Гибнущий мир - Карина Крылова

Поскольку Фэнрис не мог охранять ее днем и ночью, он перепоручил это дело Квинту, хотя надеялся, что она и сама способна себя защитить. Правда, каким бы хорошим учителем Отис ни был, вряд ли Айрин удастся победить в схватке с Миносом.

– Я закончила, лаэт, – услышал он ее голос.

Фэнрис медленно кивнул и посмотрел туда, где стоял Минос. Если окажется, что он выжидает удобного момента, чтобы избавиться от нависшей над ними угрозы, у него самого не останется иного выбора, кроме как убить его и воспользоваться именем Шалад.

– Квинт, передай солдатам, что мы выдвигаемся, – сказал Фэнрис, отворачиваясь.

– Понял.

Квинт отстал от них, вскоре затерявшись в толпе из торговцев и их помощников. Солдаты выстроились за спиной Фэнриса в ровные шеренги и проходили сквозь распахнутые ворота один за другим. Они передвигались по узким улицам в сторону Наньмэня, где им выделили несколько пустующих домов на территории главы Цзяо.

Вдоль улицы, по которой тянулись одинаковые, обмазанные глиной дома, висели бумажные красные фонари, и возле каждого стояла пиала с благовониями. Деревянные рамы окон из длинных реек складывались в причудливый узор, пустые промежутки в котором заполняла мутного цвета бумага.

Насколько Фэнрис помнил, узоры, сложенные из реек, считались пожеланием успеха приезжим торговцам, которые имели честь пройти этим путем. Похоже, за годы, что он не заезжал сюда, многое в Цзиньшу переменилось. Поглядывающие на них с настороженностью местные жители захлопывали деревянные ставни, ничуть не заботясь о благоприятном впечатлении у гостей. Это казалось и горьким, и смешным.

Дойдя до обозначенной главой Цзяо территории, они остановились у ворот, по обе стороны которых стояли каменные статуи львов. Фэнрис удивился простору и убранству предоставленного им двора. Расположенные квадратом одноэтажные постройки не были армейскими бараками, как в Аталейне, дорожки и сад убрали совсем недавно. Глава Цзяо выделил им одно из своих пустующих поместий, тем самым выразив расположение и нежелание терять крепкие связи с Аталейном.

Фэнрис предпочитал наблюдать за солдатами с расстояния, позволяя командирам самим разбираться, как кому размещаться. Если он и отдавал приказы, то, скорее, из необходимости. Он почти признал, что лорд постарался, чтобы загнать его в угол в этот раз, но у него еще имелась пара козырей в рукаве – на тот случай, если солдатам и правда был отдан приказ о его устранении.

Наблюдавший со стороны Минос заметил:

– Ты не командуешь людьми, выделенными лордом.

Фэнрис оставил замечание без ответа. Минос не задавал вопроса, он изучал его, как и всегда, делая свои выводы. Возможно, это был его способ выстроить хрупкий мостик доверия. Когда-то и Фэнрис был таким. Но с того времени минули годы, он потерял слишком многих и разучился принимать людей. Отис был исключением, позже появилась и Айрин. Не будь они детьми, он не протянул бы им руку помощи.

Фэнрис не чувствовал ничего, кроме безграничной усталости, и все остатки сил уходили на то, чтобы эту самую усталость скрыть от посторонних. Ночью он строил далеко идущие планы, черкая и переписывая их, а днем был вынужден следить за солдатами, своими и лорда.

– Это потому, что они не станут беспрекословно тебе повиноваться, или хочешь заслужить их уважение?

Видимо, в этот раз молчание Миноса не устроило. А Фэнрис не знал, как объяснить и стоит ли это делать.

– Я не военный, отдавать приказы солдатам не моя забота, – соврал он. – Я могу приказать командирам, но не им. Иначе это подрывает авторитет командиров. Никто из благородных не делает подобного, если он, конечно, не глуп.

– Но ты отдаешь приказы Квинту.

– Это разные вещи. Никто из этих солдат мне не принадлежит. Люди лорда верно служат правителю, люди гильдии – Аязу. Квинт же мой личный шевалье, кроме меня, никто не может отдавать ему приказы, даже лорд.

Минос наконец перестал гипнотизировать его взглядом, обернувшись на звук: справа от входа приближались шаги марширующих солдат, которые во главе с Квинтом вошли во двор, сопровождая оставшуюся часть каравана. Вмиг стало шумно и суетно.

– Докладываю, – начал Квинт, остановившись перед Фэнрисом. – Торги окончены. Оставшаяся часть каравана была в целости сопровождена сюда, часть солдат оставлена в домах за воротами, лаэт.

– Ты хорошо поработал. Наш дом тот, что слева. – Фэнрис указал рукой на одноэтажный дом, такой же, как остальные.

Квинт почесал заросшую щетиной щеку и как-то тоскливо вздохнул.

– Там же есть где помыться?

– Есть, – ответил Фэнрис, кивнув на неприметное с виду здание по другую сторону от единственного двухэтажного дома, что стоял в центре. – Нам выделили несколько слуг, которые помогут со всем, так что, как только смоешь с себя всю грязь, оставь там и одежду. Ее приведут в порядок.

Фэнрис пробежал взглядом по расположившемуся каравану, пересчитывая людей по головам. Убедившись, что все на месте, он кивнул застывшим подле него солдатам и отправился в пустующий дом в надежде наконец-то немного отдохнуть. Последнее время он спал не больше трех часов в день.

* * *

Было утро. В освежающей прохладе Фэнрис рассматривал книжный шкаф у входа, ожидая, пока спустится со второго этажа Айрин. Дом, как и тот, в котором ему довелось провести ночь, делился на комнаты тонкими деревянными перегородками. Теплый тусклый свет, исходящий от жаровен, подсвечивал стены, изящно расписанные пейзажами и животными. Колонны, поддерживающие второй этаж, сверху украшал позолоченный узор. В центре небольшой залы в окружении мягких подушек стоял прямоугольный столик, на котором был расставлен красивый чайный сервиз из тонкого белого фарфора. Убранство было куда изысканнее, чем во всех остальных домах, выделенных каравану.

Фэнрис старался не замечать поддувающего со всех сторон ветра – он и без того ощущал сковывающее мышцы напряжение из-за долгого сна. Никогда прежде он не позволял себе спать так долго, тем более в незнакомом месте, где каждый мог оказаться убийцей. «Я действительно сильно устал», – осознал Фэнрис.

Он прохаживался вокруг, рассматривая поближе живопись и посуду, такую непривычную для человека, выросшего в Аталейне, и отыскивал место, где можно присесть, не опускаясь при этом на пол. Заглянув за ширмы, он обнаружил лишь неудобный с виду жесткий стул, походивший на те, что занимали пленники в его собственных подвалах.

Улыбнувшись иронии момента, Фэнрис вытащил стул и сел, ерзая по холодной поверхности. Закинув ногу на ногу и подперев подбородок рукой, он приготовился ждать. Кажется, он даже заснул или пребывал в полудреме, но встрепенулся, стоило услышать топот спускающейся по лестнице Айрин.

– О!

Айрин застыла на последней ступени, завидев сидящего