Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

встречаться с которым рекомендовалось меньше всего. Ещё ни один из смертных не мог похвастать тем, что спасся, повстречавшись с Хресвельгом. Случалось, в горах находили их кости.

— В таком случае мне остаётся лишь дорого продать свою жизнь.

Хресвельг устало махнул крылом.

— Да не выйдет у тебя ни дорого, ни дёшево. Как можно бороться с морским ураганом?! Как можно бороться со снежною бурей?! Как можно бороться с горной лавиной?! Примерно так же можно бороться со мной. Но дело в том, что мне не хочется тебя убивать. Ты любопытен мне тем, что бежал от смерти, хотя должен был умереть. Ты любопытен ещё и тем, что сам придёшь к смерти, хотя будешь иметь возможность бежать. Ах, как всё это занятно! — Последнюю фразу Хресвельг выговорил тоном избалованной барышни, обрадованной очередным подарком. — Давай-ка лучше сыграем в игру.

— Я не буду отвечать на твои вопросы! — предупредил я.

— А я и не собираюсь их тебе задавать. Мы поступим вот каким образом. Я расскажу тебе твою судьбу, а потом мы поспорим об одной маленькой и очень простой вещи.

— Ты знаешь мою судьбу? — Признаться, я был заинтригован.

— Как свои шесть пальцев! — хохотнул Хресвельг, демонстрируя морщинистую лапу, увенчанную шестью громадными когтями. — Ну так как, договорились?

— Если я соглашусь, ты пропустишь меня?

— Конечно… — Голубоглазая тварь взяла эффектную паузу, после чего томно прибавила: — Если захочешь этого сам!

Ещё бы не захочу! Я усмехнулся и до поры до времени спрятал меч. Успокоившийся Грани, словно понимая, о чём идёт речь, пофыркивая, внимал нашему разговору.

— К твоим услугам, — сказал я. — Любопытно будет узнать, какие подвиги я совершу в будущем.

Хресвельг одарил меня внимательным взглядом. Мне показалось, что в его круглых глазах впервые за всё это время шевельнулось подобие чувства, а именно жалость.

— Любопытно? — переспросил он. — А, может быть, страшно?

Я не ответил, и тварь ухмыльнулась. Затем она сцепила когти на обеих лапах и, сладко хрустнув ими, совсем как человек, разминающий пальцы, начала:

— Ты уже прошёл часть назначенного пути, отомстив за смерть отца смертью двух отроков. Не самый благородный поступок, но я не осуждаю тебя. Ты был вправе так поступить. Хотя с другой стороны…

Я прервал мудрствующую тварь жестом брошенной вперёд руки.

— Поменьше нравоучений. Они утомляют.

— Хорошо, — покорно согласился Хресвельг. — Обойдёмся без этого. Сейчас ты спешишь домой?

— Да. Меня ждут мать и мой род. Теперь я смогу с достоинством носить имя конунга.

— Конечно! — Хресвельг развёл в стороны полотнища крыльев. — Убивший дважды, достоин править родом! Но, увы, тебе не придётся вернуться домой, в места, где прошло твоё детство. Мне это нужно!

— Это почему же?

Хресвельг ответил лишь на один из моих вопросов.

— Просто не придётся. Здесь нет причин, и не стоит их искать. Это судьба. Ты остановишься у хитрого Регина, который поделится с тобой мудростью, обретённой от отца своего Хрейдмара. Мне это нужно!

Я ощутил прилив раздражения.

— Какой ещё Регин?!

— Ётун, сын ётуна, но по виду человек. Он встретит тебя в кузне под горою.

— Я проеду мимо.

Хресвельг помотал головой.

— Нет, ты остановишься. Это судьба, никто не вправе идти против судьбы. Твой конь захромает, и ты остановишься, чтоб его подковать. И останешься у кузнеца. Мне это нужно!

На этот раз я не стал спорить, решив, что пусть этот умник городит, что на ум взбредёт. Главное, чтобы он не проголодался и исполнил обещание пропустить путника через горы.

— Ну хорошо. Допустим, я остановлюсь. Что дальше? Ведь рано или поздно я покину твоего кузнеца.

— Он не мой. Он скорее твой, ведь он станет твоим учителем. Ты научишься у него многому, хотя Регин и не даст тебе главного знания. Зато он подговорит тебя убить своего брата Фафнира, симпатичного Дракона с розовым брюхом. Мне это нужно!

— Драконов не бывает, — пробормотал я.

— Бывают! Ещё как бывают! И ты убьёшь Фафнира и завладеешь его богатством. А потом ты убьёшь и своего наставника Регина, потому что он сам захочет убить тебя, а к тому же твоё сердце уже вкусит сладкий яд золота. Мне это нужно!

— Плевал я на твоё золото!

Грани заплясал подо мной, словно откликнувшись на моё негодование.

— Сейчас — да. Но ты полюбишь его! Ты отправишься к матери, но вновь не сумеешь вернуться домой. По пути ты встретишь прекрасную деву Брюнхильд, спящую на холме. Ты разбудишь деву и станешь её возлюбленным, за что будешь вознаграждён великим знанием рун. Мне это нужно!

— И конечно я пожелаю остаться с нею.

Хресвельг с видимым удовольствием почесал уродливую голову о крыло.

— Нет, — протянул он. — Ты дашь обещание вернуться и взять её в жены, но всё же продолжишь путь домой. По пути ты остановишься в маленькой деревушке Сёфрегосс, владении конунга Гьюки, и хитрая Кримхильд опоит тебя соком забвения. Мне это нужно!

Ну как тут было не рассмеяться.

— Я так и знал! — сообщил я со смешком.

— Нет, ты не знал, и не знаешь. Но норны уже сложили об этом песнь.

Хресвельг поднял к нависшей скорлупе неба голову и запел. Пел он фальшиво, хотя и не без приятности.

Будешь, князь,

коварно обманут,

горе узнаешь

от козней Кримхильд:

дочь её, дева

светловолосая,

будет тебе

в жены предложена.

Допев последнюю строфу, тварь умолкла и выжидающе на меня посмотрела. Похоже, Хресфельг ждал оценки своему дару. Я снисходительно кивнул.

— Неплохо, но можно и лучше.

— Наглец, — беззлобно констатировал Хресвельг. — Но ты получишь своё. Ты станешь мужем Гудрун, дочери Гьюки, и отдашь ему богатство, какое возьмёшь у Дракона. А потом ты поедешь сватать прекрасную Брюнхильд, но не себе, а названному брату Гуннару. И ты поможешь ему получить деву, какая станет ему женой. Мне это нужно!

— Грустно, — заметил я, — но не более.

Удивившись моим словам, Хресвельг воскликнул:

— Грустно? Это трагедия! Вернее, завязка трагедии. Пройдёт время, и спадут чары сока забвения. Ты вспомнишь всё, что связывало тебя с прекрасной Брюнхильд. Но ничего уже нельзя изменить, и ты будешь знать это. Но ты неосторожно проговоришься глупой Гудрун, а та выболтает всё Брюнхильд. Мне это нужно! Она расскажет прекрасной деве и то, как ты обманом помог Гуннару завладеть ею. И Брюнхильд не простит тебе. Она потребует от мужа твоей головы. А он расскажет тебе обо всём этом и предложит бежать. А ты, дуралей, откажешься и отправишься прямиком в Валгаллу.

Я почувствовал себя слегка уязвлённым.

— С чего это ты взял, что я добровольно пойду на смерть?!

— Пойдёшь. Не скажу почему, скажу