Проект «Сфера-82»: Цвет и слой - Станислав Миков

— Заложили стотонный кран в таблицу ресурсов, — отозвался Громов, сверяясь с листами. — Узел семнадцать.

— Дальше слушайте, — Ширяев поднял палец. — На перегоне между седьмым и восьмым цехом — плановая замена шпал. Путь закрыт наглухо с двух часов дня до восьми вечера. А в шестнадцать ноль-ноль через главную горловину Северной станции проходит литерный состав. Секретный груз, без остановок, зеленая улица. За час до его прохода и час после — Северная станция закрыта для любых маневров. Никого не впускать, никого не выпускать.

Морозов подошел к столу, скрестив руки на груди:

— Классический конфликт ресурсов. И как ваши диспетчеры выкручиваются, Павел Андреевич?

— Как-как, — хмыкнул Ширяев. — Матерятся и решают. Обычно диспетчер видит короткий путь: через Северную, прямо к стотонному крану. Он прямой, на схеме красиво смотрится, и диспетчер сразу загоняет туда прокат. А потом выясняется, что кран занят разгрузкой станков, а тут литерный на подходе. Прокат остается в тупике, горловина забита, режимники орут, завод стоит.

— Главное, не подсказывайте машине ответ, — предупредил Морозов. — Юрий Павлович, вводите исходные данные. Посмотрим, как наша топология справится с литерным составом.

Шрамов придвинулся к клавиатуре и быстро вбил первую команду. На экране высветились короткие строки:

ГРУЗ: ПРОКАТ_НЕГАБАР

МАССА: 80

ОТПРАВЛЕНИЕ: СКЛАД_4

НАЗНАЧЕНИЕ: МЕХСБОРКА_1

— Это только наша болванка, — проговорил Шрамов. — Если нажать пуск сейчас, программа проложит путь по пустому заводу. Давайте вашу обстановку, Павел Андреевич. Что еще катается по узлу?

Ширяев пододвинул стопку нарядов.

— Пишем. Перегон цехов семь-восемь — закрыт. Литерное окно на Северной — с пятнадцати до семнадцати ноль-ноль. По ведомости механизмов… так, стотонный кран занят с шестнадцати до девятнадцати.

Шрамов методично заносил информацию в машину. Ниже параметров груза выстраивался плотный столбец сменного расклада: с десяток транзитных сцепок, подача мазута на котельную, маневры у пакгаузов.

— Вы ей сейчас прямо отсекаете короткую дорогу, — с сомнением произнес Морозов, глядя на растущий список занятых путей.

— Я ей даю реальный завод, Алексей Николаевич, — парировал Ширяев. — Это не подсказка. У меня кран занят по графику, горловина заперта режимом. Без этих вводных машина решит игрушечную задачку, а не сменный наряд.

— Стой, — вмешался Горелов. Он поднялся из-за соседнего стола, где до этого молча слушал их спор, и шагнул к дисплею. — Время начала маневра сейчас вводить будешь? Маску зашили? Вы мне обещали железобетонную защиту от усталого оператора в ночную смену.

Шрамов отнял руки от клавиатуры и чуть отодвинулся, уступая место.

— А вы сами попробуйте, Андрей Витальевич. Прямо сейчас. Вбейте в графу часов цифру «25».

Горелов недоверчиво хмыкнул, склонился над клавиатурой и уверенно нажал двойку, а затем пятерку.

Из зуммера за передней панелью опытной машины раздался резкий писк. Желтый бордюр экрана мгновенно залило красным. Символ «5» так и не появился — курсор застыл на месте, а в нижней строке ярко высветилось: «ОШИБКА ВВОДА: ЧАСЫ (00–23)».

Ширяев вздрогнул от неожиданного звука и довольно крякнул.

— Вот это дело! — оживился он. — Такой сигнал и спящего диспетчера разбудит. Вслепую ошибку не пропустишь.

— Стоит намертво, — с гордостью подтвердил Шрамов. — Часы только до двадцати трех, минуты до пятидесяти девяти. Наберешь чушь — программа выдает ошибку, меняет цвет бордюра и блокирует ввод до нажатия забоя. В расчетный модуль мусор теперь не проскочит.

Горелов нажал клавишу возврата. Красный бордюр послушно сменился привычным черным.

— А текстовое сообщение по несуществующим станциям? То, что с Егоровой обсуждали?

— Зашито, — Шрамов снова придвинул к себе клавиатуру и быстро вбил правильное время. — Чужой шифр не пройдет, программа сразу выдаст предупреждение.

— Отлично, — Липатов чиркнул ручкой в блокноте, отмечая пункт о контроле ввода. — Требование выполнено.

— Так, данные в маске, — подытожил Шрамов, заполняя последнее поле. — Готовы? Запускаю расчет.

Он нажал клавишу ввода. Дисплей на мгновение мигнул, строки данных исчезли, уступив место мигающей надписи: РАСЧЕТ МАРШРУТА. ПОДОЖДИТЕ.

Дисковод снова ожил, зашуршал, подгружая в память расчетные подпрограммы Громова. Процессор начал обсчитывать граф.

Секунда. Вторая. Пятая.

— Что-то долго, — заметил Ширяев, глядя на экран.

— Нормально. — Громов не отрывал взгляда от мигающей надписи. — Это вам не два числа сложить. Алгоритм перебирает сотни ветвей. Натыкается на наши заградительные штрафы, откатывается назад, ищет обход, проверяет динамические ограничения по времени на каждом перегоне…

— Окно литерного — с пятнадцати до семнадцати, — вслух прикинул Ширяев. — А груз готов в четырнадцать тридцать. По идее, главную горловину должен успеть проскочить.

На десятой секунде дисковод замолк. Экран очистился, и на нем загорелось: РАСЧЕТ ЗАВЕРШЕН. ВЫВОД ГОТОВ.

Шрамов нажал клавишу, разворачивая результат на экране. Под мерцающим курсором появились строки ответа. Программист вчитался в текст, недоверчиво покачал головой и нажал комбинацию клавиш для вывода на печать.

Алфавитно-цифровое печатающее устройство, занимавшее отдельную усиленную тумбу в углу комнаты, ожило. Массивный вал с шипением провернулся, затягивая широкую перфорированную бумагу. Стальная печатная цепь завертелась на шкивах, и десятки электромагнитных молоточков с пулеметным лязгом ударили по широкой красящей ленте, впечатывая символы в бумагу. Запахло свежей мастикой, машинным маслом и разогретым металлом электромагнитов.

Через пять секунд лязг оборвался. Шрамов привычным жестом оторвал лист по линии перфорации, положил его на зеленое сукно стола и разгладил ладонью.

Все склонились над распечаткой.

Фиолетовые буквы дублировали ответ с дисплея:

МАРШРУТ-82В. СМЕННОЕ ЗАДАНИЕ 14.

ГРУЗ: ПРОКАТ_НЕГАБАР. МАССА: 80.

ПУТЬ СЛЕДОВАНИЯ:

СКЛАД_4 — ВЕТКА_12 — ЮЖНЫЙ_ОБХОД — ТУПИК_3 — ПАКГАУЗ_2 — ОЖИДАНИЕ (45 МИН) — МЕХСБОРКА_1.

РЕСУРС: КРАН_50Т (СПАРЕННЫЙ РЕЖИМ).

РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ В ПУТИ: 185 МИНУТ.

Шрамов провел пальцем по напечатанной строке и поднял глаза на Громова.

— Евгений Александрович, — тихо сказал Шрамов. — Ваша математика рехнулась.

Ширяев оперся кулаками о край стола и хохотнул.

— Сто восемьдесят пять минут? Три часа на доставку? Да вы смеетесь. От четвертого склада до мехсборки через Северную горловину ехать двадцать минут! Сорок, если маневровый ползет еле-еле. Какой Южный обход? Какой третий тупик? Это же крюк в пятнадцать километров вокруг всего завода!

— И посмотрите на ресурс, — добавил Липатов, указывая колпачком ручки на строчку. — У вас в задании требовался стотонный кран. А машина предлагает спаренный режим для двух пятидесятитонных. Зачем городить огород с синхронным подъемом, если есть нормальный тяжелый кран?

Громов подхватил распечатку со стола, быстро просмотрел строки и потянулся к листам