Палочки для еды - Сяо Сян Шэнь

радости и возбуждения. Чего он так радуется? Впрочем, если он преступник, тогда все сходится. Ведь он должен знать, что, если палочки объединятся, колдовство станет сильнее…

– Чжан, не хотите ли пойти со мной к доктору Си? Не знаю, сможет ли она ответить на ваш вопрос, но кое-что про вашу палочку рассказать сумеет.

Причин отказываться не было, и мы вслед за профессором вышли из кабинета и поднялись по лестнице на шестой этаж.

– О, Хинфань! Не пообедаешь со мной? Я как раз заварила лунцзин[49]!

Внешний вид доктора Си меня поразил. Судя по морщинкам в уголках глаз, ей было за сорок, но изящное лицо вполне могло принадлежать актрисе или модели.

– Смотри, что я нашел! Теперь увидишь, что я говорил правду! Вот доказательство! – завопил профессор, как ребенок, не успев войти в кабинет.

– Что ты нашел? А вы кто? – спросила доктор Си, увидев нас за спиной профессора.

– Это Чжан, студент профессора Мака из университета Т. Он принес очень важные фотографии, и я решил, что надо обязательно тебе их показать.

Профессор протянул руку в мою сторону. Я отдал ему смартфон. Доктор Си взяла его с недоумением, но тут же лицо ее просветлело.

– А! Это же коралл… точно, коралловая палочка!

– Теперь я смыл пятно со своей репутации? – и он засмеялся, демонстрируя зубы.

Профессор чуть не прыгал от радости и даже, кажется, хотел обнять доктора Си, но засмущался и не решился. Глядя, как он резвится, размахивая руками, я спросил, поднимая руку, словно студент на занятии:

– Прошу прощения, вы не расскажете, в чем тут дело?

Оба преподавателя успокоились и пригласили нас сесть.

Доктор Си достала с полки три фарфоровые чашки и налила нам чай. Профессор Ю, широко улыбаясь, сказал:

– Доктор Си еще и специалист по чаю. Все, что у нее здесь есть, – ценнейшие артефакты, но я, к сожалению, в этом абсолютный профан.

Сделав глоток, он добавил, что и вкус этого чая ему особо ни о чем не говорит. Впрочем, он точно знает, что чашки – настоящие шедевры.

– Доктор Си – специалист по экспертизе древностей, она также является консультантом университетской галереи искусств.

С этими словами он вытащил статью про Лам Юня, рассказал нашу полуправдивую историю и объяснил доктору причину нашего визита к ней.

– Лет десять назад, кажется, археологи во время раскопок в районе Соукуньват округа Тхюньмунь обнаружили руины различных эпох и множество ценных предметов. По-моему, от неолита до поздней Цин. Там были захоронения начиная от поздней Хань до Вэй, Цзинь, периода Южных и Северных династий, так что было найдено множество интересных предметов погребального инвентаря.

Здесь вступила доктор Си.

– И среди двадцати предметов было восемь палочек.

Она сняла с полки файл и вынула из него несколько фотографий, которые разложила на столе. Палочки на фотографиях были почти идентичны нашим коралловым и по форме, и по длине, толщина кончиков с обеих сторон тоже была такая же. Палочки были чуть меньше обычных, а на поверхности был вырезан одинаковый спиральный узор. С одного конца палочки были отделаны металлом серебристого цвета, но так как предметам было много лет, покрытие местами сошло и не выглядело одинаково. Кроме того, палочки были не красного цвета, а, кажется, сделаны из нефрита. Был четко виден узор природного камня.

– Совершенно такие же. Отличаются только материалом, – сказал Вэнь, поглаживая бородку.

– Похожи на наши, – начал я. – Профессор, правильно я понимаю, что коралловые палочки были изготовлены еще до эпохи Тан и гораздо старше, чем мы думаем?

– Нет-нет, все не так просто!

Опять вмешалась доктор Си.

– Возможно, палочки, хранившиеся в вашей семье, – прототип этих, нефритовых.

– Но разве можно сказать, что палочки как-то связаны, только потому, что они похожи? – я не понимал, почему доктор делает такие выводы.

– В захоронении обнаружен надгробный камень, на котором вырезана надпись. Большая часть, конечно, стерта, знаки с трудом можно разобрать, но ближе к концу они читаются хорошо.

С этими словами доктор Си вынула из файла еще одну фотографию. Правая половина темно-серого камня блестела, а по левой были выгравированы знаки. С левого края виднелась строка – видимо, когда-то она была частью большей надписи. Она, конечно, стерлась от времени, остался только фрагмент внизу, но я с легкостью разобрал эти древние письмена:

Подаренные коралловые палочки – резьба на палочках красного цвета – выпьет кровь Синькуань и исполнит желаемое.

– Коралловые палочки? – от изумления я невольно вскрикнул.

Вэнь вытянул шею, чтобы посмотреть на фотографию, и только Куй спокойно пила свой чай.

– В эпохи Вэй и Цзинь установка надгробных камней была запрещена, и предметы с надписями-эпитафиями тоже закапывали в земле. Надпись сделана старинным стилем «лишу», что совпадает с нашими находками этих эпох, так что по расположению и начертанию надписи можно предположить, что она действительно относится к этому времени.

Доктор Си указала на знаки и продолжала:

– «Подаренные коралловые палочки – резьба на палочках красного цвета – выпьет кровь Синькуань и исполнит желаемое». Судя по масштабу захоронения, могила принадлежит человеку довольно высокого социального положения – вероятно, чиновнику. Если исходить из надписи, этот человек получил коралловые палочки, на этих палочках была вырезана спираль, и палочки были красного цвета. Человек лил на палочки кровь, вызывал «кудесника», пытаясь добиться выполнения своего желания.

– Ага, «сяньцзюнь»[50] – «кудесник»! – я, наконец, сообразил, что означали эти два иероглифа.

– Да, это «Ван-сяньцзюнь», «кудесник Ван», про которого рассказывают в вашей семье.

Профессор Ю, прихлебывая чай, продолжил:

– Вы рассказали мне, что изучили разные материалы и выяснили, что в эпоху Тан не существовало зятя императора по имени Ван Цзунцянь. Но это легко объяснимо. Ведь палочки не принадлежат той эпохе. Династия Тан ведет свое начало с седьмого века и исчезает в десятом. А вот Цзинь существовала с третьего по пятый век, и между ними есть промежуток почти в двести лет. Подобные фамильные реликвии передаются от человека к человеку. Для человека, принадлежавшего эпохе Мин, Цзинь и Тан длились от восьмисот до тысячи лет, и за это время кто-то мог придумать разные дополнения к истории, пытаясь возвеличить имя своего предка. Как вам такая версия? Если это подарок от императора, сам факт будут преувеличивать, это вполне понятно, а Тан и Сун или Мин и Цин – это все «древность». И ничего удивительного, что хвастливые россказни передаются уже как само собой разумеющееся.

– Значит ли это, что утверждение «в коралловых палочках обитает божество» – это тоже выдумка?

– Вероятно, оно на чем-то основано. Но вряд ли, конечно, в них