Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

Я кивнул. Правда, хоть убей, я не понимал о каких бумажках шла речь.

― Ну и всё, иди уже, чтоб глаза мои тебя не видели.

― Вечером тренировка будет, тренер?

― Для тебя нет, ― уверенно ответил он, ― Тебе отдых и восстановление. С твоей задницей тебе ещё в медпункт ходить неделю или две. Ты мне не нужен не в кондиции, понял.

Я встал и уже собирался уходить, как тренер меня окликнул.

― Ты зачем смылся-то?

― Математику сдать.

― Ну и что? Сдал?

― Сдал, ― улыбнулся я.

― Сам выучил что ли? ― приподнял брови тренер.

― Сам выучил, ― ответил я, ― ну почти. Девушка помогала сильно. Уже бывшая.

― Дон Жуан хренов. Всё за девками носится. Хорошо хоть в последний момент за голову взялся.

― Не без вашей помощи, Реваз Леванович.

― Я уже начинаю жалеть о том, что взял тебя обратно. Всё, исчезни. Раздражаешь своей харей довольной. У меня тут ещё дел вал целый.

Я улыбнулся и вышел. Теперь нужно было зайти в НИЧ и предупредить, что сегодня задержусь. Не хотелось увидеться с Кристиной. Но что поделать. Такова жизнь. Вот мы вместе, а вот мы и разбежались, так бывает.

Я понимал, что я не лучший человек, с которым можно было строить отношения. Кристина старалась, да и я тоже прилагал определённые усилия.

Говорят, что тот, кто любит больше, тот отношениями и управляет. А я, походу, и не любил вовсе.

Только сейчас до меня начало доходить всё, о чём мы общались с ней. Недопонимание, её довольно противоречивый характер, ревность, моя беспечность, отстранённость. Всё это в моей голове словно ожило вновь, и я пережил каждый момент в отдельности. Чувства вспыхнули снова, а через несколько секунд погасли. В душе воцарилась тишь, да гладь, как и раньше.

Я пережил этот опыт, эти чувства, чтобы окончательно всё разложить по полочкам. Разобраться в себе и двигаться дальше.

И, как по заказу, когда открыл дверь НИЧа, Кристина выскочила мне навстречу. Застыла на месте, покраснела и, кажется, чего-то от меня ждала.

― Привет, Кристин.

― Ага, ― буркнула она.

― Работа вроде позже начинается, ― произнёс я, ― ты чего тут?

― Заявление на увольнение клала, ― не без нервозности произнесла она.

У меня приподнялись брови.

― Чего? Почему?

― Ну вот так, ― бросила Кабанова.

― Ты же отличная старшая лаборантка с перспективами в карьере, ― нахмурился я, ― К чему всё бросать?

― Сам не догадаешься? ― нервно спросила она. ― Дай пройти, мне нужно на занятия. Не подсаживайся ко мне, пожалуйста.

Я подвинулся и подхватил её под руку.

― Ну-ка, подожди, ― строго произнёс я, ― пойдём, потолкуем.

― Не о чем нам толковать, ― она вырвала руку, ― я не хочу ни о чём говорить.

― Да не о нас, глупая, ― уже нервно сказал я.

― А о чём? ― на её лице было удивление, как будто единственное, о чём мы могли поговорить ― это мы и только.

― О том, что тебе не стоило бы уходить из НИЧ, только потому, что я там тоже работаю.

― Я не поэтому ушла, ― она гордо подняла подбородок.

― А почему же?

― Отчитываться не обязана.

― Слушай, я же вижу, что из-за меня, ― я снова поймал её за предплечье, ― Давай так. Ты мне помогла. Сильно помогла. Я тебе за это благодарен. Я тоже тебе хочу помочь.

― Не надо мне помогать, я не нуждаюсь.

― Да прекрати ты одно за другим вставлять свои пять копеек, можешь выслушать? ― резко вышел из себя я.

И это, как ни странно, подействовало. Она приоткрыла рот, застыла на месте и замолчала.

― Благодаря тебе я вчера сдал математику.

Она хотела было что-то сказать, но сдержалась.

― И я знаю, как важно тебе было работать в НИЧ, ― продолжил я, ― Наряду с этим, мои пути с НИЧ, скорее всего, расходятся. Не будем вдаваться в подробности, но это связано с миссией в Горьком, куда мы ездили втроём. Возможно, Бакунин тебе когда-нибудь расскажет. Ну или ты сама всё поймёшь.

Она скрестила руки на груди, вильнула бёдрами и встала в испытывающую позу.

― В общем, моя философия с философией текущих руководителей НИЧ никак не сходится, ― продолжал я, ― Тем более, поступать я буду в аспирантуру на кафедре социологии и психологии управления. Поэтому мне наоборот нужно перейти работать ассистентом кафедры. Так будет вернее. Понимаешь?

― Ты хочешь уволиться вместо меня? ― спросила Кристина.

― Да, именно. Считай это моей благодарностью и… Извинением за всё, что было с моей стороны не так.

Кабанова какое-то время стояла в позе, затем посмотрела мне в глаза.

― Ты правда напишешь заявление? Или это какая-то игра очередная?

― Правда. Хоть сейчас. При тебе.

― Не надо при мне, ― насупилась она, ― достаточно, чтобы ты просто дал слово.

― Даю слово.

Внезапно она улыбнулась уголком губ.

― Может тогда и эту бестию с собой прихватишь?

― Ты реально думаешь, у нас с ней что-то было?!

― А разве нет?

― Кристин, я может быть местами и болван, но чтобы скатываться до подобного ― никогда.

И тут в её глазах мелькнуло что-то, чего я раньше не видел. Сомнение в собственном принятом решении. Как будто она даже пожалела. Но теперь-то нечего было делать. Наши пути явно расходились. Было хорошо, однако пора двигаться дальше.

Жениться? Нет уж, спасибо. Как-нибудь потом. Опыт прошлой жизни и эксперименты в этой подсказывали, что не стоило торопиться с подобными решениями. Да и как знать, может пройдёт время, судьба сведёт нас вновь, и мы будем совершенно другими людьми.

― Ты меня тоже извини, ― сказала она, ― Я много думала, я тоже местами была… Сама не своя. Знаешь, нам бы встретиться спустя пять лет, да?

― Не поверишь, именно об этом я и подумал секунду назад.

Мы рассмеялись, затем я зашёл в НИЧ и уведомил Бакунина, что собираюсь уходить. Как ни странно, тот отреагировал достаточно спокойно. Видимо, уже в Горьком закрались сомнения в том, что нам по пути.

Дополнительных вопросов я задавать не стал, мы просто договорились, что расстанемся полюбовно и в хороших отношениях. Потому что, кто