Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

Чжу Юйхэн молчал, сжав в руке шелковые поводья.

– Подумай хорошенько, Чу Юаньчжи под подозрением как потенциальный зачинщик пожара, он не сможет помочь тебе в расследовании, единственный, кто может что-то сделать, – это я. Но как я смогу помочь тебе, если ты даже не расскажешь мне, что именно произошло в тот день?

Ее взгляд был ясным и чистым, и мощная защита, которую Чжу Юйхэн давно выстроил в груди, внезапно пошатнулась и начала рушиться.

Кто еще во всем мире, кроме нее, сможет разобраться в этих суровых, запутанных событиях? Кто еще поможет найти жизненно важный ответ на загадку?

Только она – А-Нань.

Та А-Нань, что вытащила его из бурного потока Хуанхэ; та А-Нань, что ринулась в море огня спасать Наньнань; та А-Нань, что в момент смертельной опасности была с ним заодно, чувствовала его без слов…

– Да, – он наконец заговорил, голос его был тихим и ясным. – В пожаре в Трех больших дворцах действительно много загадочного.

Семья Чжо была занята организацией похорон, и, естественно, Чжу Юйхэну проживать там больше не представлялось возможным. Вэй Ханчжи уже распорядился перевезти вещи А-Нань на гору Гушань – самый большой остров на озере Сиху, соединенный с берегами плотиной Байшади и плотиной Су Гуна.

А-Нань и Чжу Юйхэн ехали по длинной дамбе, впереди среди дымчатых ив и изумрудных волн виднелись многочисленные дворцы и павильоны, точно как в описании Бо Цзюйи: «Дворец Пэнлай [149] в центре моря».

При нынешней династии на развалинах императорского дворца эпохи Южной Сун был восстановлен небольшой сад, поднимаясь по изящным ступеням лестницы, можно было достичь вершины горы Гушань, самой высокой точки озера Сиху.

В уединенной беседке на вершине горы, отослав всех, Чжу Юйхэн подробно рассказал А-Нань о событиях дня пожара, опустив лишь упоминание о своей странной болезни.

– Получается, обернувшись, ты увидел, как драконы на колоннах изрыгали огонь из своих пастей? Как выглядели колонны Трех больших дворцов? – А-Нань сразу же схватилась за самую большую загадку в этом деле.

– Двенадцать главных колонн дворца Фэнтяньдянь, все позолоченные, на каждой по дракону, делающему восемнадцать витков сквозь облака. – Чжу Юйхэн велел Вэй Ханчжи принести бумагу и кисть и сделал подробный набросок для нее.

Рисуя карниз, он сказал:

– Колонны сделаны из оструженного золотого лавра, для защиты от гниения и сырости на них по очереди были нанесены три слоя пеньки, три слоя извести, а затем слой красного лака. Высота каждой колонны – три чжана и три чи, каждая обвита медным позолоченным драконом, делающим восемнадцать витков сквозь облака, все тело каждого дракона покрыто рельефным лаком, оно украшено узором из разноцветных облаков и волн.

Чжу Юйхэн очень хорошо рисовал, его изображение золотого дракона, изрыгающего яростное пламя, было поразительно живым и пугающим. Разглядывая эту жуткую картину, А-Нань размышляла вслух:

– По логике вещей, золотой лавр, покрытый тремя слоями пеньки и тремя слоями извести, трудно поджечь. Даже если внешний слой лака поджечь, он уже выгореть успеет, а внутри еще ничего не воспламенится.

– Поэтому, когда я увидел, как железная сетка семьи Чу смогла расплавить твое огниво, то сразу подумал, что, возможно, только такой огонь и мог заставить те огромные колонны мгновенно вспыхнуть.

А-Нань кивнула, подумала немного и снова покачала головой:

– Даже если бы те медные драконы были полыми и их бы наполнили горючим, их бы не получилось нагреть до температуры, способной воспламенить колонны из золотого лавра, да еще и так, чтобы из пастей огонь извергался, – гулявшие по галерее люди получили бы ожоги, и весь коварный план не остался бы незамеченным.

– Я выяснил, все двенадцать драконов цельные, внутри абсолютно нет никаких пустот для заливки горючего.

– И еще одна важная зацепка – нечистый ветер. Он появляется только в грозу, может ли он быть связан с пожаром в Больших дворцах? Хотя удар молнии может вызвать пожар, но как можно поджечь двенадцать колонн одновременно? Разве что только если с неба одновременно ударит двенадцать молний!

– Я предполагаю, что тут определенно замешаны строители, – сказал Чжу Юйхэн. – Возможно, у них была возможность что-то сделать с колоннами с помощью неизвестных нам технологий и методов, чтобы заставить все двенадцать загореться одновременно.

– Очень правильная мысль, – одобрительно сказала А-Нань. – Кто был ответственным за строительство Трех больших дворцов?

– Глава Управления внутренних дворцов и хранитель печати Цзи Чэнмин ведал всеми делами по строительству, поэтому я и собирался допросить его, – посмотрев на девушку, Чжу Юйхэн осторожно добавил: – К сожалению, он погиб при пожаре во дворце Фэнтяньдянь.

– Погиб? – А-Нань приподняла бровь. – Вот это удача, погибнуть вместе с построенным им дворцом, можно сказать, достойная смерть.

– При этом его смерть была очень странной. – Чжу Юйхэн подробно описал жуткие обстоятельства гибели Цзи Чэнмина, а потом снова взял кисть и нарисовал пугающую сцену: сгоревший заживо Цзи Чэнмин стоит на коленях в подпольном тоннеле.

Услышав о такой жуткой трагедии, А-Нань, эта странная девушка, аж просияла:

– Имея все шансы на спасение, он не захотел укрыться. Неужели там было нечто более ужасное, чем быть заживо сожженным пламенем?

– Не могу представить, что бы это могло быть, – Чжу Юйхэн покачал головой. – После происшествия подпольные отопительные тоннели тщательно обыскали, там не было никаких препятствий, которые могли бы помешать ему передвигаться.

– Но я думаю, в его выборе есть еще более интересная деталь, – подперев подбородок, А-Нань с улыбкой смотрела на него. – Разбить нефритовой плитой пол определенно труднее, чем разбить ей дверь или окно, не находишь? Обычный человек точно не подумал бы лезть под землю.

– Очевидно, что Цзи Чэнмин заранее специально оставил эту ослабленную напольную плиту в качестве запасного выхода, – Чжу Юйхэн нахмурился, размышляя. – Я кое-что еще вспомнил, когда начались непрерывные раскаты грома, именно Цзи Чэнмин предложил нам укрыться во дворце Фэнтяньдянь.

– Значит, ты наверняка уже тщательно проверил Цзи Чэнмина? Что-нибудь обнаружил?

Чжу Юйхэн покачал головой, велел Вэй Ханчжи принести досье Цзи Чэнмина, и тот положил на каменный стол перед А-Нань несколько толстых книг. От увиденного объема информации у девушки аж голова пошла кругом.

– Покажи мне самые важные места. Здесь, наверное, десятки тысяч иероглифов, пока я все это прочитаю, уже стемнеет.

Чжу Юйхэн пролистал первую книгу, где подробно рассказывалось о происхождении Цзи Чэнмина, вторую – о том, как он усердно трудился, чем постепенно повышал свое положение при дворе. Пока А-Нань читала наискосок, Чжу Юйхэн вспомнил, что в третьей книге говорилось о связи евнуха с Подёнкой семьи Гэ, и открыл ее в поисках того места.

Пока он листал книгу, из нее вдруг выпал зажатый между страницами листок. Чжу Юйхэн поднял его, увидел на нем