ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

подход. В школе злостного «боевика», называемого мастером, технику усиления тела осваивают через постоянные физические страдания и выплески гнева на них, поэтому им отдельный триггер не требуется — достаточно вспомнить ту боль, которую они получают на тренировках, и гнев охватывает их автоматически. Тебе же, с твоей закалённой в отчаянии душой, нужен чёткий, ясный щелчок ментального плана для запуска навыка. Ты должен сам себе указать, на что именно «зажигается» твоя ярость. Теперь слушай внимательно и пристально смотри на меня. И когда я скажу — нанеси удар мне в лицо. С полной силой и той самой яростью, которую только что испытал.

— Что-о-о? — Лао отшатнулся, глаза его стали круглыми от изумления. — Я правильно понял? Вы хотите, чтобы я ударил вас, учитель, кулаком по физиономии?

Просьба архивариуса действительно выбила парня из колеи. За всё время, проведённое в этом мире, ему буквально вбивали, что старших, а уж тем более мастеров, нужно уважать и почитать. А тут — ударить человека, к которому он испытывал самое большое, почти сыновнее уважение и благодарность.

— А ты попробуй, наглец, — с этими словами Тушу спокойно подошёл вплотную к ученику и натянул на лицо ту самую язвительную, надменную ухмылку, с которой он обычно подшучивал над ним. Его глаза при этом смотрели прямо и выжидающе. — Бей!

Приказал учитель, и Лао моментально, почти рефлекторно, выбросил руку вперёд. Он практически не осознавал, как это сделал — рука дёрнулась сама, на автомате. Но движение было вялым, нерешительным, и за эту нерешительность Крас тут же получил лёгкий, но очень болезненный тычок пальцами под дых. На лице мастера тем временем расцвела ещё более издевательская, провоцирующая ухмылка.

Так продолжалось довольно долго — десятки попыток, десятки тычков и новых, всё более раздражающих гримас. И Лао уже не понимал, что бесит его сильнее — унизительные, точные удары в самые уязвимые места или наглая, насмешливая улыбка, не сходящая с лица архивариуса. В какой-то момент, когда Тушу в очередной раз скривил губы в знакомом выражении, Крас больше не смог на это смотреть. Волна чистого, неконтролируемого гнева накрыла его с головой, затопив разум и сомнения. Удар, последовавший за этим, был молниеносным — обычный человек не успел бы даже моргнуть. Лао даже показалось, что он лишь легонько коснулся щеки учителя… А затем мир поплыл, потемнел, и он снова свалился в обморок, будто кто-то выдернул вилку из розетки.

— А-а-а, голова раскалывается… — застонал он, придя в себя и обнаружив себя снова лежащим на каменном полу. — Что со мной? Почему я опять тут? Мастер, вы что, меня вырубили?

— Нет, бездарь, — спокойно ответил Тушу, стоя над ним. — Это называется токсическое отравление избыточной эмоцией. Ты не рассчитал свои силы и выплеснул слишком много энергии на усиление, в итоге твоё тело выработало чрезмерное количество гормона гнева, а мозг, не выдержав химической и энергетической нагрузки, перешёл в режим экстренного энергосбережения — просто отключил тебя. Иначе ты мог бы умереть от внутреннего кровоизлияния или разрыва сосудов. Что, впрочем, неудивительно: такой чистый, концентрированный выплеск не каждый опытный мастер может выдать с первой попытки. Но ты же у нас уникум — в умении оперировать сырой энергией ци тебе позавидует самый опытный подмастерье, да даже иные младшие мастера обращаются с ней куда менее искусно. А вот химия собственного тела, увы, пока тебе не подвластна. Учиться, молодой человек! Много, упорно и с болью учиться! А пока возьми вот это, — он протянул Лао небольшой плоский камешек, похожий на отполированный обсидиан, — и прикрепи его к затылку, прямо под черепом. Он будет считывать твой гормональный фон и слегка приглушать выбросы, пока ты не научишься сам себя контролировать.

Мастер передал Лао мелкий, тёплый на ощупь предмет, не больше горошины, похожий на крошечного металлического паучка с тончайшими лапками. Парень, с опаской, поднёс его к затылку, и тот мгновенно, с лёгким щелчком, вцепился миниатюрными лапками в кожу, а затем — что было куда неприятнее — проник под неё, будто растворяясь.

— Ай, больно! — взвыл Лао, дёрнувшись. — Вы что, смерти моей хотите? Ещё и чешется ужасно! Что это вообще такое⁈

— Успокойся, это артефакт, — невозмутимо пояснил Тушу. — Он будет регулировать сигналы, посылаемые твоим мозгом в надпочечники для выработки гормона гнева, тем самым ограничивая их производство. Проще говоря, это предохранитель от таких вот… неконтролируемых взрывов. Когда научишься управлять химией своего тела на должном уровне, сам сможешь его оттуда извлечь силой мысли. А пока этот малыш будет защищать тебя от тебя самого. Теперь к главному. Скажи честно — что взбесило сильнее: мои тычки или моё лицо?

— И то, и другое, — признался Лао, всё ещё потирая затылок. — Но больше… ваша ухмылка. Как вспомню, так сразу хочется вас ударить. Простите за такие слова.

— Замечательно! — воскликнул Тушу, и его глаза засветились одобрением. — Это и будет твоим триггером для выработки нужного гормона. Именно этим образом ты будешь запускать усиление. Теперь тебе требуется тренировать не просто выброс, а распространение симбиоза ци и гормонов по всему телу. Сейчас ты можешь сильно ускорять только один удар — это неэффективно. Нанеся такой удар и промахнувшись, ты мгновенно выдохнешься и проиграешь бой. Научись распределять усиление равномерно, и не на полную мощность. Тогда будешь двигаться примерно в два раза быстрее обычного человека и бить в пару раз сильнее, при этом гормон не будет расходоваться полностью, и ты сможешь находиться в ускоренном состоянии долго, а не пару секунд. Пока не научишься «взрываться» по собственной воле, используй в качестве триггера воспоминание о моём лице и тычках. А сейчас для начала попробуй запустить процесс и моментально войти во внутренний мир, чтобы увидеть его изнутри. Ну, давай, попробуй — ты всё сразу поймёшь.

Крас закрыл глаза, отогнав остаточную боль. Он мысленно представил нагло ухмыляющуюся физиономию учителя, ту самую, и вспомнил резкие, унизительные тычки в живот. Ярость моментально, как вспышка, обуяла его разум. С усилием он немного подавил первичный посыл, не давая ему перерасти в неуправляемый взрыв, и перешёл во внутренний мир. Осмотрев свой энергетический каркас, он заметил, что из области надпочечников начало выделяться небольшое облачко оранжевого, ядовитого на вид вещества. Оно моментально смешивалось с потоками его ци и, перекрашиваясь в светло-коричневый, плотный туман, устремилось к его кулакам. Мысленно отдав команду, он попробовал сделать туман менее густым и