Покорить Францию! - Константин Мысловский

– А еще у тебя в Калифорнии будет собственный пони, – склонившись к юной деве, голосом змея-искусителя коварно информирую я. – И ты сможешь на нем кататься по прерии!

В десятку! Глаза вытаращены. Рот раскрыт. Даже волосы умудрились мгновенно растрепаться.

– Правда?!

– Истинная правда! Век свободы, равенства и братства не видать!

– Настоящий?!

– Самый, что нинаесть!

Ну все. Теперь она через Атлантику пешком рванет. Опережая фрегат Аларкона. На манер Фрэззи Грант. Ну, я ж говорил – с этой проблем не будет!..

– Я тоже хочу пони… – гундосит со своего места Жером, всегда морально готовый к тому, что ему, как самому младшему, может ничего не достаться.

– Там у каждого своя лошадь будет, – утешаю я его. – Это ж прерии… Там территория со всю нашу Францию – пешком не походишь… Ладно, – поворачиваюсь к пребывающей в энтузиазме Каролине. – Иди. Начинай собираться. И… – наклонившись к уху сестры (которое тут же заинтересованно оттопырилось) и понизив голос, добавляю: – И передай Полетте, что там в лесах очень-очень много настоящих испанских кабальеро. Знойных идальго из самого Мадрида. Просто стаями бегают! Ищут, кто бы их в штабель сложил…

Каролина прыскает от смеха через нос, скривив на лице полное пренебрежение к интересам сестры и убегает. Но информацию передаст обязательно. Хотя бы для того, чтоб поиздеваться. А там, глядишь, у кого-то появится свой интерес в путешествии…

– Ну, теперь ты, – поворачиваюсь к Жерому. – Тоже не хочешь ехать?

Младшенький братец некоторое время хмуро меня разглядывает, видимо пытаясь прочесть ответ по моему лицу. Затем говорит:

– Я не знаю…

– Ну, по крайней мере честно! – хмыкаю я, подтягиваю поближе свободный стул и сажусь к столу. Не забыв бросить контрольный взгляд на оставленного на десерт Луи. Сидит пока спокойно. Ждет.

– Летом тебе будет одиннадцать лет, – обращаюсь я Жерому. – Ты умеешь читать и писать. Знаешь арифметику и геометрию. И историю с географией. Тебя пора отдавать в настоящую школу. Ты это понимаешь?

Тяжкий вздох.

– Да…

– Ну вот и прекрасно. Для того ты туда и едешь. А через пять лет получишь там образование, какого не имел ни один из нас. Так что по возвращению все будут тебе страшно завидовать.

Король Вестфалии, блин. Ну – такова рабочая должность Жерома в нашей Истории. И больше никто и ничего не слышал ни о самой Вестфалии, ни о ее короле. А, спрашивается, зачем он нужен в таком случае? В смысле – как король зачем? Не проще ли профессию человеку дать? Какую? Да сейчас-то кто скажет? На месте разберутся. Парень умственно не отсталый, выучится.

– Ну, иди. Помогай матери собирать вам вещи в дорогу.

– Хорошо, Набулионе.

Поднялся, вышел. Да, любопытно, что из него получится. Ну да, через пять лет увидим. Если доживем…

– Ну а ты-то хоть соображаешь, насколько все это серьезно? – спрашиваю я Луи, когда мы остаемся одни.

– Ты сказал, брат. Я тебе верю. Ты ничего не делаешь просто так.

Да, семнадцать лет парню. И я, в смысле Наполеон, хар-рашо его выдрессировал. «Олландский кролик». Гы… Но кроме так и не давшегося ему правильного нидерландского произношения, показал себя вроде не так уж плохо. Если смотреть беспристрастно. Да еще подарил миру Наполеона III. До кучи, так сказать. Будем надеяться, что за пять лет в Калифорнии из него сделают приличного специалиста… В чем-нибудь. Если меня, опять же, не пристрелят за это время – семейной фирме Бонапартов понадобятся дипломированные знатоки по разным дисциплинам…

– Такого образования как там, ты не получишь нигде в мире. Это я тебе уже говорил. А кроме образования будут и еще кое-какие полезные навыки… Но эту пользу ты сам оценишь уже на месте. А пригодятся они тебе очень даже в дальнейшем – можешь мне поверить. Это же касается и всех остальных… Потому смотри за ними внимательно и отлынивать от учебы не давай! Я посылаю тебя старшим над ними и спрошу с тебя по возвращению. А если будут какие-то вопросы, решишь их на месте с правительством Калифорнии – ты уже знаешь кое-кого из них.

– Да, брат, знаю. И это большая честь для меня, поверь, Набулионе…

– Большая честь для тебя будет, если ты не дашь нашим малявкам уронить честь семьи Буонапарте в учебе и жизни в тех краях! Вот что должно быть для тебя главное!

– Набулионе, я понимаю, поверь!.. Мне самому очень хочется поскорее приступить к занятиям в их Школе! Я буду стараться, чтобы не подвести тебя! Я не хуже тебя чувствую, в чем будущая сила нашей семьи!

– Сила в ньютонах, брат! Не надо патетики! Просто сделай все хорошо и чтоб мне не пришлось краснеть за вас перед калифорнийской Директорией!.. И отучайся звать меня «Набулионе»! Во Франции я – Наполеон!

– Я постараюсь!

– Ну вот и ладушки!..

Вот так и прошла встреча с семьей.

И чего, спрашивается, я полтора года боялся?..

………………………………….

Март 1796 года, Марсель. Ночь.

А вот уснуть мирно под семейной крышей мне не дали.

Только-только я, переодевшись, как белый человек, в ночную рубашку – ну дома ж все-таки, а не в походной палатке – с предвкушением взобрался на хрустящие простыни, накрылся одеялом и приготовился на сон грядущий прокрутить события минувшего дня с целью анализа, как немного погодя услышал в коридоре подозрительные звуки… Кто-то явно нашаривал в темноте дверь моей спальни. При этом пытаясь не шуметь. Но в старом ветхом доме с рассохшимися полами и щелястыми дверьми подобное проделать непросто…

Кто же это мог быть кроме диверсантов?

Я затаился, натянув одеяло до подбородка. Стараясь всем видом изображать глубоко спящее тело. Потянулись мгновения молчаливого ожидания.

Наконец потемневшая от времени (хотя ночью этого и не видно, конечно) бронзовая ручка на двери, имевшая вид чьей-то жилистой лапы, шевельнулась… Потом повернулась на полный угол, и дверь со зловещим скрипом приоткрылась. Впустив в комнату две хорошо видимых в лунном свете белых фигуры. Похоже, диверсанты для маскировки нарядились привидениями (поскольку на маскхалаты их одеяния походили совсем уж мало).

Постояв немного, глядя в мою сторону (я из-под опущенных ресниц осторожно наблюдал за возбужденным блеском их зрачков в лучах лунного света), таинственные злоумышленники с таким же душераздирающим скрипом медленно вернули дверную створку в закрытое положение. После чего на цыпочках принялись красться в мою сторону. Всем своим видом демонстрируя исключительно коварные намерения.

Но нельзя недооценивать такого опытного боевого офицера, каким является Наполеон Бонапарт! Меня не застать врасплох! Дождавшись, когда подкрадывающимся призракам-диверсантам оставалось до моей кровати всего пара шагов, я перестал изображать беспробудно спящего и резко сел.

– У-у-у!!.. – шепотом издал я при