"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

— Спасибо, Сергей Прокопьевич, — кивнул ему Веретенников.

И, оборотясь к помощникам, добавил:

— Все слышали?

Те вновь забубнили, на этот раз смущенно и невнятно:

— Мы… быр-быр-быр… надо было убедиться…

— Убедились?

— Так точно!

Четвёрка гаркнула так, что самый строгий фельдфебель бы не придрался.

— Замечательно. Я сейчас уеду, а завтра с самого утра будем разбирать варианты компенсации реактивного момента. Так что идите, изобретайте.

Четверо инженеров замерли в недоумении и замешательстве. Неизвестно, сколько бы они так простояли, если бы не вмешался Тенишев:

— Господа, вам дано задание. Извольте выполнять.

И размеренным шагом направился к выходу. Андрей двинулся за ним. Четверо вчерашних студентов, почесав затылки под шляпами и кепи, поплелись на рабочие места. А лётчик-испытатель Сергей Прокопьевич Авдеев, топтался на месте и всё бормотал себе под нос:

— Надо же! Сиятельство, а по имени-отчеству величал. Одно слово — князь!

* * *

У ворот пассажиров ждала княжеская разъездная «Эмилия». Разумеется, в гараже имелся и лимузин. Только Владимир Анатольевич лимузины не жаловал, и пользовался обычно именно «Эмилией». Сплетники утверждали, что с этой машиной у него связаны некие амурные воспоминания, от того и держит её, не сменяет на что-нибудь более современного вида.

Андрей не знал, так это или нет, но в Тамбове эта «Эмилия», кажется, осталась единственной и являлась своеобразной визитной карточкой князя. Разумеется, это была далеко не та «Эмилия», что, согласно городским легендам, была сотворена за полдня из имеющихся в наличии запчастей. Якобы, князь, тогда ещё не князь и не Тенишев, а простой гонщик Стриженов, собирался ехать к в гости к даме. Но мотоцикл, тот самый «Железный конь», на котором и Веретенникову довелось прокатиться, оказался совершенно не приспособлен для зимних поездок. Вот тогда Стриженов и проявил чудеса изобретательности. Сейчас на «Эмилиях» разъезжали разве что любители ретромобилей. Ещё, конечно, князь, но тамбовские обыватели простили бы ему и не такое чудачество.

Внутри мобиль вовсе не походил на престарелый рыдван. Оборудованный по последнему слову дизайна салон был комфортен, даже роскошен. Пожалуй, не каждый лимузин мог похвастать такой начинкой, как тенишевская «Эмилия».

Поездка прошла в молчании. Мобиль остановился у крыльца лучшей тамбовской гостиницы. Князь тут же без разговоров направился ко входу. Андрею ничего не оставалось, как следовать за ним.

Швейцар с низким поклоном открыл перед ними дверь. Молодая женщина за стойкой регистрации тоже поклонилась. И все, кто встречались по пути, от мальчишки-посыльного до управляющего, непременно здоровались и кланялись. Андрей знал, что князя в Тамбове едва ли не боготворят, но с такой наглядной демонстрацией прежде не сталкивался.

Тенишев, не спрашивая пути, уверенно поднялся на четвёртый этаж и подошел к богато украшенной двустворчатой двери. Постучал и, дождавшись ответа, вошел, сделав Андрею знак следовать за ним. Навстречу им поднялся немолодой, даже, наверное, старый мужчина. Тяжелое лицо с крупными чертами отмечено было глубокими морщинами. Для маскировки не то лысины, не то седины, голова была гладко выбрита, отчего крупноватые уши казались оттопыренными. Несколько старомодная одежда выглядела вполне солидно. Да и весь облик старика создавал ощущение цельного, законченного образа, как бывает у людей, привыкших следить за своим внешним видом. Например, актёров.

— Добрый день, Глеб Евгеньевич, — поздоровался Тенишев. — Позвольте представить: главный конструктор фирмы «КиТ-Авиа» Андрей Егорович Веретенников.

Князь обернулся к Андрею и в свою очередь представил обиталеля «люкса»:

— Андрей Егорович, это великий человек, о котором помнить будут все лётчики до скончания веков. Изобретатель ранцевого парашюта Глеб Евгеньевич Котельников. Вы наверняка видели все эти громоздкие зонтики, которыми оборудовали первые аэростаты. После, едва появились системы коллективного спасения на дирижаблях, о них забыли. И заодно забыли крайне полезном изобретении господина Котельникова.

— Весьма рад знакомству, — произнес Котельников, протягивая Андрею руку.

— Очень приятно, — отзеркалил Веретенников, отвечая на рукопожатие.

— Ну а теперь, когда вы знакомы, — тут же взял слово князь, — предлагаю перейти к делу. Вы ведь помните, Андрей Егорович, свои ощущения во время нашего совместного полёта?

— Разумеется. Это было… — инженер помедлил, подбирая слова, — не слишком приятно.

— А с изобретением уважаемого Глеба Евгеньевича можно не бояться, — подхватил Тенишев, — что самолёт развалится в воздухе. Вы всегда сможете благополучно вернуться на землю — если, конечно, хватит высоты.

Андрей, мгновенно сообразив, чего хочет князь, повёл партию скептика:

— Хотелось бы понять, насколько удобно будет пользоваться этим изобретением. Кроме того, было бы хорошо увидеть его в действии.

Котельников, по-видимому, раскусил примитивную игру за секунду.

— Это не составит никакого труда, — заявил он. — Предвидя ваши желания, я привез с собой образцы парашютов. Сейчас они находятся на вокзале, в камере хранения. Вы, ваше сиятельство, можете послать своих людей, чтобы они перевезли багаж к месту демонстрации.

Тенишев не моргнул и глазом:

— Прекрасно, Глеб Евгеньевич. Тогда я сейчас же пошлю за парашютами, а мы тем временем перекусим. В ресторане гостиницы подают недурную форель.

* * *

Форель под грибным соусом была и в самом деле отменной. В соединении с фаршированными артишоками, сыром и выдержанным в дубе шардоне она полностью захватывала внимание гурманов, не оставляя места для разговоров даже на нейтральные застольные темы. Андрей оторвался от еды лишь тогда, когда вилка скрежетнула по пустой тарелке. Он поднял голову и увидел, что его спутники повели себя примерно так же.

Подошел метрдотель, склонился к уху Тенишева и шепнул несколько слов. Тот, извинившись, отлучился.

— Андрей Егорович, — тут же принялся за расспросы Котельников, — с момента первой демонстрации в Алуште я внимательно слежу за всеми авиационными новостями, но ваше имя в газетах не было упомянуто ни разу. Скажите, это ведь вы создали «Орион»?

— Отчасти, — подтвердил Веретенников. — Проект мы делали вместе с княжной.

— С княжной Тенишевой? — недоверчиво переспросил собеседник.

— Именно, — подтвердил Андрей. — Мы с ней вместе заканчивали ИМВТУ. И ваш скептицизм напрасен. У Варвары Владимировны диплом с отличием.

— Надо же! — удивился Котельников. — Тем значимей ваши достижения. А скажите, каково это — подняться в небо? Я, конечно, совершал перелёты на дирижаблях. Но, по слухам, ваши самолёты — это нечто совершенно иное.

— Если Владимир Анатольевич позволит, у вас будет возможность лично проверить эти слухи. Я, к сожалению, сегодня уже не рискну пилотировать, — Андрей указал на