Король старьевщиков - Кассандра Клэр

Он не мог вспомнить, что на это ответил Конор, и его отвлек чей-то голос, окликнувший его по имени. Это был Меррен, он ждал в компании Джиан напротив «Каравеллы».

Они сидели на каменном парапете моста, перекинутого через канал. Меррен улыбнулся и помахал Келу; у Джиан, как обычно, был такой вид, словно она думала о предмете, вызывающем у нее крайнее отвращение.

– Жутко выглядишь, – бросила она Келу вместо приветствия. Она была одета в свою любимую лиловую шелковую куртку, длинные волосы были собраны на затылке коралловыми заколками.

– У меня, – сообщил Кел, – к твоему сведению, похмелье.

Она наморщила нос.

– Ты бледно-зеленый. Этот оттенок не сочетается с… не знаю, как называется такой цвет. – Она махнула рукой на его костюм: винно-красный фрак и такие же брюки.

– Вот, возьми-ка, – сказал Меррен, слезая с парапета. Пошарив в карманах, он извлек оловянную флягу.

Когда Кел отвинтил крышку, в нос ему ударил едкий запах какого-то древесного сока. Он поморщился.

– Ты уверен, что это не яд?

– Если бы я собирался тебя отравить, я бы тебе об этом не сказал, – произнес Меррен с видом оскорбленного достоинства.

– Пф-ф, – фыркнул Кел, приложил фляжку к губам и сделал большой глоток. Во рту словно взорвалась петарда, жидкий огонь потек в желудок. На глазах выступили слезы. Откуда-то издалека доносился голос Меррена, который рассказывал, что они буквально полчаса назад получили сообщение, которое он отправил в Черный особняк прошлой ночью, и спрашивал, как Кел умудрился уговорить Киприана Каброля встретиться с ним в «Каравелле».

– Мне кажется, Кел умирает, – заметила Джиан. Она с любопытством разглядывала Кела, который от кашля согнулся пополам. – Ты уверен, что это был не яд?

– Я вижу, никто из вас мне не доверяет, – обиженно ответил Меррен.

Кел с удивлением заметил, что жжение постепенно ослабевает, как и пульсирующая боль в голове. Так. Моргая, он вернул флягу Меррену. Его охватило странное ощущение ясности. Окружающий мир вдруг стал необычно четким: ему казалось, что, если потребуется, он сможет за несколько минут пересчитать камни, из которых сложен мост. Пожалуй, по сравнению с лекарством Меррена средства от похмелья дона Валона никуда не годились.

– Что это за снадобье? – спросил он. – Если тебе нужны деньги, я могу уговорить Конора купить у тебя несколько бочек.

Меррен сунул фляжку за пазуху.

– Иногда я принимаю его, если мне нужно сконцентрироваться на своих занятиях. И ты знаешь, что я ничего не продам во Дворец, – добавил он. – Это против моих принципов.

– Разумеется. Я так редко встречаю людей с принципами, что забыл, как они выглядят.

– Кстати, о людях без принципов… – вмешалась Джиан.

– Да. Киприан. – Кел посмотрел на дверь «Каравеллы». Ему не хотелось вспоминать о том дне, когда он в последний раз был там; ему вообще невыносимы были мысли об Антонетте. – Он считает, что встречается с Конором. Меррен, у тебя случайно нет с собой той «сыворотки правды», которую ты применил во время допроса Раймона?

Меррен смотрел на него с сомнением.

– Ты думаешь, он согласится принять от тебя питье, когда выяснится, что ты не Конор?

– Не уверен, что он согласился бы принять питье от Конора. – Кел потер глаза. – Ну хорошо. Давайте подумаем. У нас есть только один шанс выудить у него нужную информацию. Каков наш план?

Последовал поток предложений от Меррена и Джиан. Они все еще спорили насчет деталей, когда Кел оставил своих спутников на мосту и направился в «Каравеллу», стараясь не обращать внимания на мерзкий привкус во рту. Как будто он облизывал ствол сосны.

Когда он позвонил в медный колокол, дверь открылась, и выглянула Хадия. Золотые серьги еще покачивались – видимо, она бежала. Она провела его внутрь и сказала только, что донна Алис его ожидает. Кел прошел следом за ней в главный зал, который, против обыкновения, был почти пуст. Естественно, ведь настоящее оживление наступает в публичном доме только вечером. Несколько куртизанок, не занятых работой, расположились на диванах и дружески болтали.

Среди них была и Силла; ее рыжеволосая голова склонилась над картами. Кел отвел взгляд.

Алис вошла в зал. Она нисколько не изменилась: маленькая, опрятно одетая женщина с темными волосами, спадающими на плечи. Сейчас Кел видел, что она очень похожа на брата, хотя с первого взгляда этого не было заметно. У них были одинаковые хрупкие фигуры и черты лица, одинаковые тонкие кисти рук, похожие скупые жесты. Просто раньше Кел не знал Меррена так хорошо, как знал сейчас, поэтому ничего не замечал.

– Он здесь? – спросил Кел.

Алис кивнула и повела его к лестнице. Пока они поднимались, Кел заметил, что Силла смотрит на него с едва заметной улыбкой, как ему показалось, немного грустной.

Кел сказал:

– Благодарю вас, донна Аспер, за то, что помогли нам снова.

– Я не знала, что уже помогала вам, – спокойно ответила она.

– Вы украли у Гремонта защитный амулет. Поверьте мне, вы оказали услугу всем нам.

Она с довольным видом улыбнулась. Судя по ее лицу, она не испытывала никаких сожалений – только удовлетворение от того, что справедливость восторжествовала.

– Кто еще знает, что он мертв?

– Несколько человек, – ответил Кел. – Пока все на Горе считают, что он просто куда-то уехал. Кстати, а что вы сделали с амулетом?

– Он в надежных руках, – ответила Алис, когда они поднялись на верхний этаж. Он шел рядом с ней по знакомому коридору. Несколько месяцев назад именно здесь он впервые встретил Меррена – в тот самый вечер, когда Андрейен похитил его и предложил работать на него. Это была вторая ночь в его жизни, когда все изменилось за какие-то пару минут.

Заболела спина – наверное, от напряжения; как будто его позвоночник туго обмотали проволокой.

– Этот предмет опасен, – сказал он. – В нем заключено огромное могущество, его нужно тщательно охранять.

Алис понимающе улыбнулась.

– Вы совершенно правы. По некоторым причинам я не могу сказать вам, где находится амулет. Но ведь у всех нас имеются свои секреты, не так ли, Кел Анджуман?

Она остановилась у двери, ведущей в библиотеку. Дверь была приоткрыта. Кел почувствовал запах дыма: кто-то внутри курил патун.

– У некоторых из нас секретов больше, чем у других, – ответил Кел и вошел в комнату. Сладкий запах здесь чувствовался сильнее, свет был тусклым. Комната тоже была прежней: полки с книгами, несколько столов, сводчатый проход, ведущий в помещение для чтения. У окна, там, где сидел Меррен в вечер их знакомства, стоял Киприан Каброль.

Когда Кел вошел и загородил собой