"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Такая местная «идиллия» была обманчивой и опасно расслабляла. К примеру, если бы Зефир не проверял копьём всё вокруг, он мог бы наступить на хищную лиану — и чем бы это закончилось, только Всемогущей Бойне известно.

Или взять другой пример: какая-то небольшая синяя четырёхкрылая птичка спикировала на глазах у парней, охотясь за добычей, но не заметила чёрной мелкоячеистой паутины между ветвей. В обычном лесу нити порвались бы, а животное полетело бы дальше, но здесь произошло совсем иное — птица опала на землю в виде мелко порубленных кубиков, лишенных даже намека на кровь, которая осталась и словно прилипла к паутине, быстро в нее впитавшись.

Между тем, осторожно продвигаясь вперёд, команда неожиданно вышла на довольно большую поляну. Посреди неё стоял ветхий деревянный домик с проломленной в нескольких местах крышей и неприлично широким и большим дверным проемом — будто его строили для жирных великанов. Двери не было, но царившая внутри темнота не позволяла разглядеть обстановку.

— Там? — Зефир указал копьём на хижину, обращаясь к еноту.

Брут утвердительно тявкнул, и группа начала медленно приближаться. Подойдя к пустому окну, юноша заглянул внутрь.

— Что-нибудь есть? — напряжённо спросил Леопольд.

— Не-а, вроде разруха одна, — ответил Зефир. — Обойди дом, проверь, нет ли чего интересного. Мы с Брутом зайдём внутрь.

Чернявый кивнул и начал обходить постройку, а Зефир с енотом подошли к огромному проёму. Парень не высказывал вслух своих мыслей, но этот вход его очень сильно напрягал. Кто вообще в здравом уме будет делать дверь, в которую может заехать карета?

Тишина изнутри немного успокоила разыгравшуюся тревогу, и молодой человек сделал первый шаг в темноту. Едва его нога переступила порог, как мохнатый юркнул следом и тут же нырнул в кучу старого хлама, валявшегося посреди комнаты.

Внутри домик оказался небольшим: центральное помещение, где они находились, и два других за пустыми дверными проёмами — справа и слева. Внутреннее убранство жилища давно сгнило и обратилось в труху, и что здесь могло заинтересовать Брута, Зефир не понимал. Подняв голову, он отметил отсутствие потолка — лишь несколько толстых поперечных балок под высокой и дырявой двускатной крышей.

Тем временем енот продолжал копаться в куче мусора, разбрасывая гнилушки и прочий хлам, пока не наткнулся на предмет, издавший звонкий металлический звук. Мохнатый нырнул глубже, так что из кучи торчал лишь его пушистый зад, затем, напрягшись, потянул непонятную вещь на себя.

Через несколько секунд Брут уже держал над головой обеими лапками глубокую металлическую сковороду диаметром около тридцати сантиметров. Ручка, если такая была, давно сгнила, поэтому посуду можно было принять за казанок или кастрюлю. Но главной особенностью находки было её отличное состояние — перед ними явно находился артефакт.

— Зефир, — донёсся приглушённый голос Леопольда с улицы. — За домом костянка, и её много!

— Иду, — негромко крикнул парень, улыбнувшись, и следом обратился к зверю, замершему в одной позе с поднятой над головой кастрюлей, явно ожидая похвалы, — молодец, Брут! Выноси ее пока на улицу, а я посмотрю, что там нашёл Леопольд.

Довольный енот важно кивнул, проследил за уходящим Зефиром и направился к выходу. Но едва он сделал шаг, как что-то шершавое, большое и мокрое прошлось снизу прямо по его мохнатому заду. Глаза зверька в ту же секунду увеличились до размеров кастрюли в лапах и, издавая дикое верещание, енот пустился наутек из дома, во всю пользуясь своими мгновенными перемещениями.

Зефир, не успев отойти далеко, услышал шум и бросился обратно. Леопольд тоже не остался в стороне и поспешил к поляне перед домом. Добежав до дрожащего енота, оказавшегося на приличном расстоянии от входа, оба парня с оружием наголо сначала огляделись лес впереди, и, не обнаружив ничего опасного, устремили вопросительные взгляды на трясущегося зверька. Шерсть у него была вздыблена, взгляд дикий, а еще он по-прежнему продолжал держать глубокую сковороду над головой.

Через несколько мгновений Брут немного успокоился, швырнул свою ношу на землю и начал раздражённо тявкать, указывая лапой на дом позади парней. Те наконец развернулись к хижине — и по мере того, как их головы поворачивались, челюсти постепенно начинали отъезжать вниз. Потому что вместо окон и дверного проёма перед ними явственно виднелись большие, горящие потусторонним светом нечеловеческие глаза и огромная «хлеборезка» с толстыми розовыми губами, усеянная острыми клыками длиной сантиметров по сорок. Внутри открытой пасти болтался язык, удивительно напоминающий человеческий, который то высовывался наружу, то снова скрывался за частоколом зубов.

И, естественно, никакой старый дом эта непонятная хренотень теперь вообще не напоминала, а от центрального фасада не осталось и следа.

— Это что ещё такое⁈ — с трудом взяв себя в руки, потрясённо произнёс Зефир.

— Хрен его знает, — в том же тоне откликнулся Леопольд.

Рядом заскулил енот, выразительно показав лапой на свой обслюнявленный зад.

Криво улыбнувшись на жалобы зверя, Зефир спросил:

— Эта тварь не может двигаться, да?

— Похоже на то. Иначе бы уже давно нас сожрала.

Тем временем чудовище ещё немного поводило своими жуткими глазами, провело огромным языком по губам, что были раньше порогом и верхней рамой дверной коробки, — и внезапно замерло. Через секунду от трансформации не осталось и следа: глаза исчезли, рот снова стал обычным широким проходом. Лишь старый ветхий дом стоял перед ними, будто ничего не произошло.

Чернявый присвистнул от такой неожиданной метаморфозы, а затем озабоченно обратился к их временному командиру:

— Что будем делать с костянкой за этим чудищем? Не хотелось бы её бросать — там не меньше пятидесяти стеблей.

— Давайте подождём для верности, потом обойдём сзади и попробуем собрать. Думаю, именно наши действия внутри, — передернул парень плечами, — вызвали такую реакцию.

Спутники не возражали. Троица горе-авантюристов уселась прямо на траву, и пока они ждали, Зефир обратился к Бруту:

— Честно, не думаю, что найденный артефакт нам нужен, — он кивнул на сковороду. — В девяти случаях из десяти такие вещи опасны, а мы даже не знаем чем. Предлагаю оставить его здесь.

Парень окинул взглядом товарищей. Леопольд согласно кивнул, а енот начал возмущённо тявкать в знак протеста.

Выслушав звериную тираду, чернявый удивлённо приподнял брови:

— Ты уверен, что он безопасен? Чуешь это?

Брут коротко кивнул.

— Тогда почему ты жрал еду со скатерти? — скепсис в тоне Зефира можно было черпать