Торжествующий меч - Гарет Ханрахан

Они тоже носят чужие шкуры, подумала она. Оба облачены не только в сталь и цепи, но и в заимствованную легенду. Точно так же, как Ольва, изменив свой облик, обретала волчий голод или журавлиную мечту, они тоже играли свои роли. Это мог быть Альф, сражающийся с рыцарем ужаса в войне лорда Боуна, или Харн Первый Лорд, или любой из сотни других героев. Герой, сражающийся с чудовищем, герой, который остается верен себе, когда весь мир восстает против него. Истории придавали им форму и цель во времена сомнений. Прокладывать новый путь через дикий мир было трудно; легче было следовать по тропам, протоптанным другими.

Но многие из этих путей обрывались внезапно.

Серлис попятилась, и Железная Рука погнался за ней, безжалостный, как голем. Но она не собиралась убегать. Она повела его вдоль мыса, где разбивающиеся о скалы волны делали их скользкими, танцуя среди водорослей и лужиц, образованных приливом. Вспугнутые чайки взлетели, их крылья были темными на фоне заката, и на мгновение она подумала о Смерти, которая была где-то далеко-далеко. Талис нашла свой путь, в то время как все остальные вернулись к старым привычкам.

На другом берегу нелепая похоронная процессия была немыми свидетелями битвы. Ольва на мгновение встретилась взглядом с Эрналой и молча попросила ее вмешаться. Дикая покачала головой.

Серлис многому научилась у Альфа. От него она научилась сражаться с противником, который был больше, сильнее и лучше вооружен. Всю свою жизнь Альф сражался с монстрами, а Железная Рука был настоящим монстром, закованным в железо гигантом со сверкающим мечом. Серлис кружила вокруг него, делая ложные выпады и прощупывая его защиту, вынуждая реагировать. Она была легко вооружена, молода и проворна. Железную Руку замедляла рана и усталость, вес на нем был почти невыносимым. Если бы ей удалось затянуть бой, измотать Железную Руку, у нее был бы шанс. Но там, где Альф, возможно, колебался, прежде чем нанести удар, Железная Рука был свиреп. Одна ошибка, одно неверное движение — и Светлый Меч пронзит плоть, кости и эльфийскую кольчугу, а ее жизнь растечется по воде.

Она сражалась, используя все приемы, которым научил ее Альф.

Но все было тщетно.

Серлис поскользнулась, споткнулась, и этого мгновения было достаточно, чтобы Железная Рука приблизился. Он схватил ее меч — на железной ладони появились три ярких пореза — и вырвал его из ее рук.

«Все это я сделал ради будущего! Ради таких неблагодарных сопляков, как ты! Все, что я потерял! Все, чем я пожертвовал! Отцом и матерью! Домом и честью! Моими друзьями! Моим сыном!»

Он занес Светлый меч, чтобы сразить ее.

Тень промелькнула перед глазами Ольвы, солнце внезапно померкло, вокруг похолодало. Закат внезапно сменился звездной ночью. Море исчезло, воды внезапно исчезли, оставив голое, усыпанное песком ложе, уходящее вдаль, пока не исчезало в тумане. Все стало серым.

Ее первая мысль была о том, что прошел Заступник. Так говорили, когда кто-то внезапно умирал. Внезапная тишина.

Потом она подумала: это и есть то заклинание, о котором говорил Тредей? Но она не почувствовала никакого сдвига в силе земли, не увидела никаких изменений в Некраде. Это было не заклинание Скеррис.

Вокруг нее внезапно возникло серое пространство. Она уже бывала на этой границе раньше.

Я упала замертво на месте.

Но она была не одна. Там были Серлис и Идмаер Железная Рука, стоящий над ней. И Эрнала Дикая, и священники, и все рыцари и слуги, сопровождавшие их, – но только не дварф Толос. Все люди, которых она видела, были с ней после смерти, но не дварф.

Клубящийся туман заглушал звуки, но она могла различить отдаленные крики смятения и тревоги, доносившиеся с берега. Все выжившие с флота, все рыцари и наемники, солдаты и моряки, священнослужители, воры–авантюристы и истинно верующие - все они тоже были здесь.

Все они в Серых Землях.

Где-то высоко в небе пронзительно закричала черная птица.

Один из рыцарей Железной Руки спотыкаясь, спустился немного вниз по склону и пропал – он пересек какой-то невидимый порог и скрылся из поля зрения Ольвы, уходя в неизвестную бездну.

Когда-то Ольва нашла путь к краю этого склона и вернула душу Дервина. Она вернула Пейра и лорда Боуна. Теперь она была первой в великом похоронном шествии человечества.

Это все, подумала она. Все люди. Мы все ушли, все сразу.

Угроза Эрлкинга. Заклинание Эрлкинга разрушено.

Альф, что ты наделал?

Железная Рука, пошатываясь, поднимался по скалам к своей семье. Каждый шаг стоил ему дорого, его ноги проваливались в камень. Серый туман струился из каждого следа. Он карабкался вверх, преодолевая бесконечность, пока не добрался до Эрналы – и завернутого в саван трупа Турна.

Железная Рука разорвал саван и заглянул в глаза своему сыну.

Мертвый мальчик сел. Железная Рука обнял его, оба мертвы, как и другие.

«Что происходит?» Серлис уже стояла перед Ольвой, трясла и кричала ей в лицо, с расширенными от ужаса глазами. «Что это? Это заклинание?»

Как она могла объяснить конец света? Какие слова существовали в языке эльфов или зверей для этого? Как сказать молодой Серлис, что ее жизнь закончилась? Что вся ее сила и решимость бесполезны против равнодушной пустоты? Что их судьба была решена в далекой-предалекой битве, о которой они даже не подозревали, пока она не была проиграна?

Не было слов. Это был конец истории.

После остается только тишина.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

В каждой битве есть момент прозрения. Обычно он дается только проигравшему. Но у меня есть привилегия разделить его, ощутить вкус, питаясь жизненной силой побежденного. Я наслаждаюсь этим моментом.

(Кстати, простите за вторжение. Редко бывает так тихо, что я могу вставить хоть слово без того, чтобы мне не велели заткнуться).

Этот момент начинается с шока, ужаса, замешательства, когда они изо всех сил пытаются понять, что все кончено, что их конец близок. Им вонзили в жизненно важные органы четыре фута демонической стали, или их только что порубили на куски, взорвали, превратили в кашу, обезглавили - в общем, убили одним из бесчисленных способов, которыми я могу убивать.

Но затем, в этот момент, все становится ясным. Они понимают, что все кончено, история закончилась, их судьба предрешена. Что больше не будет никакого «далее»...

(Да, да, Серые Земли и все такое. Я видел послесловие к существованию. Если вы очень особенный, если у вас под