Путь Стража - Алвур

когда хотят убить мага, целятся сперва в руки, а только потом в голову или сердце. Что же до твоего предложения, — Дайлен опустил руку и ехидно ухмыльнулся, глядя на Ульдреда, — тебе бы самому сперва решить эту проблему.

Одержимый сперва нахмурился, а затем взъярился:

— Да как ты смеешь, ничтожество, оскорблять меня подобным образом⁈ Я раздавлю тебя, выпотрошу, заставлю жрать свои же кишки! РА-А-А-А!

Ульдред… Нет, уже демон в его теле, взревел и стал обращаться. Следом за рукой увеличилось туловище, затем вторая рука и ноги, преобразуясь в фигуру демона Гордыни. Последней преобразовалась голова, вытянувшись на манер треугольника, и обзаведясь огромными рогами.

— Узри же мою истинную форму!

— Наконец-то прекратил притворяться?

— Умри!

Демон вытянул в сторону Дайлена руки, над которыми затрепетало чёрно-багровое пламя. Однако, прежде чем заклинание сорвалось с его рук, в бой вступило, наконец, третье лицо. С трудом приподняв руку, Первый чародей хрипло произнёс:

— Пламя Андрасте.

С руки Ирвинга сорвался поток пламени ослепительно белого цвета. Немногие могли похвастать владением подобной магией, больно уж сложна она была в исполнении, да и область применения у неё была весьма специфическая — противостояние демонам, прорвавшимся сквозь Завесу. Название, кстати, придумал один весьма набожный маг, но от Церкви его скрывал… Какое-то время, пока его исследования не были обнародованы. Церкви это не слишком понравилось, но, увидев как оно выглядит и узнав о его свойствах, скрипя зубами церковники всё же оставили название и само заклинание в покое, разрешив изучение. Однако, изучали его целенаправленно лишь те, кто погружались в изучение мира Тени. Как Первый чародей Ирвинг когда-то. Ирвинг надеялся, что после Истязаний он сможет передать это заклинание Дайлену, который тоже погружался в изучение духов и мира Тени, но…

Поток белого пламени достиг демона, однако бессильно растёкся по мгновенно выставленной защите. Рука Ирвинга бессильно упала, а сам Первый чародей закатил глаза, теряя сознание. Он не услышал, как демон прорычал:

— Глупец! Тобой я займусь позже. И не надейся, что в этот раз я стану просто уговаривать.

Ирвинг не увидел так же хищный оскал на лице Дайлена, глаза которого стали заполняться сине-зелёным туманом, лицо исказила сетка трещин, а за спиной затрепетал призрачный плащ. Ладонь правой руки сжалась на клинке, что у прочих Рыцарей-чародеев был менее плотным, да и существовал намного меньше. Демон Гордыни, обернувшись к молодому магу, повёл носом:

— Какой знакомый запах. Так пахнет Тень.

— Так пахнет твоя смерть, — разнёсся под сводами зала Истязаний искажённый реверберациями голос.

* Дайлен *

Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень… Нет, это всё же из другой оперы. Отключившийся Ирвинг стал для меня лучшим моментом для преображения. Всё же, я не хотел бы травмировать психику старика и давать лишние поводы для беспокойства. Теперь у меня примерно минута на то, чтобы завалить эту тушу. Погнали!

Я рванул в сторону демона, стремясь, как и в случае с огром, подрезать ноги здоровяка, но Гордыня был куда как умнее. И расторопнее. Когда я приблизился на опасное расстояние, демон просто подпрыгнул, пропуская меня под собой и запуская мне в спину багрово-чёрный огненный шар. Его я пропустил над собой, пригнувшись и, вспомнив недавний трюк Праздности, зацепившись за выступ пола, гася инерцию. В находящегося в свободном падении демона понеслась, сверкая красными и зелёными вспышками молния, усиленная Кровью и Тенью. И вот её защита демона, в отличие от заклинания Ирвинга, уже не выдержала. С громким треском щит лопнул, а демон взревел, содрогнувшись от удара током, и упал плашмя на пол, потеряв равновесие. Прийти в себя я ему старался не дать, подскочив и начав наносить удары призрачным клинком. Шкура демона была намного крепче, чем шкура огра, да и он мог каким-то образом сопротивляться магии, словно был храмовником, а потому мои удары не всегда достигали цели, но всё же несколько глубоких ран на руках и ногах демон получил. От демона мне пришлось отпрыгивать так же резко, как я к нему рванул — вокруг Гордыни разразился огненный шторм чёрно-багрового цвета, быстро опавший и открывший вид на злого демона, который поднялся с пола и сверлил меня взглядом своих чёрных глаз.

— Я был не прав? Похоже на то! Ты не человек, что не слился с Духом, ты Дух, что принял форму человека!

— И ты опять не прав. Я человек, который стал Духом, который стал человеком, который стал потом Духом!

— Бред. Сдохни!

Демон ударил раскрытой ладонью сверху вниз, стремясь… Раздавить меня как муху? Пожалуй. Вот только он не учёл, что я немного сильнее и крепче, чем был пару минут назад. Руку демона остановил возникший вокруг меня щит, а в любезно открытую ладонь демона впился мой клинок. Под рёв гостя из Тени, который отдёрнул руку, я снова подскочил к ногам твари, ударив сверху вниз и рассекая стопу. Очередной болезненный стон-рык и демон, подняв раненую ногу, топнул, стремясь меня раздавить. К такому меня жизнь не готовила, и пришлось снова отпрыгивать, оставляя вторую ногу демона нетронутой. Не достигнув желаемого результата, Гордыня взревел и вытянул руку в сторону бессознательного Ирвинга. С его руки сорвался поток белесого пламени, в котором мелькнул демон, однако же, у меня же не зря с собой свиток один был, да? Сорвавшееся скороговоркой заклинание со свитка вызвало очередной болезненный рёв, а поток пламени вместе с демоном внутри, пошёл зелёными трещинами и разлетелся, будто стекло, оставив после себя запах грозы и Тени. Я вновь бросился к упавшему на одно колено демону, чувствуя, как истекает время и как подступает кровь к губам. Демон вывернул голову за спину, словно сова, и из его рта вместе с рёвом в меня полетел поток чёрно-багрового пламени, от которого было уже не увернуться. Я выставил щит и упал на одно колено — было чувство, что в мою защиту таран ударил, такой плотности был этот поток пламени. Так мы и стояли в магическом противостоянии какое-то время. Я с трудом поднялся и, шатаясь и спотыкаясь, направился к демону. Клинок в руках задрожал и стал расплываться, из носа закапала кровь, а во рту привкус металла стал намного острее. Да и слюны стало подозрительно много. Сплюнув, я понял, что это была не слюна. Сколько мы здесь уже скачем? Явно больше двух минут, намного больше. Кажется, после всех моих злоключений, доступный мне лимит времени сильно увеличился.