Торжествующий меч - Гарет Ханрахан

«Здесь достаточно силы, чтобы исцелить горести мира. Чтобы отменить все истории, которые пошли наперекосяк, и исправить ошибки прошлого. В древние времена не было смертных, которые беспокоили бы нас, или ссор, которые разделяли бы нас. Мы не думали о конце, потому что его не было, была только бесконечная и неувядающая радость. Мы вернем этот мир снова, навсегда, и мы никогда не устанем от него».

«Я не помню древние времена. Эта радость не моя. Все, о чем ты говоришь, для меня ничего не значит. Позволь мне вернуться к моим друзьям».

Она открыла дверь. Внутри Селемос увидел кабинет волшебника, заставленный таинственными фолиантами. Большой стол, украшенный резными лицами демонов. На столе лежала игровая доска, а все фишки на ней были разбросаны и опрокинуты.

За столом сидела фигура в капюшоне.

«Ламмергейр потерпел неудачу», — сказала она. «Задание провалено».

ГЛАВА 40

Стражники поспешили отвести Ольву к морю. Она хромала так быстро, как только могла, и крепко сжимала кинжал, спрятанный в рукаве, чтобы тот не выскользнул.

На берегу собралась толпа солдат, таких грязных и перепачканных сажей, что Ольва не могла сказать, прошли ли они под знаменами Железной Руки весь путь от Эвесленда или присоединились в последний момент в Саммерсвелле. «Железная Рука!» — кричали они. «Железная Рука!»

Затем – кольцо часовых с пиками, похожее на решето, за которым стояла меньшая толпа, состоящая из офицеров и капитанов. Там был Толос с серьезным лицом, с шлемом под мышкой. Остальные рыцари-атарлинги Железной Руки, которых было совсем немного. Здесь были и дворяне из Саммерсвелла. Среди Диких стояла жена Идмаера, Эрнала. На ней была маска, вырезанная в виде птицы и украшенная черными перьями.

И там, накинув капюшон на голову, чтобы защититься от холодного ветра, опираясь на копье, стояла Серлис. Ольва подошла и встала рядом с ней.

«Что такое?»

«Понятия не имею», — прошептала Серлис. «Но посмотри».

С флагмана Железной Руки отплыла лодка. Она медленно поплыла по серым водам залива. Гребец был только один, массивные плечи выдавали его личность, даже если солнце не отражалось от отполированной руки, держащей меч. В маленькой весельной лодке не было других пассажиров, но у ног Железной Руки лежал завернутый в ткань сверток.

Ольва покачнулась, ожерелье из плюща внезапно сдавило ей горло. Серлис схватила Ольву за рукав, чтобы поддержать ее. «Ты в порядке?»

«Да, да. Это просто… все».

Лодка подходила все ближе, Железная Рука продолжал заниматься своим делом.

«Они собираются снова атаковать город», — прошептала Серлис. «Просочиться через эту брешь». Она вытерла нос. «Я пойду с ними. Если попаду внутрь, может быть, смогу найти Селемоса».

Ольва вспомнила, как работала в лазарете, когда Дикие осаждали Некрад. Вспомнила солдат Лиги, как ей приходилось ограничивать использование целебной магии. Она думала обо всех смертях, которые видела, быстрых и медленных. По крайней мере, в случае с медленными, с постепенным угасанием, болезнями, серой ползучей старостью, у тебя был шанс примириться, сказать то, что нужно было сказать. Привести все в порядок, может быть. Жить на грани серого. А быстрые смерти всегда казались ей ошибками. Как будто предупреждение или другой выбор могли бы многое спасти.

Однажды на Дороге, в Фоссвуде, был мальчик. Один из слуг Люльфа Мартенса. Она убила его по ошибке. Она не думала о нем много лет, но сейчас, когда серый дождь окутывал мрачный берег, а лодка приближалась, она вспомнила о нем.

Нельзя исцелить всех, сказала она себе. Смерть приходит за всеми нами.

Но ведь здесь у нее был выбор, не так ли? Она подумала о шахматной доске Дервина с разными фигурами по углам. Птичий череп, раковина улитки, железная башня, Скеррис во всей своей красе. Все было важно, все было взаимосвязано. Она подумала об уничтоженных эльфийских лесах, которые видела в Невервуде, о разрушенном Остров Рассвета, который мельком увидела с палубы корабля Железной Руки. Огонь пронесся по лесу, уничтожив древние деревья, но вокруг них прорастали новые саженцы, родившиеся из разбросанных семян. Невозможно было предсказать, какие из них приживутся, какие из зарытых семян дадут жизнь будущему.

Убей Железную Руку, и Ватлинги откроют ворота. Толос сможет захватить город без кровопролития.

Железная Рука достиг берега. Он выбрался из лодки, волны плескались о его поножи, и вытащил суденышко на берег. Затем наклонился, чтобы поднять завернутый в ткань сверток в своих руках.

Ольва потянулась за кинжалом в рукаве, но остановилась, когда поняла, что находится в этом тканевом свертке.

О, благословенные Заступники. Это похороны. Я не могу сделать это на похоронах.

Обнимая тело сына, Идмаер обратился к толпе.

«Мои капитаны», — сказал он, но его голос дрогнул. «Мои друзья...»

Эрнала оставила Диких и поспешила к мужу. Она сняла маску ворона и прошептала что-то Железной Руке. Он начал снова, его речь прерывалась. Рыцари неловко переминались с ноги на ногу; восторженные крики толпы стихли.

«Мои капитаны. Я не был с вами на Перевале Ворона. Я не мог быть с вами. Сэр Беркхоф привел вас туда. Я направил... я послал все силы, которые мог, и он одержал победу, хотя цена была горькой. Вы все знаете эту цену! Вы все заплатили эту цену! На Перевале Ворона теперь бесчисленное множество могил! Но мы выстояли. Мы знали победы и поражения, и понимаем, что между ними никогда не бывает четкой границы. Ни одна победа не бывает бескровной. Никакая победа никогда не бывает...»

Железная Рука замолчал, глядя на собравшуюся армию. Ветер трепал саван, обернутый вокруг свертка в его руках. Он поправил хватку, его живая рука сжала железную перчатку, и это, казалось, вдохновило его. Он выпрямился, и его голос загремел.

«Сегодня мы нанесли врагу сокрушительный удар! Мы захватили побережье, прорвали стены Некрада! Путь впереди свободен! Город падет, и город будет разрушен! Из Некрада больше не будет исходить зло. Мы сразим Владычицу Тьмы и эльфов-колдунов, и все горе покинет эту землю. Наши дети...» Он сжал железный кулак. «Ваши дети увидят лучший мир. Заступники вернутся, когда пятно Некрада будет смыто. Когда это произойдет, вы будете прославлены как герои.

«Предстоящая битва будет тяжелой. Вас ждут новые ужасы… - он взглядом выделил Ольву из толпы. - ...и я не смогу защитить вас от них. Все, что я могу обещать, — это то, что буду рядом с вами, буду сражаться рядом с вами! Я буду первым, кто прорвет брешь, первым, кто столкнется со злом Некрада!»