Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

оглушённые птицы. Там же кряхтели и неуклюже шевелились на земле вольные стрелки. Лишь один Феоктистов неподвижно возвышался среди поражённого сектора с обугленным копьём. Наконец, двинулся и он. Древко переломилось в руке. Он замедленно потёр левую грудь и осторожно опустился на землю. Прохрипел:

— Совсем долбанулся?!

Коля виновато развёл руками.

— Шпагу убери, идиот!!! Гесперон ей хоть по врагам молнией бил, а ты по своим звезданул!

— Да кто ж знал?

- Убери, сказал!!! - голос Феоктистова быстро возвращался к нормальному. Зубров молча повиновался. Затем заинтересованно покрутил головой:

— Смотри, а ни одной вороны больше не осталось!

И верно. Напуганные невиданным явлением, все ближайшие птицы разлетелись. Но от дороги уже вновь осторожно приближались крылатые «разведчики». К счастью, все вольные стрелки остались живы. И даже, на первый взгляд, были относительно целы. Вот только ужас переполнял их широко раскрытые глаза. При малейшем движении сэра Грома все испуганно вздрагивали, да так и норовили броситься вслед за воронами. Зато слушались теперь безоговорочно. Не менее молнии разбойников поразило то, что сэра Волка разряд даже не свалил с ног! (Про «каменную кожу» они не знали).

Добытое в боях вновь споро навьючили на лошадей. К счастью, живых коней вороны не тронули. Скорее всего, их рефлексы не позволяли атаковать больших и здоровых животных. Пока занимались, Феоктистов обратил внимание на цепочку свежезасыпанных ям, выделявшихся среди жухлой травы. Из любопытства ковырнул землю копьём. Из одной ямы сразу вылезла обглоданная конская кость, из другой, после серии неудачных тычков, голая человеческая нога. Все находки он тут же тщательно затоптал обратно.

— Похоже, ребята из «Гнева», что сидели тут до нас, были намного умнее! Тех, кого убивали, сразу закапывали. Вот вороны и не прилетали.

Подошёл Николай:

— Помнишь Робину в Солми? Она несколько дней мёртвая лежала, а её эти твари не клевали. Да и остальных тоже… Эй, Арч, а из вас кто-нибудь раньше с такими воронами сталкивался?

Разбойник несмело приблизился:

— Частенько, ваша светлость. Они завсегда убитых добирают. Вот только так много сразу я ещё не встречал. Думаю, что это дым от ваших сожжённых деревень их привлёк, и собрал со всей округи. А в деревнях, да на дорогах, после ваших боёв с «Гневом», тут много для них поживы.

Похоже, разбойник был прав. Но это означало, что у баронства появилась ещё одна серьёзная проблема. Ведь сейчас озверевшие многочисленные вороны мало чем отличались от стаи беспощадных хищников. К тому же перемещались по воздуху. А никаких зенитных средств здесь пока ещё и в проекте не было.

— Дым, говоришь, приманил? — злой Феоктистов вновь глубоко задумался.

* * *

С «засвеченной» птицами засады разбойники выдвинулись к месту, где должны были встретиться отряды «боевых послушников». Расположились по уже знакомой схеме. Вот только ни удобных скрытых позиций, ни шалаша возле выпаса, ни даже мало-мальски пригодной для последнего поляны там не имелось. К тому же трехдневная усталость начала брать своё. Практически бессонные ночи в холодной ноябрьской сырости, постоянно промокшие ноги, длительные конные переходы и яростные схватки, на фоне нерегулярного и однообразного питания. Лишь алчность, разожжённая серебром, да авторитет Кальвадосских рыцарей, неожиданно и жестко подкреплённый разрядом рукотворной молнии, пока поддерживали силы засадников.

Тем приятнее было увидеть на дороге не бандитов, а разведку галлов. Вскоре к месту встречи подтянулись владетели, в окружении сильного конвоя. И Торин, и Волкул явно обрадовались вышедшим из леса друзьям. Особенно после того, как сэр Гром, вместо приветствия, снял с себя ядоопределяющий амулет и протянул владетелю Канантона. Значит и обещанные бочонки с кальвадосом отдаст! Сэр Уильям, не сдержавшись, приобнял обоих друзей:

— Ребята, как я рад вас видеть! Вы знаете, что после ухода сэра Волка из Фалеза «Гнев Господен» за ним целую сотню наёмников в погоню послал?

— Знаем. Здесь нас ещё сотня, только самих «гневников», в засаде ждала.

— Ничего себе! И где они сейчас?

— Ну кто-то, может, на небесах. Кто-то в аду. А часть мы в плен взяли.

— Фалезцев?

— И «гневников» тоже! — Феоктистов многозначительно похлопал рукоять трофейного серебряного меча.

— Чудны дела Твои, Господи! У вас же всадников меньше двадцати было!

— Увы! Сейчас вообще почти не осталось. А тут ещё и третий враг гадит!

— Принц? — понизив голос, встревоженно спросил Торин.

— Да нет, пока. Наёмники тамплиеров, из бывших уголовников. Все сёла нам сожгли, кучу народа убили. Вот на них и охотимся.

Галлы уважительно посмотрели на разбойников, которые как раз неторопливо приблизились к конвою. Оценили их экипированность серебряным оружием. Владетель Аржантана вежливо поинтересовался:

— Насколько понимаю, эти доблестные сквайры не состоят в дружине?

Сэр Волк согласно кивнул:

— Ты очень проницателен, благородный Торин! Это наши друзья, вольные стрелки Робин Гуда. Они здорово помогли нам с «Гневом Господним», и с бандитами ордена Храма сейчас помогают.

Владетель церемонно раскланялся с лесными удальцами:

— Умеете вы подбирать друзей, уважаемые бароны!

А Волкул Канантонский озабоченно добавил:

— Да и с врагами, я смотрю, особо не мелочитесь! Сэр Владимир, сэр Николай, предлагаю побыстрее поместить нашу общую десятину в безопасное место. После чего мои пять десятков воинов, и я сам, в вашем распоряжении!

Хозяева Аржантана поспешили присоединиться к этому предложению.

— Спасибо, друзья! Но нам ваша помощь нужна гораздо раньше. Где-то здесь недалеко прячутся три десятки бандитов де Гринеберга. А ещё две скрываются возле Шансона. Хорошо бы их разбить поодиночке. А затем уже можно и в Шансон, достойно отметить встречу. Кальвадос на это мы припасли!

Галлов такой расклад, в принципе, устроил. После небольшого военного совета было решено попробовать заманить выдвигающихся к Шансону в подвижную западню. Благо людей теперь хватало. У владетелей Аржантана тоже было пять десятков верховых воинов. А обоз объединённого конвоя составляли ещё пятнадцать слуг от обоих феодов. Кроме того, к военному конвою прибился мельник Макэр из Бриньи, в одиночестве отправившийся в Кангард с возом муки. Это был невысокий, жилистый мужчина, на вид тридцати пяти - сорока лет, с порывистыми движениями юноши. Постоянное показное смирение ему не сильно подходило, но он активно его демонстрировал. Что-то в движениях мельника показалось Феоктистову очень знакомым. Правда, не мог вспомнить что, но опасений это не вызывало. А ощущениям барон привык доверять.

Видя, что сэр Волк заинтересовался им, Макэр поклонился и сам подошёл:

— Ваша светлость, разрешите пару слов наедине сказать!

Феоктистов повелительно махнул ему рукой и