Злодейский путь!.. Том 9 - Эл Моргот

Шен потрясенно смотрел вверх, ощущая, как сердце постепенно наполняет детский восторг.

– Должно быть, празднуют окончание весенней охоты, – предположил Муан, не слишком заинтересованно глядя на золотые фейерверки.

Затем он перевел взгляд на Шена и остолбенел, потому что на миг ему почудилось, будто его тело помолодело лет на тридцать.

– Я и не знал, что возможно сделать такие фигуры! Это ведь настоящие хризантемы! Это что, волш…

Муан перегнулся через столик и похлопал его по макушке.

Несмотря на умиротворенность местечка, долго просидеть во внутреннем дворе не получилось. Шен не мог перестать думать об Админе и с каждой минутой все более тревожился, куда делся Ал. Разве он не должен быть где-то здесь на крыше, соревноваться с воинами контрольного бюро в скрытности? Но он не отозвался, даже когда Муан позвал его.

– Ладно, давай найдем его прямо сейчас, – смирился старейшина пика Славы.

Для него проверка Ала была просто перестраховкой, поэтому он не разделял энтузиазм Шена найти его этим же вечером.

Через десять минут они вдвоем прошли весь павильон с выделенными им комнатами, но Ала не нашли, поэтому свернули в галерею и пошли в сторону главного дворца. Фейерверки уже отгремели, заклинатели были слишком далеко, чтобы слышать звуки праздничного гуляния, и лишь яркие огни над дворцом свидетельствовали, что праздник еще в самом разгаре.

Ал нашелся в другом внутреннем дворе. Скинув верхнюю одежду, он без устали тренировался в фехтовании. У Шена задергался глаз.

– Что ты творишь?! – с возмущением воскликнул он.

Ал услышал оклик, опустил меч и обернулся. На него смотрел пылающий от негодования мастер Муан, в шаге от которого стоял сложивший руки на груди Шен. Ала совершенно не впечатлила злость старейшины пика Славы: он опустил меч и в ожидании уставился на него, всем своим видом демонстрируя, что тот отвлекает его от важных дел.

Видя эту демонстрацию характера, Шен вздохнул.

– Иди за мной, – успокоившись, бросил он и, развернувшись, направился прочь не оглядываясь.

Ал перевел взгляд на «Шена». Тот кивком указал ему следовать за «Муаном», мысленно размышляя: «Интересно, если его высечь, что-нибудь изменится?» Отчего-то у него было странное ощущение, что они напрочь упустили его воспитательный возраст и теперь уже поздно.

Шен какое-то время сильно горел желанием дать Алу хорошую затрещину, чтобы вразумить, но все же путь к своей комнате остудил его эмоции. Зайдя внутрь, он коротко приказал Алу закрыть за собой дверь и развернулся к нему, окинув внимательным взглядом.

Ал уставился на мастера Муана, теряясь в догадках. Как-то он раньше не замечал за ним особого трепета к своему статусу мастера и заботы об ученике. Парень, конечно, был рад, что этот раздражающий тип выжил и вернулся, но рад был исключительно из-за Шена. Позволять критиковать себя он был не намерен. Он и так пребывал в плохом настроении после битвы с Демнамеласом. И у него не было времени выслушивать всякие придирки.

– Раздевайся, – приказал Шен.

Ал уставился на только что вернувшегося к жизни мастера. Он обернулся и посмотрел на закрытую им дверь: Шен остался снаружи. Потом он вновь повернулся к Муану.

– Ты не услышал? Я сказал: раздевайся.

– Зачем?

Шен внезапно вспомнил, казалось бы, уже далекое прошлое, когда Ал шарахался от его приближения и краснел каждый раз, стоило ему прикоснуться к нему. Он был таким щуплым и хилым тогда. Что ни говори, но даже та неловкая забота со стороны Шена внесла свой вклад в развитие главного героя. И сейчас этот возмужавший парень молодым диким бычком уставился на него. Были бы у Ала рога – того и гляди, забодал бы.

– Я… Старейшина Шен рассказал мне, как Демнамелас ранее уже пытался помутить твой разум и завладеть телом. Я просто хочу осмотреть тебя и удостовериться, что нет подозрительных меток.

Ал заалел от негодования. Вспоминать о «помощнике» даже мысленно было неприятно, а тут еще и мастер Муан оказался в курсе ситуации! Кто еще об этом знает?! Весь пик Славы?! Парню захотелось провалиться сквозь землю.

– Возьми себя в руки! – наблюдая смену эмоций на его лице, скомандовал Шен. – Нам теперь известно, что Демнамелас может вселиться в любого! Необходимо как можно скорее проверить тебя, чтобы исключить!

Алу было сложно взять себя в руки. И все же он сделал глубокий вдох и опустил голову, а затем стал развязывать пояс и стягивать верхнюю одежду.

Шен наблюдал за ним, нетерпеливо постукивая пальцами одной руки по запястью другой. В действительности он не думал, что Админ умудрился в той ситуации оставить метку на теле Ала и вновь попытается зацепиться за него, и все же необходимо было развеять даже малейшие сомнения.

Ал стянул с себя рубаху и остался лишь в нижних штанах.

– Или их тоже снять? – едко спросил он.

– Снимай.

Ал не шелохнулся. Настаивать Шен не стал. Он медленно приблизился, обходя Ала по кругу и разглядывая шрамы на его спине. Ярче всех выделялся тот самый, от стрелы, когда Ал закрыл его собой на серном озере. Каким-то образом стрела оказалась заражена сектой Хладного пламени, и Админ смог ослабить защиту Ала через нее. Сейчас на том месте бугрился безобразный шрам. Но были и другие: явные порезы от меча, давнишние и не очень, и свежие раны, нанесенные Админом. Шен видел повреждения от искр: рана на предплечье была небрежно перемотана, другая искра пронзила плоть в районе плеча по касательной, и сейчас ее покрывала кровавая корочка. Однако, кроме того, предплечье уродовала сеточка из старых шрамов.

– Это еще откуда?

Ал вздрогнул и отошел на полшага. Отчего-то ему показалось, что его прошиб озноб.

«Не ваше дело» не сорвалось с его губ, хоть и крутилось в уме. Ал поднял взгляд и увидел, что мастер Муан смотрит на него обеспокоенно и… расстроенно? Этот взгляд был каким-то странным. Он раздражал, и Ал ответил из-за злости, хотя сначала и не собирался говорить:

– События в Кушоне. Когда Шен потерял над собой контроль… из-за вас.

Шена словно молния поразила. Он застыл на месте, невидящим взглядом уставившись перед собой. Произошедшее в Кушоне вспоминалось яркими вспышками. Когда он ранил Ала? Он совершенно не помнил об этом. Кого он еще ранил? Так главы боятся его не просто из-за мерцающего ядра? Что творилось в Кушоне? Он кого-то убил?

Ал с удивлением смотрел на изменившегося в лице старейшину пика Славы. Он полагал, что его слова вызовут у того досаду или, может, стыд. Однако в его глазах читались страх и растерянность. Казалось, обвини Ал его сейчас в любом преступлении – он поверит и примется