Второй Шанс Старого Рокера - Денис Стародубцев

Через пятнадцать минут мы дошли до школы. Старое здание с облупившейся краской. Вход вел через массивную металлическую дверь, над которой висела вывеска:

«Средняя школа № 17».

Мы вошли внутрь, мимо охранника, которому было вообще плевать на нас — он был занят чтением какой-то книги. Дальше попали в длинный холл с высокими потолками. Было очень шумно: десятки детей бегали, смеялись и кричали. Типичная школа — такая же, как и сорок лет назад. Особо ничего не изменилось.

Девчонка сразу рванула в сторону. Быстро, не оглядываясь.

— Аня! — крикнул я.

Она не обернулась и скрылась за поворотом.

Я остался один. Ну зашибись, и что мне делать дальше? Куда идти? Где класс? Какие уроки? Кто учителя? Слишком много вопросов и абсолютный ноль ответов. В голову пришла одна-единственная мысль: надо найти расписание. По памяти я вспомнил, что обычно в школе его вешают на первом этаже. Именно там располагалась информационная доска. Я отправился по коридору на её поиски.

Что я сразу заметил? Никто не обращал на меня внимания. Как будто меня вообще не существовало. Вспомнил свою школу: как только я заходил внутрь, сразу же встречал друзей, а тут — никого. То ли мне так повезло, то ли у парнишки не было друзей в принципе. Впрочем, второй вариант был не так уж и плох, потому что адекватный диалог со старыми знакомыми вести я бы сейчас всё равно не смог.

Я прошел по коридору и наконец-то нашел расписание. Вспомнил слова матери про выпускной класс. Мне повезло: такой в этой школе был один-единственный. Нашел в расписании нужную строку:

«11 „А“. Русский язык. Кабинет 203».

Судя по номеру, это был второй этаж. Я поднялся по лестнице, нашел нужный кабинет, открыл дверь и вошел.

Внутри скрывался самый обычный класс: парты в три ряда, доска, учительский стол. На стенах висели портреты классиков русской литературы: Пушкин, Достоевский, Булгаков. За партами уже сидели ученики. Кто-то болтал, кто-то тупо залипал в телефоны.

Когда я вошел, несколько голов повернулись в мою сторону.

— Смотрите, Соколов пришел, — сказал кто-то. — Живой! Мы думали, ты уже умер. Чего решил навестить нас? Скучно стало дома сидеть?

Кто-то заржал. Я прошел к пустой парте на последнем ряду у окна и сел.

Никто даже толком не поздоровался со мной. Я оглядел одноклассников. Парни и девушки сбились в кучки по интересам, а я был одиночкой. Впрочем, учитывая болезнь парня, неудивительно.

Прозвенел звонок, и в класс вошла учительница. Женщина лет пятидесяти: очки на носу, волосы собраны в пучок, на вид строгая.

— Здравствуйте, класс, — сказала она. Все встали, и я последовал их примеру. — Садитесь. Открываем тетради и записываем тему.

Я открыл рюкзак и достал первую попавшуюся тетрадь с ручкой.

Женщина стала что-то диктовать, но я её уже не слушал — продолжал изучать класс.

Заметил парнишку на соседнем ряду. Крупный такой, но не спортсмен, скорее жирноват. Он общался с друзьями, которые называли его Димоном. Я бы лучше назвал его Беляшом! Это имя ему явно подходило больше. Он постоянно оглядывался, и я чувствовал его взгляд на себе. А потом он что-то шептал своим товарищам, и они громко смеялись.

— Так, тихо! — рявкнула учительница, и парни сделали вид, что пишут в тетрадях.

После этого они еще несколько раз повторили тот же самый ритуал, и я понял: просто так это не закончится. Что-то эти мелкие девственники задумали.

Время тянулось бесконечно долго. Мне стало скучно настолько, что я нарисовал в тетради ручкой гитару. Наконец раздался звонок на перемену. Я встал и вышел в коридор с вещами.

Блин, надо было сразу посмотреть расписание на второй урок, а так придется снова спускаться вниз. По пути я увидел туалет и зашел туда — хотелось умыться холодной водой.

Когда я вышел из сортира, Димон уже стоял у стены вместе с тремя своими дружками.

— Эй, Соколов! — окликнул меня Димон. — А ты чё не здороваешься? Мамка не научила?

— Ну привет, — сказал я спокойно. — Что-то хочешь?

Он удивился. Явно не ожидал такого спокойного ответа от забитого Коли.

— Ты че, смелый стал? — он подошел ближе. — Болезнь прошла? Решил, что ты крутой? Забыл, кто ты такой и где твое место? Мы же тебе сказали в прошлый раз: теперь будешь называть меня «мой господин»! Ну и где?

Он ткнул меня пальцем в грудь.

— Ты меня слышишь, мусор? Что молчишь? Ты тут никто, просто пустое место, и я могу сделать с тобой что угодно.

Я посмотрел на его палец, потом поднял глаза и одарил его самым презрительным взглядом, на какой был способен.

— Убери палец, — сказал я тихо. — Иначе я тебе его сейчас сломаю и в задницу засуну.

Он замер. Дружки тоже. Они смотрели на меня с диким недоумением.

— Что ты сказал? — переспросил Беляш.

— У тебя еще и со слухом проблемы? Жестами показать? — сказал я, делая шаг вперед. — Знаешь, я передумал. Палец-то я тебе сломаю точно, вот только засуну его в зад не тебе, а ему.

Я показал пальцем на одного из дружков. Те явно стояли и не понимали, что вообще происходит.

В этот момент я увидел Аню. Она бежала ко мне из другого конца коридора, и в её глазах читался неподдельный ужас.

Она подбежала, схватила меня за руку и оттащила в сторону, пока одноклассники так и стояли с открытыми ртами.

— Ты что, совсем с ума сошел⁈ — зашептала она. — Решил покончить с собой? Хочешь, чтобы они тебя убили? Ты забыл, кто это? Это же Димон! Совсем забыл, как он в прошлом году тебя в мусорку закинул со своими друзьями?

Серьезно? Не-е, теперь одним пальцем дело точно не обойдется.

— А тебе разве не всё равно? — спросил я. — Ты же сама сказала, что я тебе никто. Что там еще было? Дай вспомнить… «Если меня убьют, тебе же лучше будет — избавишься от проблемы. Сможешь жить свободно без брата-инвалида». Так что считай, делаю тебе одолжение.

Было интересно посмотреть на её реакцию. Она замерла, глядя на меня, в ее глазах блеснули слезы, но она быстро их смахнула.

— Ты… ты дурак… — сказала она тихо. — Ты просто дурак!

Раздался звонок, и перемена закончилась. Она выдохнула, сделала шаг назад и бросила:

— Иди уже на свой чёртов урок!

Потом развернулась и быстрым шагом направилась в противоположную сторону.

Я обернулся, чтобы закончить дела с Беляшом и его шакалами,