"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

и запрокинув голову. Шляпу, чтобы не свалилась, приходилось придерживать рукой. А в небе над ним с едва слышным свистом кувыркался маленький двукрылый самолётик. Кабы не эти кренделя, звука не было бы вовсе, как у того же «Ориона».

Веретенников глядел и ему самому, создавшему и «Орион», и выполняющий нынче испытательный полёт «Сатурн», не верилось: прошло едва ли полгода, а техника сделала такой невероятный скачок.

После первой демонстрации «Ориона» по всему миру начался ажиотаж. Сотни, а то и тысячи людей принялись строить самолёты и пытаться на них летать. Иные энтузиасты, не имея возможности создать летательный аппарат в одиночку, сбивались в группы. Некоторые даже добивались успехов. Места во всех трёх пилотских школах, созданных Тенишевым, были расписаны на год вперёд. Число заказов на все модификации «Ориона» было таково, что два цеха, в Тамбове и в Алуште, работали в три смены, чтобы удовлетворить спрос.

Из массы восторженных дилетантов постепенно выделялись серьезные, грамотные люди, способные сделать что-то действительно выдающееся. За ними зорко следили конкурирующие фирмы, и самым удачливым и талантливым тут же делались по-королевски щедрые предложения. Тенишев тоже следил за этим первичным бульоном, но предложений никому не делал. Многие из самодеятельных конструкторов рассчитывали именно на него, и такое странное поведение пионера авиации соискателей удивляло и обижало.

Однажды Веретенников его спросил об этом. Прежде, чем ответить, князь внимательно, оценивающе, поглядел на Андрея.

— Скажите, Андрей Егорович, — начал Тенишев, — многие инженеры смогут с нуля спроектировать и построить принципиально новый аппарат? Не отвечайте, это риторический вопрос. Вы смотрели поделки энтузиастов? За редчайшим исключением это клоны вашего «Ориона». Да, именно вашего. Я говорил с Варей, и она призналась, что львиная доля идей и конструкторских решений в этом проекте принадлежит вам. То есть, конструктор у меня уже есть. Возможно, понадобится ещё, когда мы дорастём до того, чтобы делить разработку новых самолётов по направлениям. Вот, например, вы закончите «Сатурн», он уйдёт в серийное производство. И в ходе эксплуатации непременно будут выявляться десятки и сотни мелких недочётов. Их надо будет исправлять, вносить в конструкцию изменения, создавать модификации самолёта для различных целей. И с этим вполне справится небольшая группа молодых конструкторов. Вылизывая «Сатурн», ребята наберутся опыта, вырастут как инженеры, и через несколько лет придут к вам с предложением нового, уникального проекта.

— Они уже приходят, Владимир Анатольевич, — усмехнулся Андрей. — Но пока их фантазии хватает, как вы говорили, на вариации. Пусть уже не «Ориона», а «Сатурна», но не более.

— Они вырастут, Андрей Егорович, дайте только время. Не все, конечно. Кто-то так и не сможет шагнуть на новую ступень. Или ограничится специализацией по какому-нибудь узлу, и в этом узком сегменте станет лучшим в мире. Но здесь и сейчас есть вы. И есть Варвара, которая, фактически, снимает с вас большую часть рутины. Поэтому из тех людей, кто сейчас пытается изобразить более-менее удачные вариации на тему «Ориона», я возьму только таких, которые сумеют меня удивить. А у прочих я готов разве что покупать патенты на действительно хорошие решения отдельных элементов.

Воспоминания прервал «Сатурн». Откатав программу, он пошел на посадку. Лихо приземлился в начале полосы, прокатился до стартовой отметки, развернулся и замер. Пропеллер, останавливаясь, сделал ещё несколько оборотов. Пыхнул стравливаемый из котла пар. Дверца кабины откинулась, из неё на крыло выбрался бывший есаул Сергей Прокопьевич Авдеев. Красуясь непонятно перед кем, спрыгнул на утрамбованную землю и промаршировал к Веретенникову. Стрельнул взглядом куда-то за спину начальству и доложил:

— Замечательная машина, Андрей Егорович. «Орион» против «Сатурна» что плотник супротив столяра. Одно только нехорошо: постоянно кренит его влево. Аж рука заболела всё время ручку вправо наклонять. И чем больше скорость, тем сильней кренит.

— Кренит, значит, — озадачился Веретенников, принявшись размышлять над новой проблемой.

И тут же, спохватившись, повернулся к Авдееву:

— Спасибо, Сергей Прокопьевич. Будем разбираться, искать причину. Скажите механикам, пусть закатывают «Сатурн» в ангар.

Сзади послышались шепотки. Андрей обернулся. Все его подчиненные кроме Варвары собрались, оказывается, на лётном поле. Ну а Варя сейчас наверняка прогуливается по Тамбову с тем хлыщом, что раскатывает на зелёном «Бентли». Прогуляла уже половину зарплаты. Андрей, когда подписывал расчетные ведомости, видел суммы.

— Все слышали, что сказал Сергей Прокопьевич? — вопросил Веретенников у подчинённых.

Правда, эти подчинённые если и младше, то ненамного. Все, как и он, недавние студенты. На лицах экзальтация, доходящая до экстаза, в глазах огонь энтузиазма, все копытами бьют в ажитации, в бой рвутся. Еще бы — на их глазах и во многом их руками история творится. Пройдет лет пятьдесят, и о них в мемуарах писать будут. А, может, к тому времени они сами напишут мемуары.

— Какие имеются предложения, господа инженеры?

— Проверить изготовление и сборку крыльев, взаиморасположение несущих плоскостей.

Это Николай Сорокин. Вечно торопится, и от того частенько попадает в глупые ситуации.

— Разумно. Займитесь этим вопросом. Ещё варианты?

— Проверить правильность сборки и установки стабилизатора.

Вениамин Плетёнкин, серьёзный парень, но без полёта фантазии. Сорокин выдал тезис об ошибках сборки, а Плетёнкин принялся думать исключительно в этом ключе.

— Что ж, проверяйте.

— Ошибка в расчетах! — тряхнул смоляными кудрями Пётр Непейвода.

— При обдувке модели проблемы не проявились, — возразил Веретенников. — Стало быть, либо ошибка изготовления и сборки, либо…

Он взглянул на молчавшего до сих пор Ивана Таранова. Паренёк подавал серьёзные надежды. Из этой бравой четвёрки, пожалуй, самый сообразительный. И Таранов не подвёл:

— Либо влияние неучтённого ранее фактора, — закончил он.

— Вот именно, — подтвердил главный конструктор. — Осталось определить этот самый фактор. Но проверить правильность сборки тоже необходимо, чтобы этот вариант гарантированно исключить. Так что занимайтесь, ребята.

Сорокин и Плетёнкин, почуяв, что сейчас мимо них просвистит нечто весьма интересное, повесили носы и побрели в ангар, к самолёту.

— Не переживайте, ваша слава от вас не уйдёт, — обнадёжил их Андрей. — Чем быстрее справитесь, тем быстрее присоединитесь к нам. Но сделайте всё честно и тщательно. Если обнаружу халтуру, выгоню в тот же день.

Он повернулся к Непейводе и Таранову:

— А вам предстоит подумать на предмет этого самого неучтённого фактора. Я сейчас еду в школу пилотов. Завтра утром встретимся и обсудим варианты, которые к этому времени придут к вам в головы.

* * *

Верочка Соловьёва визиту Андрея обрадовалась. Она вообще радовалась каждой их встрече. Но при этом и дело не забывала.