мной, тот против меня, а к тем, кто против, я не испытываю ни симпатии, ни даже снисходительности. Время чрезмерно милостиво к нам. Слишком многие фигуры сохранились ещё на доске. Пора бы заменить часть их на новые.

Гиптий попытался выдавить усмешку.

— Ты не посмеешь причинить вред Посвящённым!

— Ты так считаешь?! — вернула Леда вопрос Гиптию. — Поговори на этот счёт со своим приятелем Кеельсее.

Кеельсее пожал плечами, поймав вопросительный взгляд Мудреца.

— Что тебе сказать… — Посвящённый помедлил и с язвительностью прилепил словцо, произнесённое только что Ледой: — Дружок! Наша красавица настроена серьёзно. Арий перечил ей, и его не стало. Та же участь ожидает и меня, если буду уличён в третьей попытке интриговать против нашей милейшей хозяйки.

— Так ты не с нею! — обрадовался Гиптий.

— Нет. — Кеельсее потёр обветревший нос. — Реально определяя своё настоящее положение, я бы выразился: я при ней.

— Это меняет дело! — Гиптий коротко бросил фразу настороженно внимавшему незнакомым ему словам Дору. Реакция молодого воина, за эти годы заматеревшего и превратившегося на кельтских харчах из юноши в настоящего исполина, была стремительной. Одна его лапища схватила плечо Леды, вторая метнулась к горлу, намереваясь поймать хрупкую шейку в зажим, от которого нет спасения…

Если бы Дору кто-то сказал, что есть человек, способный вот так запросто швырнуть его через всю залу, он ни за что б не поверил. Если бы ему сказали, что этим человеком будет хрупкая девушка, красотою которой он любовался, он расхохотался б.

Но так и случилось: хрупкая девушка с васильковыми глазами и обликом ангела лёгким мановением руки швырнула его через десять шагов о противоположную стену с такой силой, что затрещали ребра. Через мгновение туда же врезался и Мудрец, сползший на пол, подобно скользящей по глинистому откосу реки лягушке.

Леда тряхнула кистями рук, оправила хитон, с неудовольствием обнаружив на груди небольшую прореху.

— Вот уже чего не ожидала от тебя, Гиптий, так подобной глупости! — В голосе Посвящённой звучали удивление и раздражение, причём ненаигранные. — Ты всегда казался мне осторожным в речах и поступках! Ладно, рисковать собственной шкурой, но ты подверг опасности жизнь этого воина, который тебе, кажется, небезразличен.

— Поглоти тебя вспышка Сверхновой! — выругался Гиптий. — Каюсь, имел глупость забыть, насколько ты превосходишь всех нас силой.

— Особенно, если использую её! — насмешливо оборвала Посвящённая. — Не обольщайся, ты очутился на полу вовсе не из-за силы. Дешёвый трюк — обычное смещение координат сингулярным импульсом. Пора бы и тебе научиться подобному.

— По мне меч вернее.

Гиптий уселся за стол, держась за ушибленный бок. Леда смеялась, казалось, совершенно забыв о нелепой выходке.

— Как раз по тебе этого не скажешь. — Потом посерьёзнела. — Ну что, надеюсь, ты достаточно проверил мои возможности?

— Вполне, но это не значит, что ты убедила меня.

Девушка осуждающе покачала головой.

— Ты упрямо не желаешь прислушаться к моим словам! Речь идёт не о том, сумею я убедить тебя или нет. У меня нет ни желания, ни потребности убеждать. Партия перешла в эндшпиль, а значит, исчезнут все лишние игроки, то есть все те, кто намерены играть против меня. Это тебе понятно?

— Да, — неожиданно севшим голосом подтвердил Посвящённый, не в силах оторвать взора от столь прекрасных и пугающих васильковых глаз.

— Наконец-то! Пойми ещё, я предлагаю тебе дружбу только из расположения. Ты не представляешь для меня ровным счётом никакой ценности, но если готов быть полезным мне, попадаешь в число фигур, которые останутся на доске. Кеельсее согласился играть на моей стороне и сохранил жизнь, а заодно и положение. Изида пошла на союз со мной, а потому не просто сохранит моё расположение, но и умножит его. Юльм, Гумий… Кого я ещё могу назвать?

— Командор, Русий, Арий, твой приятель Чёрный Человек! — подхватил Гиптий.

Леда осталась спокойной.

— Они пытались сыграть против меня, за что и поплатились. Нам, Посвящённым, нужно держаться вместе.

— Какой тогда смысл в Игре, если мы будем действовать сообща?!

Леда призадумалась, словно открыла для себя нечто такое, что обескураживало.

— Резонный вопрос. И, знаешь, я нахожу, что ты в чём-то прав. В будущем я приму этой к сведению. Но на сегодня я всё решила. Эта партия расписана до последнего хода и ничто нельзя изменить. Уже невозможно. Так что, решай, намерен ли ты играть на моей стороне. Если же нет, наш разговор завершён.

Гиптий ответил не сразу. Он покосился на Дора, молча сидевшего подле стены, куда