Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Сумасшествие. Самоубийство. Именно то, что от меня все ждут.

Я поднялся. Сердце колотилось где-то в горле, но уже не от ярости. От леденящего, пьянящего ужаса. От вызова.

Один шаг вперёд. Затем другой.

Воздух затрещал, заскрежетал, будто рвалась ткань мироздания. Мир передо мной поплыл, закрутился в воронку из сломанных красок и невыносимого грохота.

И рывок за грань.

Мир перекосило, вывернуло наизнанку. Я падал вбок, закручиваясь в спираль из сломанного света и звуков, которые пытались доломать сознание. Шаг в разлом был лучшим решением за всю мою жизнь, единственным полностью самостоятельным, ещё и, похоже, последним.

Земля ударила меня по лицу. Влажная, холодная, но не знакомая. Она была липкой, отдавала сладковатой гнилью и озоном. Я откашлялся, поднялся на локти. Тошнота отступала, уступая место животному, первобытному ужасу.

Лес. Но не наш, саратовский. Деревья здесь были слишком высокими, слишком прямыми, словно чёрные, мокрые иглы, вонзившиеся в багровое небо. Ни солнца, ни луны — лишь тусклое, пульсирующее марево, от которого слезились глаза. Воздух был густым, его приходилось проглатывать, и на языке он оставлял привкус железа и пепла.

Тишина. Давящая, звенящая. Ни птиц, ни насекомых. Лишь редкий треск ломающейся, где-то в вышине, ветки.

Я был внутри. В Разломе.

«Самоубийство», — пронеслось в голове обжигающей волной. Отец был прав. Ноль. Даже смерть свою выбрал глупо.

Но тут же, сквозь страх, пробилось другое — упрямое, наглое, моё. Нет. Выбор сделан. Значит, надо выживать.

Я поднялся, пошатываясь. Моё личное усиление работало на полную катушку, заточая страх в глубь сознания, обостряя чувства. Я слышал собственное сердцебиение, чувствовал вибрацию этой чужой земли под подошвами сапог.

И тут лес атаковал.

Из-за ствола, бесшумно, как тень, выпорхнуло нечто. Размером с крупную собаку, кожистое, без глаз, с пастью, полной игл. Оно не рычало, а шипело, как раскалённое железо, опущенное в воду.

Я отпрыгнул. Рефлексы, выдрессированные годами тренировок, сработали сами. Рука потянулась к поясному ножу — жалкому оружию против твари из кошмара.

Чудовище ринулось вперёд. Мне удалось отбить лапу с когтями, длинными, как стилеты, но нож со звоном сломался о них. Боль, острая и жгучая, пронзила предплечье. Удар откинул меня заставив, кувыркнулся по липкой земле.

Оно не давало опомниться. Прыжок. В сторону. Иглы прошили рукав моей куртки, едва не задев кожу.

Страх сменился чистой, белой яростью.Он напал на меня? На меня?!

Я рванулся навстречу, используя свой дар. Всё моё тело на мгновение стало оружием. Скорость, сила, реакция — всё, что я годами в себе взращивал. Я не маг. Скорее — громила. Удар кулаком — точный, в бок твари. Раздался хруст, похожий на треск сухой ветки. Существо взвыло, на этот раз более чем понятно, и откатилось.

Но не умерло. Поднялось, ещё более свирепое, искалеченное.

И вокруг из теней выползли ещё двое. А за ними ещё.

Они загнали меня в ловушку. Одного. С обломком ножа заместо оружия.

Пришлось отступать, отбиваясь. Каждый удар отдавался в висках гудящей болью. Моё усиление пожирало силы с чудовищной скоростью. Я уже не чувствовал ран — только свинцовую усталость. Ещё минута и рухну.

И в этот миг отчаяния я увидел его.

Позади тварей, у подножия самого огромного дерева, лежал скелет. Человеческий, какой-то бедолага не смог выбраться. Облачённый в истлевшие лохмотья мундира имперского стража. А в его костлявых пальцах сжимался странный предмет. Не ядро. Нечто иное. Небольшой кристалл, тёмный, почти чёрный, но с мерцающей внутри звездой. Он был нездешний. Он противоречил всему вокруг.

Это была надежда. Последняя соломинка.

С рёвом, в котором было всё: и ярость, и боль, и ненависть ко всему миру, — рванулся вперёд. В атаку. Я бил кулаками, локтями, ногами. Ломал иглы-когти, чувствуя, как моя собственная плоть рвётся. Я был не магом, не воином, а диким зверем, загнанным в угол.

Мне удалось прорваться. Рука сомкнулась на ледяном кристалле.

И мир взорвался.

Через руку в меня ворвался… хаос. Не просто энергия или магия. А сама первоматерия. Океан без берегов, где сталкивались и рождались миры. Я чувствовал, как во мне просыпается чистый и яростный огонь, воздух, вода... Каждая стихия напомнила о себе.

Это было за пределами боли. Моё тело стало полем битвы стихий. Они рвали меня на части, требуя выхода, не признавая границ.

Из груди вырвался крик. Но не от боли, а от восторга! Это был клич.

И стихии повиновались.

Они вырвались из меня слепым, неконтролируемым ураганом. Стеной пламени, которая испепелила ближайших тварей. Градом из осколков льда, который изрешетил деревья. Вихрем, который вырвал с корнем древние иглы.

Это длилось мгновение. Когда всё стихло, я рухнул на колени. Внутри была пустота. Полная, абсолютная. Моё личное усиление было выжжено дотла этой бурей. Но… что-то осталось. Новое. Чуждое.

Я поднял руку. Мысль. Желание. И на ладони вспыхнул крошечный, дрожащий огонёк. Рядом с ним заплясала капля воды. Крупинки земли закружились в миниатюрном смерче.

Сжал пальцы и всё исчезло. Наступила тишина.

Я сидел среди пепла и разрушения, оставленного моим первым, невольным заклинанием. Дрожал. Внутри всё ныло и болело. Но сквозь боль пробивалось новое чувство. Понимание.

Кристалл… он не дал мне силу. Он разбудил то, что спало во мне всегда. Тот самый «дар», который все считали слабостью, дефектным добавлением к бесполезному усилению. Он был диким, неуправляемым, пожирал меня живьём. Но это была настоящая сила. Та, что может поспорить с настоящими магами.

Вокруг лежали обугленные остатки тварей. Прикрывая оплавленную землю.

С трудом удалось подняться. Ноги подкашивались. Я был пуст, усталость жгла мышцы. Но в глубине души тлела одна-единственная, жгучая мысль.

Неужели я стал настоящим магом?

Тишина после выброса была оглушительной. Я сидел на корточках, опираясь спиной о черное, стекловидное дерево, и пытался перевести дух. Внутри горела сама суть, будто по жилам вместо крови побежал раскалённый песок.

Каждый вздох давался с трудом. Тело чувствовалось… пустым. Выскобленным. Моё личное усиление, моя старая, верная опора, было потрачено на тот безумный прорыв к кристаллу. А новая сила, стихийная, выжгла всё остальное одним-единственным, ни на что не похожим выбросом.

Бросив взгляд на руки, я заметил, что они всё ещё дрожат. На костяшках — ссадины и кровь, напоминавшие о недавней схватке. Но теперь к этому добавилось странное ощущение — будто под кожей ползают миллионы невидимых мурашек. Остаточная энергия. Эхо хаоса.

Глупец. Я повёл себя как последний глупец. Рванул на всё готовое, поддался ярости и отчаянию. Чуть не сжёг себя заживо. Если бы не тот кристалл… если бы