Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

– Вообще-то обычные рыцари нечасто используют эти приемы. В основном их применяют Сталерожденные.

– Они изучают техники Сталерожденных просто из жажды знаний. Вы наверняка тоже таких людей встречали.

Элион улыбнулся и кивнул.

– Да, знаю. Многие хорошие рыцари, к сожалению, лишены крови Варина и, как бы прекрасно они ни владели мечом, не сравнятся даже с самыми слабыми из Сталерожденных. Я им сочувствую. – Он посмотрел куда-то вдаль, но потом снова перевел взгляд на Йоника. – А эти люди научили вас и другим приемам? Не тем, которым обучают рыцарей Варина. У вас довольно необычный стиль.

– Да, к счастью, у меня было особое обучение.

Повисла неловкая тишина, мальчишка продолжал снимать с Йоника доспехи. Из-под них показалось мокрое, прилипшее к поджарому телу белье. Йоник был худощав, все его мускулы четко выделялись под кожей. Элион смотрел на него с восхищением, подозрения никуда не делись.

Йоника предупредили, что его могут начать допрашивать, и дали инструкции, как себя вести.

– Извините, сэр Элион, но я бы не хотел говорить об этом. Через две недели я должен буду выйти на арену против вашего брата, и я бы предпочел сохранить детали своей подготовки в секрете. Надеюсь, вы понимаете.

– Разумеется. – Элион улыбнулся и отступил назад. – Я все понимаю, мастер Ладлэм. Это ваше право. Простите, если мои вопросы вышли за пределы простого любопытства. – Он поклонился. – Я оставлю вас, чтобы вы могли насладиться своей победой. Прекрасный поединок! Уверен, Алерону придется с вами непросто.

– Спасибо за добрые слова, сэр, но я не думаю, что это будет иметь значение. Сначала мне нужно победить Натаниэля Олорана, а потом Годфри Уилмара. Если я это сделаю, то пройду в следующий тур, независимо от того, как закончится состязание с вашим братом. Надеюсь, этого хватит, чтобы привлечь внимание Стального совета.

– После сегодняшнего дня они уже обратили на вас внимание.

– Приятно слышать.

Элион Дэйкар еще раз поклонился.

– Всего доброго, мастер Ладлэм. Буду ждать ваших следующих состязаний.

Йоник задумчиво проводил его взглядом. Оруженосец наконец справился с доспехами, и Йоник, поблагодарив его, оделся и отправился через весь город в таверну. Он выбрал сложный, запутанный путь и часто оглядывался, чтобы убедиться, что за ним не следят. Положение становилось все опаснее, следовало проявить осторожность. Он понимал, что Элион не доверяет ему, что бы тот ни говорил, и будет искать информацию о его прошлом.

«Что, если он раскроет обман? За мной придут посреди ночи и вздернут на потеху толпе?»

Нет. Его заверили, что этого не произойдет. Обещали, что его прикрытие выдержит. «Но чего именно они от меня хотят? Просто победы в турнире?» Йоник не знал, зачем еще его могли отправить сюда, все инструкции доходили до него лишь небольшими фрагментами. «Пройди групповой этап, дойди до следующего тура». Сейчас это было его единственной задачей, но потом будет что-то еще. Но не может же он стать Первым клинком? Только не он, не Йоник из Крепости Теней. Или может? Но тогда вся его легенда быстро пойдет прахом.

Он отбросил эту мысль. Это было бы слишком невероятно, но зачем еще его могли сюда послать? Возможно, он просто должен не допустить, чтобы этот титул достался кому-то конкретному? Алерону Дэйкару? Лишить дом Дэйкаров власти и передать ее кому-то другому? Такая задача казалась Йонику куда более реалистичной, хотя и отнюдь не простой. Да, он хорошо показал себя в бою с Сэмом Гарриком, но Алерон Дэйкар – совсем другое дело. «Смогу ли я его победить? Говорят, что он так же талантлив, как его отец, которого я не сумел одолеть. Я был невидим и вооружен Клинком Ночи, он – без брони, и я все равно не смог его убить. Как у меня получится победить такого человека, как Алерон Дэйкар, на территории, которую он считает своим домом? Неужели от меня ждут именно этого? Неужели от этого будет зависеть моя жизнь?»

Прокручивая в голове все эти мысли, он брел по улицам и грязным переулкам, через площади и скверы, пока не добрался до своей зловонной комнатки над таверной. Рассуждения настолько его увлекли, что вскоре он перестал озираться по сторонам в поисках слежки и, входя в таверну, даже не заметил небольшую фигурку в плаще с капюшоном, наблюдавшую за ним из переулка.

Глава 36. Элион

Алерон зашел в обеденный зал, тряхнул влажными волосами и, поцеловав руку Амилии, сел рядом с ней. Потом тяжело вздохнул и вопросительно посмотрел на Элиона. Один из слуг подошел наполнить его кубок вином, но Алерон остановил его жестом.

– Ну что, как справился Гаррик? Надо полагать, бой закончился быстро?

Он взял из миски кусок хлеба, а Амилия заботливо положила ему на тарелку картошку, овощи и пару сочных кусков жареной кабанятины.

«Какая прекрасная из принцессы получится жена».

– Так ты не слышал? – спросил Амрон, сидящий во главе стола. Алерон посмотрел на отца. – Гаррик проиграл. Этот мальчишка, Ладлэм, обошел его на два очка в последнем раунде.

Алерон поднял глаза.

– Что? Я не знал. С Гарриком что-то случилось? – удивленно спросил он, откусывая кусок хлеба.

Вопрос был адресован Амрону, но тот перевел взгляд на Элиона.

– С ним все было хорошо, – объяснил Элион. – Ладлэм победил его в честной борьбе. За ним стоит последить, Алерон. У него необычный стиль, и он гораздо опытнее, чем можно было ожидать.

– В каком смысле? – спросила Амара, жена Веррина.

Сам Веррин еще не вернулся: как советник короля, он был к нему привязан и часто опаздывал, поэтому было решено приступать к ужину без него.

– Он из какого-то неизвестного рыцарского рода, вряд ли его учил кто-то выдающийся. Его должны были разбить на голову.

Амрон согласно кивнул. Элион уже успел кратко пересказать ему поединок, пока они шли в зал. Амрон слушал его, но как-то рассеянно. Похоже, он был раздражен после заседания во дворце. Элион не знал всех подробностей, но понимал, что отец борется за власть с королем Эллисом.

Амрон налил себе вина и выпил залпом. Потом жестом попросил слугу налить еще.

– Это чтобы унять боль, – пробормотал он в ответ на обеспокоенные взгляды родных. – Помогает с плечом и с ногой.

– Тебе не хватает масла ваточника? – спросила Амара. Она одна была достаточно смелой, чтобы задавать такие вопросы, видя настроение Амрона.

– Нет, Амара, – ответил он. – Эту боль маслом не угомонишь. – Он сурово