Бесконечность - Марцин Подлевский

— Нет, — отрицательно ответил нуль-единичный Джонс. — Синхрон и Поток основывались на ретрансляторах, зондах и херувимах, а они, безусловно, уже не работают. В принципе, уже не существует никакой обнаруживаемой сети… даже будь она эхом прежних соединений. И даже если бы такое эхо существовало, оно все равно было бы для нас бесполезным.

— Эхо? — не понял компьютерщик.

— Сеть очень старая, — объяснил доктор. — Теоретически, после стольких веков… а может быть, тысячелетий, она могла оставить какой-то след во Вселенной. Но невозможность обнаружить этот след херувимами или зондами делает его бесполезным и для Миртона. Мы уже установили: импринт, каким-либо образом зависящий от сети, больше невозможен.

— Но он все еще существует…

— Да, — признало голо. — Импринт всё ещё существует. Но его существование ускользает от анализа. Что же ты хочешь сделать, Тански?

— Ну… — Хаб немного отклонился назад, глядя на многочисленные глубинные эхо-сигналы, которые становились всё более чёткими и уверенными. — Скажем, я хочу найти импринт. Или что-то в этом роде. Можешь в этом сомневаться, доктор, но я искренне верю, что нам пригодилась бы новая галактическая сеть. С Миртоном в качестве сервера. Давай же ее поищем. Было бы неплохо ее заполучить, не так ли?

— Скорее опасно, — заметил Джонс. — Насколько я знаю, Грюнвальд едва удерживает импринтованные корабли. Такая нагрузка может его убить.

— Не преувеличивайте. Кроме того… вы что-то имеете против мертвых?

***

— Будет готово, — прозвучало голосом Месье на экране. — Если ничего не сломается.

— Коротко и по делу, — с удовлетворением сказала Мистери Артез, пробуя одну из вкусных закусок, приготовленных стюардом Даниэлем. — Вот человек на своем месте. А само перепрограммирование?

— Кажется, все в порядке, — признался механик, находившийся в одном из секторов огромной машинной комнаты «Славы».

Его лицо было напряженным: Эрин давно заметила, что в последнее время только работа давала ему душевный покой. Прежнее лекарство, то есть алкоголь, который служил ему средством от навязчивых мыслей о Бледном Короле, на этот раз, скорее всего, не помогало.

— За установку новой программы «Ленты» на корабли флотилии отвечает Тански. Я только подтверждаю: не должно быть никаких проблем, если мы попробуем расширить скольжение на всю флотилию. Остальное зависит от Миртона.

— Вы говорили, что это опасное программное обеспечение Единственного, — напомнила Артез, отрывая взгляд от голо и многозначительно глядя на Эрин.

— Оно контролируется импринтом Миртона, — успокоила ее Хакл. — Но само программное обеспечение — это не все. Важно то, что Помс называл микротами. А за микроты отвечает Месье.

— Я слышала. Опасная нанотехнология, да? Запрещена Согласием?

— Мы не знаем, существует ли еще какое-то Согласие, — заметила Эрин. Мистери вздохнула.

— Так как же работают эти… микроты?

— Преобразованные ими единицы продолжают функционировать, — констатировало голо механика.

— Их хватит на всю Флотилию? — деловито спросил Артез.

— Напасть их знает, — отрезал Месье. — Я могу продолжить установку части микротов из не полностью опустошенных Помсом контейнеров и размножить те, что на «Ленте»… хотя не совсем понимаю, как это работает. Похоже, микроты могут дублироваться, чтобы выполнить определенную задачу. А эти были запрограммированы Единственным, чтобы переделывать глубинные двигатели…

— Значит, есть шанс…

— Есть, но, как я уже сказал, без Грюнвальда не обойтись. Импринт позволяет ему управлять кораблями, но ввести их в глубинное скольжение — это уже другое дело.

— Сколько же нам нужно времени?

— Понятия не имею. — Голо пожало плечами. — Лазурная неделя? Месяц? Двадцать лет? Я делаю, что могу.

— Спасибо, Первый Механик. — Артез кивнула, и связь прервалась.

— Значит, скольжения не будет, — через мгновение заключила Эрин.

— Пока нет, — признала Мистери. — Но я настроена оптимистично. Скольжение нам бы очень помогло… особенно в нынешней ситуации. — Она многозначительно взглянула на плоский экран, отображающий глубинные эхо-сигналы.

— Ожидаемое время открытия Глубины: восемнадцать часов двадцать шесть минут, — спокойно объявила Сигма, стоя в каюте. Эрин вздохнула.

— Значит, у нас еще есть немного времени.

— Примерно так, — согласилась Артез и встала из-за стола. — Спасибо за встречу, госпожа генерал. Буду признательна, если на следующей будет адмирал Грюнвальд.

— Постараюсь что-нибудь придумать, Представительница.

— Верю, — улыбнулась Мистери, и в ее глазах на секунду мелькнули озорные искорки. — Не будь такой охранницей, Эрин. Ты не можешь все время скрывать своего… капитана.

Хакл не ответила. Слегка покраснев, она только смотрела, как за Артез закрываются двери.

***

Корабли появились через семнадцать с половиной часов. И почти сразу отправили Флотилии серию сообщений, которые из-за их ограничений уже начали называть внесинхронными.

Их посылал Флот Отрицания, которым командовал киборг Вальтер Динге при поддержке генерала Юсаку.

Их также отправлял гораздо более удаленный корабль Машин, который долетел до Флотилии обычным способом из более отдаленной части сектора — огромная геометрия, похожая на гиперболоид, оснащенный Оружием, под командованием некой Машинной Сущности по спецификации Фибоначия, буксирующая человеческий корабль на волновике.

Их передавали многочисленные гражданские и военные корабли, которые серьезно заблудились в Глубине и, застряв, дрейфовали там в течение долгого времени, необходимого для повторного возвращения в систему.

Но самое отчаянное и нервное сообщение пришло с крейсера «Миротворец» под командованием полковника Амы Терт, которая после очень долгого полета через Глубину оказалась единственной, кто отобразился в виде голо в СНОЗ «Славы» и в личных каютах людей, командующих флотилией Грюнвальда. Рядом с ней стоял слегка дрожащий лейтенант Гняздовский с глазами, покрытыми бельмами.

— Они летят за нами! — кричала Ама. — Повторяю! Нас атаковали в Глубине! За нами летят корабли Бледного Короля!

Эрин Хакл приподнялась на кровати. Протерла лицо. И сдернула одеяло со спящего рядом обнаженного мужчины.

— Миртон… — сказала она немного хриплым голосом только что проснувшегося человека. — Дорогой, вставай… у нас снова напастные неприятности.

Часть III

Сила

1

Бедняжка

Если мы сделаем пункцию в этом конкретном месте, рядом с шишковидной железой, вы увидите первые изменения в мозговых изгибах и химические изменения в самой жидкости. Вот здесь. Господин Крживик, не могли бы вы…? Тот ультразвуковой скальпель… спасибо. О, вот оно.