Второй Шанс Старого Рокера - Денис Стародубцев

Я повернулся к этому начальнику и посмотрел на него с презрением.

— Ты что, мать не слышал? — спросил он. — Ну-ка пошёл отсюда!

— Ты чего орешь-то? Что она тебе сделала? Мы же оба понимаем, что дело не в испорченных деталях, — обратился я к мужику.

— А ты вообще кто такой, чтобы со мной разговаривать⁈ Сопляк! Мелкий сопляк! Проваливай, пока я не вызвал охрану! — зашипел он.

Я продолжал смотреть на него. Он был толще меня и выше, но в тот момент это не имело для меня никакого значения.

— Сопляк? — я усмехнулся. — Да я таких, как ты, через одного переступал. Ты просто жирный козел, который думает, что он король мира, а по факту… Кто ты такой за пределами этого цеха? Никто! Знаешь, в чем твоя проблема? Жена не дает из-за того, что боится получить травму от твоего пуза? В яблочко попал?

Он аж задымился, и все его лицо пошло красными пятнами.

— Да что ты себе позволяешь⁈ — взревел он со злобой. — Всё, я вызываю охрану, и тебя мигом вышвырнут отсюда!

— Ну давай, — сказал я спокойно. — Я просто предупреждаю: еще раз ты повысишь голос на эту женщину, и я тебя сам вынесу отсюда вперед ногами. Понял?

Может, и не стоило так жестко говорить, но я прекрасно знал, что с такими типами по-другому нельзя. Если позволять им слишком много, это будет продолжаться до бесконечности, и в конце концов матери юнца, в которого я попал, придется заплатить за это своим здоровьем. Ну и, конечно, я просто органически не переваривал таких ублюдков!

Он явно опешил. Открыл рот и посмотрел на людей вокруг: все пялились на нас.

— Работать! — завизжал он, как поросёнок. — Всем работать! Работать, я сказал!

Но никто не шелохнулся, все так и продолжали смотреть на нас. В глазах многих рабочих я увидел откровенное одобрение.

— А ты, сопляк, поплатишься за свои слова здесь и сейчас! — он шагнул прямо ко мне, замахиваясь кулаком.

В этот момент, как назло, снова случилось это. Грёбаная боль в груди вернулась, и в глазах потемнело. Дышать стало тяжело: больное сердце, исчерпав утренний запас сил и оставшись без капли эфира, не выдержало бешеного всплеска адреналина. Я сделал шаг назад и согнулся.

Ублюдок уже готов был нанести удар, но… не вышло.

Женщина встала между нами, прикрыв меня собой. Она смотрела на него, и в ее глазах я увидел яростный огонь и решимость разорвать обидчика, но не подпустить его ко мне.

— Отойди от моего сына! — крикнула она. — Или я тебе глаза выцарапаю!

Он опешил. Явно не ожидал, что эта тихая, забитая женщина, которая все время только молчала и терпела, вдруг даст ему такой отпор.

— Елена, ты с ума сошла? — спросил он. — Ты понимаешь, что делаешь? Ты хочешь потерять работу и остаться без денег? Твои дети будут голодать! Ты этого хочешь⁈

— Я хочу, чтобы ты оставил моего сына в покое! — кричала она. — Не позволю тебе тронуть его! Я работаю здесь семь лет и всё это время терпела твои оскорбления! Но если ты поднимешь руку на моего ребенка, я терпеть больше не буду! Я пойду в трудовую инспекцию, в прокуратуру, позвоню в газету и на телевидение! Расскажу им всё: как ты обращаешься с рабочими и как заставляешь работать в выходные без двойной оплаты! Я всё расскажу!

Жирдяй явно был в шоке, а потом перевел взгляд за мою спину. И я увидел, как он мгновенно побледнел, словно увидел призрака.

— Черт… — пробормотал он. — Комиссия… как не вовремя!

Я обернулся и увидел, что из-за угла действительно появились какие-то люди в дорогих костюмах, с папками в руках.

— Владимир Степанович, — сказал один из них. — У вас проблемы? Что тут происходит? Почему люди не работают?

Начальник побледнел еще сильнее.

— Да мы тут обсуждали одну бракованную деталь, попросил всех обратить внимание, чтобы дальше такого не повторялось, — заискивающе затараторил он. — Пройдёмте скорее ко мне в кабинет, я расскажу вам подробнее.

Он нервно махнул рукой:

— А вы — вернитесь к работе!

Больше никто не рискнул игнорировать распоряжение, и все разошлись по станкам. Сам жирдяй торопливо повел комиссию куда-то в дальнюю часть цеха.

Я же стоял, согнувшись в три погибели, и судорожно пытался нащупать гребаные таблетки в кармане. Как же меня это уже достало! Нужно срочно что-то делать с этим убогим телом!

Глава 6

Я стоял в цеху, где работала мать Коли, и был готов упасть в любую секунду.

Состояние было так себе, мягко говоря. Сердце колотилось как бешеное, будто внутри сидел барабанщик и выдавал мощную сольную партию. В груди снова разгоралась боль. Это означало, что болезнь возвращается, и этот эмоциональный эфир, будь он неладен, на нуле.

Я нервно шарил по карманам. Куртка? Джинсы? Внутренний карман? Внешний? Да где же эти долбаные таблетки⁈ Мать положила их утром на стол и сказала:

«Не забудь, Коля. Положи в карман, чтобы всегда были под рукой».

Я так и сделал, но вот именно в тот момент, когда они были мне так сильно нужны, не мог их найти. Оказывается, когда ты задыхаешься, такая простая вещь, как достать нужное лекарство, становится сложнейшей задачей.

Перед глазами всплыло полупрозрачное сообщение:

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ]

[ЗАПАС ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ЭФИРА: 0 ЕД.]

[СОСТОЯНИЕ НОСИТЕЛЯ: КРИТИЧЕСКОЕ. ОСТРАЯ СЕРДЕЧНАЯ НЕДОСТАТОЧНОСТЬ]

[УГРОЗА ОСТАНОВКИ СЕРДЦА]

— Твою мать… — прошептал я. — Да где же ты⁈

Пальцы наконец нащупали упаковку в кармане куртки.

НАКОНЕЦ-ТО!

Я вытащил её и вытряхнул таблетку дрожащими руками. Резким движением сунул её себе в рот. В горле пересохло, но я быстро её проглотил.

— Давай же… — шептал я. — Давай, сука… Работай!

В этот момент мать подбежала ко мне. Её глаза были наполнены неподдельным ужасом.

— Коля! — она схватила меня за руку. — Коля, что с тобой? Вызовите кто-нибудь скорую! Он сейчас умрёт прямо тут!

— Не надо… — выдавил из себя я. — Я уже принял таблетку… Сейчас пройдет…

Почему я был в этом уверен? Да не был вообще! Но если приедут врачи, придется ехать в больницу. Сколько бы дней я там провел? Хрен знает, но явно немало, а этого мне очень сильно не хотелось. Никогда не любил этих шарлатанов в белых халатах.

— Ты уверен? — она всё ещё держала меня за руку и смотрела прямо в глаза. Даже куда-то глубже глаз — про такое иногда говорят «смотрела прямо в душу». — Ответь мне! Ты