Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

и поклялась перед всеми усопшими и здравствующими членами рода, что в этой жизни Я-эр никогда больше не применит ни одного метода из «Безыскусных рецептов Сюаня», иначе твоя бабушка умрет в голой степи без должного погребения.

– Неудивительно, что матушка никогда не рассказывала мне о прошлом… – рыдая, сказал Чжо Янь.

– Не было бы счастья, да несчастье помогло, – вздохнул Гэ Юсюн. – Тогда семья Чжо еще не разбогатела, из-за чего хотя между старшинами уже был уговор, но никто из девушек рода не хотел ехать на северные окраины в Шуньтяньфу, чтобы выйти замуж за военного. Однако Я-эр сильно провинилась, поэтому, когда семья Чжо пришла с предложением брачного союза, в качестве невесты выбрали ее. Кто бы мог тогда подумать, что твои отец и мать будут так нежно любить друг друга, а позже она вообще станет женой командующего гарнизоном и проживет в довольстве более двадцати лет?

Чжо Янь вздохнул и молча кивнул.

– Более того, когда наш род был сослан, а все наше имущество конфисковано, опасаясь, как бы с «Безыскусными рецептами Сюаня» не случилось чего в пути, из-за чего великое фамильное искусство могло быть утрачено, эту книгу через посредников передали Я-эр на хранение, благо твой отец тогда уже был заместителем командующего гарнизона Интяньфу. Это также был знак, что старейшины больше не держат на нее зла за ошибку, совершенную в юности.

– А… а моя бабушка? – снова спросил Чжо Янь.

При этих словах на глазах Гэ Юсюна выступили слезы.

– Двадцать лет назад по пути в ссылку твой дед и бабушка умерли от болезни и были наспех похоронены где-то у дороги. Это было в какой-то глухой деревне, в совершенно диких землях, сейчас уже трудно определить точное место, я до сих пор не нашел их могилу.

Чжо Янь кивнул, с грустью вытирая слезы. Затем он заметил, что рыдающие в галерее слуги тоже притихли, и, беспокоясь, что дядя в его годы не выдержит долгого ночного бдения, уговорил его вернуться к себе в комнату и поспать.

За окном выл ночной ветер, благовония и свечи колыхались в такт с ним, атмосфера была мрачной. Ровно в этот момент из темноты, слабо освещенной лишь мерцанием свечей, вдруг раздалось мяуканье кошки.

Матушка умерла от кошачьих когтей, поэтому Чжо Янь сейчас был крайне чувствителен к кошкам, услышав звук, он вздрогнул, поднял голову и увидел желто-белую кошку, просунувшую голову в окно и смотрящую на гроб его матери. Спинка кошки была покрыта гладким желтым мехом, а животик был ослепительно-белый. Это была любимица матушки – Цзиньбэй Иньчуан.

Чжо Янь в ужасе подскочил, хотел рассмотреть, не та ли это кошка, что принадлежала его матери – разве она не погибла уже? – как вдруг животное прыгнуло с окна на стол, затем еще раз – и оказалось на гробу. Стоя на черной лакированной крышке, кошка смотрела на Чжо Яня, ее зрачки при свете свечей излучали зловещий блеск, такой же жуткий, как вспышки молнии.

Темная ночь была безмолвна, свет свечей бледен, а шум сосен за окном напоминал плач тысяч людей. Кошка пробыла на гробу всего мгновение, но Чжо Янь, не отрываясь смотревший на нее, почувствовал, как все тело его окоченело, лишив его возможности шевелиться.

Он вдруг вспомнил народное поверье, что если на гроб покойника ступит кошка, то тот восстанет из мертвых. Юноша бросился вперед, желая схватить животное, но кошка лишь мяукнула, перепрыгнула на жертвенный алтарь и скинула с него свечи. Чжо Янь подскочил, поднял свечи и принялся тушить огонь, стараясь предотвратить пожар. Когда он закончил и снова поднял голову, кошки уже не было.

Пока он, держа свечи, приходил в себя от испуга, в дверях мелькнула тень, он, обливаясь холодным потом, обернулся и увидел в свете лампы силуэт А-Нань. В руках у девушки была коробка с едой, она с удивлением спросила:

– А-Янь, что с тобой?

– Ах, это ты… – Чжо Янь опустил свечи, горести и ужасы ночи перемешались, он чувствовал себя опустошенным и бессильным, и смог лишь безучастно опуститься на стул.

– Я слышала от Гуйцзе, что ты ничего не ел и не пил, вот сходила на кухню, взяла кое-что. – А-Нань достала из коробки две тарелки с постными булочками баоцзы и миску каши, поставила на стол и сказала: – Поешь хоть что-нибудь, твоя матушка точно не хотела бы видеть, как ты себя мучаешь. Впереди еще хлопоты с организацией похорон, как ты выдержишь все это, если перестанешь есть?

Чжо Янь сжал в ладони баоцзы, кусок не лез ему в горло, и потерянно посмотрел на гроб.

– Что случилось? – А-Нань подошла к гробу, поклонилась, и оглянулась на юношу. – Чего ты испугался?

– Только что… – Чжо Янь был в смятении и говорил с трудом, – …кошка забежала, и еще… запрыгнула на крышку… крышку гроба!

– Кошка? Кошка твоей матушки? – удивилась А-Нань.

Не успела она договорить, как вдруг из гроба раздался легкий стук.

«Тук, тук, тук…» – слабо отдалось в пустом погребальном зале, жутко и странно.

– Ты, ты слышала какой-то… какой-то звук? – заикаясь спросил Чжо Янь, подскочив и указав на гроб.

– Кажется, он шел из… гроба? – А-Нань посмотрела на гроб, переменившись в лице.

– Неужели, неужели это правда из-за той кошки? – Лицо Чжо Яня стало землистым, голос задрожал. – Я слышал от стариков, что если кошка ступит на гроб, то покойник восста… будет потревожен!

– Не может быть – А-Нань нахмурилась, подошла к гробу и прислушалась. – Я никогда не верила в россказни о духах и призраках.

Ее твердое выражение немного успокоило растерянного Чжо Яня.

– Может… позвать кого-нибудь?

– Пока нет! – А-Нань остановила его. – А-Янь, я тут подумала: твою матушку ведь положили в гроб сразу после того, как она испустила дух. Вдруг… вдруг она снова пришла в себя?

Чжо Янь ахнул, с ужасом глядя на черный гроб. Однако стуки не прекратились, и в глубине души зародилась слабая надежда.

– Возможно ли? Моя матушка правда…

Хотя в гробу матушку лично уложил его отец, но, находясь в отчаянии и горе, человек готов хвататься за любую соломинку, лишь бы удержать близкого рядом.

– Если сюда кто-то придет, они наверняка помешают нам своими пересудами, ну так может… – А-Нань положила руку на крышку гроба и тихо спросила, – …приподнимем крышку и заглянем?

Чжо Янь почувствовал, как вся спина покрылась холодным потом. От плача голова кружилась и слегка болела. Он вспомнил ту зловещую кошку, вспомнил народные поверья о восставших мертвецах, но в душе все же теплилась надежда, что это его матушка зовет на помощь, что она действительно ожила.

– А-Янь, поверь мне, я видела людей, которые задерживали дыхание на несколько часов и потом приходили