Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

От услышанного у Юйвэнь Кая волосы встали дыбом, он прижался к стене еще сильнее, чтобы ничего не упустить. Мужчина ответил нерешительно, было слышно, что он колебался от недостатка храбрости.

– Да разве это не прямой путь к смерти для меня? Государь был так добр ко мне, как я могу поднять руку на его родного сына?

– Ло Шэньли, не забывай, кто тебя спас! Госпожа пощадила тебя, неужели ты думал, что это просто так? Подумай о своей престарелой матушке, что для тебя важнее? – угрожающе произнесла служанка.

– Ладно, хватит. Выбор между преданностью государю и родителям – самый сложный. Я жил по совести, был предан государю, не думал, что на исходе жизни придется стать предателем и убийцей! – глухо воскликнул мужчина. – Подчинюсь – умру, не подчинюсь – тоже смерть. Когда все будет сделано, разве госпожа не убьет меня, чтобы избавиться от свидетеля?

Чувствовалось, что мужчина раскусил их план и потому был страшно напуган.

– Что за вздор! Как ты можешь обвинять госпожу в вероломстве? – в голосе служанки отразилось нескрываемое возмущение.

– На моих руках много крови, но ведь это – наследный принц, его нельзя приравнивать к простым людям. Настроения правителя угадать невозможно, чужая душа – потемки. Избавиться от наследника легко, а вот одолеть демона, сидящего внутри нового правителя, – сложнее. Ладно, ладно, вверяю себя новому господину! Я возьмусь за это дело, пусть даже оно будет стоить мне жизни! – черные сапоги топнули несколько раз, словно в знак отчаянного, но бесполезного сопротивления.

Услышанное эхом отдалось в сердце Юйвэнь Кая. Он вспомнил обвинение, которое предъявили ему солдаты, только что преследовавшие его – доносчик! Когда он успел стать доносчиком? Тут он вспомнил, как несколько лет назад случайно подслушал разговор двух людей, со спины очень похожих на Цуй Вэньтина и Юйвэнь Сюна, замышлявших восстание. Сразу после этого на род Мужун обрушилась беда. Мог ли он тогда предположить, какой кровавой катастрофой обернется разговор, услышанный им?

– Не смей никому рассказывать. Об этом деле знаем только мы с тобой, Небо и Земля, – произнесла служанка в туфлях с красными лотосами и поспешно направилась к выходу.

Юйвэнь Кай сжался в комок, боясь даже дышать. Дверь открылась, мужчина и девушка вышли друг за другом и молча ушли в разных направлениях. Ноги Юйвэнь Кая отказали от слабости, он сполз на землю, и ему понадобилось немало времени, чтобы прийти в себя. Здесь оставаться было нельзя, он тщательно все продумал и пошел обратным путем. Вскарабкался на обвалившуюся стену, под которой была свалена солома, и проскользнул на территорию Башни Искушений. Вместо того, чтобы беспорядочно кидаться во все стороны, лучше уж сдаться без сопротивления. Если твердо решить молчать до конца, что бы ни произошло, то, вероятно, и ему улыбнется луч надежды.

На ощупь Юйвэнь Кай пробрался в сарай. Тут его накрыл жуткий голод, сил тоже совсем не осталось. Все, чего ему хотелось – это завалиться на хлипкие нары и спокойно проспать всю ночь. Что будет ждать его завтра – роскошный пир или жестокая пытка, – ему было все равно.

Только закрыв глаза, Юйвэнь Кай погрузился в царство снов. Босыми ногами он ступил на тропинку, поросшую колючим кустарником. Крошечные иглы колючек тотчас впились ему в ступни – боль была такая, как если бы тысячи муравьев одновременно укусили его.

– Любовь никогда не бывает мягкой и нежной, любовь – это терновник, вонзающийся в грудь, он раздражает и пугает, – до Юйвэнь Кая долетел мелодичный голос, от которого лицо его вмиг покраснело, а сердце исполнилось чувств.

Непринужденно улыбаясь, Мужун Цзялань, о которой он беспрерывно мечтал долгие годы, подошла к нему. Девушка была одета в легкое платье черного цвета. Блестящие иссиня-черные волосы спускались до талии длинной нежной волной, а на макушке был венок из белых цветов – кажется, они назывались «Улыбка Будды». Юйвэнь Кай почувствовал благоухание цветов, пышно распустившихся под лучами теплого солнца. Он так разволновался, что не смог совладать с собой, и слезы потекли по его щекам. Юноша опустился коленями на побеги терновника, пусть даже его шипы истерзают его в кровь, проткнут его насквозь!

– Цзялань, – промямлил он, униженно стоя на коленях подле ее ног, словно собака, заискивающая перед хозяином.

Юйвэнь Кай обнял ноги Цзялань. С юбки девушки в воздух взметнулась ароматная пудра, заполнив воздух, точно весенний пух. Покружившись, пудра плавно осела ему на плечи. Юйвэнь Кай прижался лицом к гладкой ткани юбки, словно пьяный.

– Скажи мне, кто доносчик? Я хочу отомстить за смерть отца! – прекрасное лицо Цзялань вдруг вмиг стало грозным, почти демоническим.

От страха Юйвэнь Кай разжал руки, чувствуя, как колючки глубже впиваются в его плоть, протыкают кровеносные сосуды. В смятении он принялся оправдываться:

– Это не я, не я!

– Нет, это именно ты! Это ты погубил моего батюшку! – от горестного плача Мужун Цзялань у Юйвэнь Кая сердце словно кровью облилось.

Он вскочил на ноги и во всю прыть бросился прочь, как вдруг осознал, что катится по земле, а все руки и ноги сплошь утыканы колючками – он превратился в огромного круглого ежа. О Небо, как такое могло произойти?

Яркий луч света ударил Юйвэнь Каю в глаза, он хотел закрыться рукой, но все конечности отказывались ему подчиняться. Он открыл глаза и обнаружил себя связанным и брошенным в телегу для заключенных, под конвоем направляющуюся в неизвестном направлении. Юйвэнь Кай отчаянно принялся крутить головой. Дорога шла через городские предместья, из труб домов поднимался дым, периодически раздавались крики домашних птиц. Куда его везут?

Вытянутое лицо следившего за ним охранника было сильно загорелым, он смотрел безжалостно и бескомпромиссно, и Юйвэнь Кай отказался от мысли попробовать заговорить с ним, это было бы пустым делом. Откинувшись на спину, он уставился в небо, как вдруг услышал топот копыт – лошадь явно неслась что есть мочи. «Это Юйвэнь Сюн или Цуй Вэньтин?» – подумал Юйвэнь Кай о своих единственных родных людях.

– Братец Кай, братец Кай!

Юйвэнь Кай увидел, как его старший брат Юйвэнь Сюн в развевающемся красном одеянии во весь опор нагнал его арестантскую телегу. Юйвэнь Кай не мог выйти ему навстречу и поэтому просто громко позвал:

– Брат, почему ты одет как жених?

– Братец Кай, я должен жениться на дочери министра Гао Чэндао. Я попросил, чтобы мне позволили увидеться с тобой, узнал, что тебя везут под охраной, и сразу во весь опор