Алагёз - taramans

— Да и хрен с ним! — равнодушно махнул рукой Юрий.

Казак очень удивился, но вновь сдержался, только уходя, бросил:

— Вы, поручик, не кручиньтесь! Фон Засс придет в себя — все и переменится. А пока выше этого Полецкого у нас здесь никого и нет. Как же приказ не выполнить?

И, козырнув, вышел.

«М-да… карьера у меня прет — как паровоз!».

— Влас, а Влас! Ну-ка… метнись на базар! Пожрать чего купи и это… водки. Только — хорошей! Пить буду. И вот еще что… Гитару, что ли, найди. Пусть временно, так и говори!

— Я вам мозги не пудрю — уже не тот завод.

В меня стрелял поутру из ружей цельный взвод!

Глава 33

Нет, Плещеев не ушел в запой, как того требовали законы жанра: неоцененный, без вины виноватый герой, топит свои мысли о несправедливости мира и злокозненности сволочного начальства в вине.

Во-первых, он не считал себя героем. Ничего героического в своем поведении в бою он не видел. Генералы остались живы вовсе не благодаря его самоотверженным действиям, а — банально — сначала просто повезло, а потом — запал горцев быстро кончился.

Скорее всего, как он полагал, слухи о визите генералов в крепость Владикавказа не успели далеко распространиться, а потому эта атака была довольно спонтанной и неподготовленной. То есть, желание навести карачун фон Зассу — несомненно, было, ибо горцы знали, кто он такой еще с первого его здесь пребывания, и вполне отдавали себе отчет, какими методами он с ними собирается воевать. Значит, желание было, а вот сил собрать побольше — времени не хватило! То есть, привлекали к акции всех, кто под руку попался. Вот и облажались: ни количества бойцов не хватило, ну и качество оных — подкачало!

Генерал Полецкий — так, просто под руку попался. А чего — уконтропупить двух русских генералов за раз, это же куда лучше, чем одного! Тем более, основной целью был, несомненно, фон Засс.

«Как там в фильме было? «Чем больше сдадим, тем меньше дадут!».

Юрий размышлял, что в очередной раз ему просто повезло. Повезло — и все тут! Мог бы и пулю башкой поймать, как тот корнет: сразу, не успев даже охнуть. Тут все твои навыки и умения могут банально пойти коту под хвост — стрельнул, зараза, из кустов, и никто уже не узнает, как серьезно ты готовился к предстоящим боям, как сильно смог повысить свои бойцовские качества.

Что — во-вторых? Каких — во-вторых? Ну, если было «во-первых», значит, должно быть, и «во-вторых». А чего — во-вторых?

«Башка соображает крайне хреново. В полном соответствии с опытом человечества: «Ясность ума поутру обратно пропорциональна количеству выпитого с вечера!».

Ага! Вона чё — во-вторых! Во-вторых, ни Плещеев здесь, ни Плехов в реальности никогда не были сторонниками длительных запоев. Не по причине высокоморальности — ни упаси боже! Просто состояние поутру бывает совсем уж хреновым. Кто же себе такого в ясном уме пожелает? Никто. А зачем тогда так пить? Ну-у-у… Когда дошли до определенного количества употребленного, уже как-то и инстинкт самосохранения уснул. Но поутру-то — хреново? Так? Так зачем продолжать? Но слегка опохмелиться все же надо. Это истина, которую все то же глупое человечество выработало путем длительных наблюдений. Да и по причине больших потерь среди бойцов с Зеленым Змием, чего там!

«И опыт, сын ошибок трудных…».

Так что, протопили неказистую баньку, которая была при мазанке, в которую их поселили, попарились хорошенько. Заполировав пивком процесс и до того, и после. Пивко, конечно, было откровенно дрянное, но — за неимением горничной… к-х-х-м-м…

А общем, здоровье немного поправили, ага. Но и — все! Трезвость — норма жизни!

В процессе «лечения» Влас неоднократно подступал с разными дурацкими вопросами. Ну-у-у… Типа того: кто такой снайпер? Пришлось объяснять, что слово-то — английское. Есть у островитян такая страсть — к стрельбе. Ружья винтовальные, сиречь — винтовки, специально заказывают… Да, что-то вроде штуцеров, только сильно лучше качеством — по специальному заказу выделаны! Так вот… Стреляют эти «сэры» много, даже — очень много. А ежели ружье отменное, да опыта стрелку не занимать, то и попадают они точно в мишень аж… Плехов точно не помнил, но ляпнул наобум: попадают ажно на шестьсот саженей!

Влас покачал головой — серьезно. Очень! И снова вспомнил что-то из песни:

— А глюкоза — это что?

Плехов даже усмехнулся про себя, прихлебывая пиво:

«А гетеры, Петька, это — бляди!».

— Глюкоза, Влас, это вино такое. Дорогущее! Даже из богатых людей далеко не все и очень далеко не всегда могут его себе позволить. Сладкое, говорят, вкусное, и даже полезное для здоровья. Нет, Влас, я его не пил, не довелось!

«Вот что значит — орать во хмелю песни без ума и разбора. Ладно, что никого постороннего с нами не было!».

Айдамир, кстати, с похмелья не мучился. И Влас, и сам Плещеев сразу порешили: хрен тебе, а не водки, молодой еще! Вон — пиво пей. Но парнишке пиво отчего-то не нравилось, так что почти трезвым остался. Он их по койкам и растащил.

Так, значит… То есть, на второй день они лечились, мылись-парились. Изрядно перепачканную, заляпанную кровью — своей и чужой, порванную и порезанную черкесскую одежду отдали казачке, проживающей по соседству — в стирку и починку. Влас с расстройством плюнул:

— Свекор у нее, что цепной пес: ни на шаг не отошел, пока я по цене рядился. Все слушал, да как тот филин глазами лупал! Паскуда…

— Ничего… В Пятигорск вернемся — найдешь кому присунуть! — усмехнулся Юрий.

Надо отдать должное казаку: после воспитательной беседы, проведенной с ним Плещеевым, Влас старался в сторону Маши и Анфиски не смотреть. Как тот кот, которому за цыплят по башке надавали — делает вид, что этих цыплят для него теперь вовсе не существует. Но — косит, косит глазом, скотина хитрая! На всякий случай Юрий сунул кулак под нос нукеру:

— Я тебя по поводу наших девок предупредил!

— Ну что вы, в самом деле, Юрий Лександрыч… — протянул якобы обиженно хитрован, — Рази мы без разумения?

— Знаю, какое у тебя разумение: как конец задымился, так и весь разум из башки долой!

У Плещеева вообще складывались интересные взаимоотношения с «нукерами». И Влас, и Айдамир знали о неких способностях подпоручика к врачеванию: глаза и уши у