Гибнущий мир - Карина Крылова

– Ты уже запачкал свои руки, давай я промою тебе глаза, – предложила Айрин.

Квинт кивнул. Откинувшись назад, он облокотился о деревянный настил и, посмотрев вверх, стал ждать. Время шло, но ничего не происходило. Тогда он открыл глаза, чтобы понять, в чем дело, и наткнулся на смущенный взгляд Айрин.

– Ты будешь весь мокрый, если делать это в таком положении, – тихо сказала она.

Минос фыркнул, отчего Квинт покраснел и тут же поменял позу, склонившись над песком. Он терпеливо ждал, пока Айрин закончит промывать глаза. Сперва их жгло еще сильнее, но постепенно зуд уменьшался, а затем и вовсе исчез. Квинт проморгался, не почувствовав ни жжения, ни боли.

– Вот это да! Спасибо!

Квинт наспех вытер лицо одним из платков, полученных при выезде из Аталейна, и мысленно извинился перед дарительницей за подобное обращение. Он почувствовал себя гораздо бодрее, и улыбка вновь появилась на его лице.

– Не за что, – ответила Айрин.

Минос внимательно изучил его лицо и сказал:

– Это не поможет надолго. Прикрой лицо.

– Да знаю я! – проворчал Квинт.

Разумеется, он об этом не подумал, но Миносу знать не обязательно. Судя по выражению его лица, он догадывался, что Квинт приврал.

Квинт натянул на лицо маску. В сочетании с мундиром выглядело это нелепо – ему бы больше подошло, оденься он как Минос, но подобной одежды у него с собой не было.

Они застыли в безмолвии, гипнотизируя взглядом ворота, в которых не так давно скрылся Фэнрис в сопровождении двух офицеров конной гвардии.

Квинт гордился тем, что накануне их с Миносом назначили главными в отсутствие Фэнриса. Хватило бы и его одного, но ослушаться приказа он не мог.

Выстроившиеся в ряд телеги стояли чуть поодаль от основной дороги. Слабый ветер играл с полотнищем с гербом Аталейна. Впрочем, у ворот застряли не одни они – невдалеке сидела кучка наемников, с которых Минос как раз и не сводил глаз: он счел их подозрительными, едва заметил их пристальное внимание к каравану. Но сразу же поднялся с насиженного места, забыв про наемников, когда из ворот появились трое во главе с Фэнрисом. Следом шла небольшая группа. Квинт спрыгнул с повозки и направился к солдатам.

– Займите свои посты, – он кивнул в сторону приближающихся лошадей, – лаэт возвращается!

Сотник кивнул. Проследив за тем, чтобы все заняли свои места согласно указаниям Фэнриса, Квинт вернулся к повозке и остановился рядом с Миносом.

Вместе с лаэтом прибыл представитель благородных Цзиньшу. Изначально планировалось, что караван продаст редкие товары, чтобы пополнить свои припасы, поэтому визиту он не удивился.

Фэнрис водил мужчин с суровыми лицами от одной телеги к другой. Те скрупулезно осматривали каждый мешок и вскрывали ящики, попутно переговариваясь между собой. В какой-то момент непринужденная атмосфера сменилась на спор на повышенных тонах. Квинт, почувствовав назревающий скандал, направился к Фэнрису.

– Торг в этой ситуации неуместен, глава Цзяо, – отрезал Фэнрис. – Не менее пяти золотых за штуку.

– Три. В Цзиньшу не купят товар дороже моего предложения.

Седовласый старик – судя по всему, это и был глава Цзяо – стоял в расслабленной позе, его словно не волновали направленные на него настороженные взгляды. Его одежды были настолько роскошными, что Квинт замешкался, не зная, как поступить. Если он попытается влезть и ненароком испортит чужой костюм, работать ему бесплатно на Фэнриса еще очень и очень долго.

Подпоясанный ножнами с длинным мечом, глава Цзяо поглаживал седую бороду, не сводя горящего взгляда с телеги и товаров. Впечатление торговец оставлял не из приятных: просто смотря на него, Квинт чувствовал непонятно откуда идущее раздражение.

Фэнрис покачал головой и улыбнулся.

– Я смею полагать, что я неплохой торговец и вполне способен найти покупателя, которого устроит моя цена.

– Готов забрать за три все, что вы предлагаете, Фэнрис-лаэт. Го, – глава Цзяо махнул рукой с узловатыми пальцами одному из двух застывших подле него юнцов, – забирай все!

Подобная наглость возмутила не только Квинта. Стоило Фэнрису поднять руку, как солдаты, отвечающие за телегу, мигом взяли их в оцепление.

– Я не намерен применять силу, уважаемый глава Цзяо, – спокойно продолжил Фэнрис, – но вы не оставляете мне выбора, вынуждая отбивать свой же товар.

Глава Цзяо хохотнул.

– Вы мне нравитесь, лаэт! В знак уважения заберу за четыре.

– Четыре с половиной и вино по девять.

– Вы решили оставить моих детей без приданого? – заворчал глава Цзяо. – Четыре и семь. Это мое последнее слово!

Квинту показалось, что торговец испытывал удовольствие от происходящего, когда как он сам ничего, кроме неловкости, не ощущал. И не понимал, чем могли нравиться бесполезные препирательства, если каждая из сторон изначально знала о результате.

– Четыре с половиной и восемь с половиной, – сказал Фэнрис.

– Бедные мои дети! Не то что приданое собрать – этот бедный отец не сможет им и хлеба купить! – запричитал глава Цзяо, притворно морщась.

Если продать хотя бы одну побрякушку, что ты на себя навесил, мысленно усмехнулся Квинт, то можно купить дом.

Но вслух он ничего не сказал, продолжая удерживать руку на рукояти клинка.

– Четыре с половиной и восемь с половиной. – Фэнрис махнул рукой, и один из солдат вывел вперед коня. – В качестве приветствия и чтобы скрепить наше дальнейшее сотрудничество – подарок. Коня подобной масти в Цзиньшу не найти, он выращен в лучших конюшнях Аталейна.

– Хо-хо! – отозвался глава Цзяо.

Его глаза сверкнули. Он и не пытался скрыть, насколько был доволен, получив подобный подарок. Взмахнув полами халата, глава Цзяо сделал шаг и обошел лошадь по кругу. Даже без солнца драгоценности, украшавшие длинные седые волосы и одежду, переливались.

– Хороший конь, – заключил он. – Мне по нраву ваше отношение к сделкам, Фэнрис-лаэт. Всегда рад видеть вас в моем доме. К слову, у меня есть дочь брачного возраста, если вас интересует…

Его взгляд вернулся к Фэнрису. Тот обмахивался веером, следя за реакцией главы, но на его слова лишь улыбнулся, ничего ответив. Впрочем, казалось, глава и не ждал ответа. Он махнул рукой, и стоящий рядом Го передал свиток на вытянутых руках, почтительно склонившись.

– Глава.

Подписав бумаги, глава Цзяо вместе с помощниками неспешно удалился. Квинт, нахмурившись, смотрел им вслед.

– Что ты думаешь о нем? – спросил Фэнрис, заметив, куда направлен его взгляд.

Квинт на мгновение замялся, не зная, стоит ли говорить или придержать свое мнение при себе.

– Глава заранее знал, что вы сойдетесь на этой цене, – наконец ответил он. – Только я не понял, лаэт, зачем вы устроили представление? Разве это не просто взятка?

– Страшно подумать, что было бы, если