"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Не то чтобы он не доверял еноту, но здесь был явный пробел в логике. Брут задумался на секунду, затем разразился поясняющим тявканьем.

— Что думаешь? — Зефир повернулся к Леопольду, когда зверь закончил.

— Ну, если сравнивать с тобой, например, то всё звучит довольно логично, и способности могли проявиться чуть позже.

— Тогда давай подытожим, — продолжил временный командир, взглянув на мохнатого. — Во-первых, ты чуешь «вкусняшки». Это что-то полезное или просто вкусное? Например, костянка — вкусняшка?

Енот трижды кивнул.

— Ясно, — пробормотал Зефир. — Во-вторых, ты чуешь магические предметы и можешь определять, какие из них прокляты и опасны. Так?

Брут снова кивнул в подтверждение.

— Ну и наконец, все твои способности работают только на небольшом расстоянии.

Зверь оскалил острые белые зубки, пытаясь изобразить человеческую улыбку. В то время как поляна погрузилась в молчание, пока парни переваривали открывшиеся только что сведения.

— По-моему, очень даже неплохо, — нарушил тишину Леопольд и мечтательно добавил, — с Брутом мы сможем озолотиться.

Зефиру тоже понравились новые способности енота. Он одобрительно кивнул в ответ на слова чернявого и принялся упаковывать найденную сковороду в торбу.

Через десять минут временный командир группы поднялся на ноги и, описав широкую дугу, повёл их к задней части хижины. Достигнув цели и расположившись в пятнадцати метрах от стены с искомыми растениями, молодой человек повернулся к еноту:

— Ну что, Брут, пойдёшь?

Зверь возмущённо уставился на него, а молодой человек усмехнулся:

— Шучу, шучу. Сам схожу, — и сделал первый шаг.

Потом последовал ещё один шаг. Так, замирая и прислушиваясь, вскоре юноша оказался у зарослей костянки возле стены дома. Присев на корточки и положив на землю щит с копьём, Зефир снял заплечную сумку, развязав тесёмку на ней, аккуратно выдернул первый стебель и затаил дыхание. Всё было спокойно. Он бросил растение в торбу и взялся за следующее. Затем за ещё одно. Постепенно парень уверился в безопасности и стал работать быстрее, вырывая стебли один за другим.

Когда в земле осталось всего два растения, дом внезапно издал томный стон — будто от удовольствия.

Звук пробирал до печёнок, а Зефир вдруг понял, что монстр всё-таки чувствует его действия. Не раздумывая, он дёрнул последние два стебля, швырнув их в сумку, схватил вещи охапкой и молниеносно рванул прочь.

В тот же миг чудовищный дом ожил и затрясся. К счастью, его подвижность была ограничена, поэтому дальше дрожи дело не пошло, а компания авантюристов, замершая в отдалении, дружно выдохнула.

Их первый день принёс неплохой улов, и можно было возвращаться. Однако после короткого совещания они решили задержаться, чтобы лучше освоиться в этих местах. Выбрав направление, троица двинулась от домика-монстра направо и вскоре снова оказалась в зарослях, спугнув группу хомяков размером с кошку и дополнительными паучьими лапами, растущими из спины. Эти искаженные животные явно давно приспособились к новой реальности. Ловко перебирая шестью хитиновыми конечностями, они стремительно уносились прочь от опасных двуногих.

Пройдя ещё пару километров, Брут предостерегающе тявкнул. Да и сам командир остановился, почувствовав каким-то шестым чувством опасность впереди. Ощущения были эфемерными и совершенно новыми для него. Замерев на мгновение, он попытался в них разобраться. И выходило, что угроза находилась буквально в трёх-четырёх метрах впереди.

Внимательно осмотрев абсолютно обычный подлесок — насколько он вообще мог быть обычным в Выдохе — и не обнаружив ничего явно подозрительного, парень поднял с земли небольшой камень. Леопольд, остановившийся рядом, пытался понять, что встревожило его спутников, однако ничего плохого не замечал, отчего не выдержал и спросил шепотом:

— Там что-то есть?

Зефир не ответил, просто бросил камень в подозрительное место. И тот, не долетев до земли пары метров, просто рассыпался в пыль. По изумлённым лицам товарищей было видно — такого исхода не ожидал никто, и ответ на вопрос стал очевиден без слов.

Тем не менее Зефир не стал ничего скрывать и пояснил чернявому:

— Похоже, у нас с Брутом есть ещё одна особенность — мы чувствуем такие штуки, — он ткнул копьём вперёд.

— Только такие?

Вопрос Леопольда попал, что называется, не в бровь, а в глаз, но ответить на него, увы, было невозможно.

— А хрен его знает, — протянул парень. — Пойдём, обойдём эту дрянь.

Минут через десять пути Брут снова замер и что-то едва слышно пропищал. Несмотря на его тихий голос, парни сразу же остановились — но на этот раз предупреждение запоздало: прямо перед ними из пёстрых кустов медленно поднялся на лапы огромный чёрный медведь.

Он действительно был гигантским — в полтора-два раза крупнее обычного сородича. Казалось, Выдох почти не повлиял на его тело, если не смотреть на морду. Так, верхняя часть метровой головы попросту отсутствовала — словно кто-то аккуратно вскрыл ему черепушку и вытащил содержимое, а потом оставил, как есть.

Сторонний наблюдатель, если бы таковой нашёлся, мог бы заметить: «Ну и что? Некоторые люди так всю жизнь живут, и ничего страшного…». Но апогей жути был ещё впереди — в черепной коробке медведя обосновался другой, меньший монстр. Судя по серому окрасу и длинным ушам, это когда-то был заяц, но от ушастого там мало что осталось. Зефир не видел всего тела, так как оно наполовину скрывалось в жутком укрытии, однако разглядел морду, напоминавшую длинный зазубренный хобот, как у комара, и серые щупальца вместо передних лап.

И теперь эта страхолюдина смотрела на отряд, а затем — совершенно беззвучно — ринулась в атаку.

Глава 13

Зефир затруднялся сказать, он ли визжал, как маленькая девочка, когда убегал от этой крокозябры, или это орал бегущий рядом с ним Леопольд. Возможно, то был вообще енот, а его память, к счастью или сожалению, этого не сохранила.

Единственное, что тогда крутилось у парня в голове: как бы не попасться твари, гнавшейся за ним. Сердце подсказывало, что обычной смертью на её зубах дело не ограничится, а когда он представил, как стрёмный заяц будет разъезжать в его черепушке, как в открытой карете, тошнота волной подкатила к горлу. Поэтому и нёсся Зефир, словно ветер, побивая все возможные рекорды скорости.

Мысли Леопольда тоже не отличались оригинальностью и крутились вокруг собственных мозгов, а чернявый выжимал из себя все силы, лишь бы не остаться с этой хренью наедине. Что думал на эту тему енот, история умалчивает, но первобытный ужас, плескавшийся в его глазах, говорил сам за себя.

Так и