Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

больше. Удар был не только точен, но и силен. Не устояв, я покатился по склону. Путешествие оказалось малоприятным, но, к счастью, недолгим. Зацепившись за куст, я прервал падение, а затем и поднялся на ноги. В подобных случаях рекомендуют несколько раз присесть, что я поспешно и проделал. Боль отпустила, на смену ей пришла злость. Хорошенькие дела! Вот и делай после этого добро! Опираясь на Грам, как на посох, я стал карабкаться на вершину холма.

Незнакомка уже поджидала меня. Она раздобыла меч, и выглядела не очень приветливой. Смеривши меня презрительным взглядом, красотка воскликнула:

— Ты вернулся, чтобы забрать мою душу, пёс!

— Поосторожней со словами, милашка! — предостерёг я. — Я не знаю, что тут произошло. Но я не твой враг. Я путник, возвращающийся домой. Мой конь затащил меня на этот проклятый холм, где я и обнаружил тебя. И вместо благодарности… — Я не нашёлся со словами, дабы закончить фразу...

В прекрасных глазах незнакомки блеснула усмешка, но губы её сохранили суровое выражение.

— Так ты уверяешь, что не принадлежишь к шайке Хельги?

— Да не знаю я никакого Хельги! Я Сигурд, сын Сигмунда. Я возвращаюсь в родные края с Севера, где отомстил разбойнику Хундингу.

Девушка задумалась.

— Я слышала о Хундинге. Мне даже приходилось сражаться бок о бок с ним.

— Хундинг — негодяй!

— Не буду спорить. Но он честный воин.

— Он убил моего отца, а я отомстил ему!

— Ты прикончил его? — с холодным любопытством поинтересовалась девушка.

— Нет, я убил в честном поединке двух его сыновей и нанёс рану отважному воину по имени Болен. А потом я умертвил Дракона и его брата, великана-кузнеца Регина.

Усмешка, столь тщательно скрываемая незнакомкой, наконец-то прорвалась наружу.

— О, да ты, гляжу, отважный воин!

— Не без этого, — согласился я, слегка уязвлённый её насмешливым тоном. — А теперь позволь мне узнать, как твоё имя и как ты очутилась здесь на этом холме. Разве женщине надлежит заниматься делом, отведённым отважным мужам?

— А ты считаешь, что этим положено заниматься лишь соплякам, подобным тебе?!

Это было уже слишком! Неблагодарная рыжеволосая девка пыталась оскорбить меня, Сигурда, о чьих подвигах уже слагали легенды.

— Сейчас ты получишь всё, что заслужила! — процедил я. Поигрывая Грамом, я шагнул вперёд, но тут же опомнился. Не хватало ещё, чтобы после Дракона и Регина я снизошёл до драки с какой-то девицей, заслуживающей разве что шлепка по заднему месту, но уж никак не удара клинком. Опуская Грам, я процедил:

— Твоё счастье, что ты женщина!

— И что же? — холодно поинтересовалась незнакомка.

— Я не дерусь с женщинами. Их дело — сидеть за веретеном и готовить обед, а не махать мечом.

— Напрасно ты так считаешь! — усмехнулась незнакомка. — Вот у меня ты бы мог многому поучиться!

Нет, положительно, сегодня был день издевательств. После стольких славных испытаний, отведённых на мою долю, судьба явно решила на мне отыграться.

— Если ты сейчас же не замолчишь, я оставлю своё благородство и как следует проучу тебя!

Девушка призывно махнула мечом.

— Ну, давай, чего же ты медлишь. Я жду! Или ты смел только на словах?!

Я скрипнул зубами. Эта девка явно намеревалась довести меня до бешенства!

— Ты сама напросилась! Боги — свидетели тому!

Сообщив это, я устремился на незнакомку. Та встретила мой напор довольно уверенно. Рука её, на вид изящная, оказалась сильной, стремительными движениями ног можно было залюбоваться, гибкая тонкая талия порождала неосознанное желание. Мы скрестили мечи с таким пылом, словно давно мечтали об этой драке. Клинки описывали широкие дуги, сталкивались, высекая острые искры, ныряли вниз, с тем чтобы кольнуть в живот или бок. Потребовалось совсем немного времени, чтобы каждый из нас смог убедиться, что имеет дело с достойным соперником. Мне не хотелось убивать или ранить девушку, но, поймите, я не мог и отступать. Думаю, она испытывала примерно те же чувства. Стычка, какую каждый рассматривал как возможность скорой рукой проучить соперника, неожиданно превратилась в изматывающий поединок. Мы обменивались серией ударов, на мгновение отступали, чтоб отдышаться, и тут же сходились вновь. Мы бились на удивление долго, но и стремление к примирению оказалось на удивление равным.

Мы разошлись в очередной раз. Незнакомка лёгким движением воткнула свой меч в землю, а я сказал:

— Знаешь, по-моему, то, что мы делаем — глупо.

— Согласна. Но что нам делать? Кто-то должен стать победителем.

— Так не бывает, но давай согласимся, что на этот раз вышла ничья.

Поколебавшись, девушка мотнула головой, ослепительной волной разбросав вокруг свои чудесные волосы.

— Пусть будет так. Ты и впрямь неплохо дерёшься!

— Ты тоже. Где ты научилась так здорово владеть мечом?

— В Валгалле.

Незнакомка склонна шутить? Что ж, я готов поддержать шутку.

— Конечно! Ты — подруга Одина. Я сразу признал в тебе Фригг!

— Разве я похожа на эту уродливую стерву! Я валькирия! Меня зовут Брюнхильд.

— Валькирия? — Я даже не попытался скрыть недоверия к словам рыжеволосой воительницы. — Вот уж не думал, что встречу валькирию. Так ты прислуживаешь за столом героям-эйнхериям?

Брюнхильд вложила меч в ножны.

— Уже нет. Я бежала из Валгаллы на землю. Там скучно, надоело наливать мёд этим забулдыгам. Улучшила момент и покинула Валгаллу. Один пытался вернуть меня, но, к счастью, ему было некогда, а я сумела хорошо спрятаться. Здесь, в Среднеземье мне пришлось по вкусу. Вот это жизнь! Сплошные драки! Это как раз по мне!

Девушка улыбнулась столь заразительно, что мне захотелось прижаться губами к её алому, словно сочащемуся кровью, рту.

— А как ты очутилась здесь?

— Очередная драка. Я сражалась на стороне Свейна против отряда Хельги. Известный разбойник этот Хельги, разве тебе не приходилось слышать о нем? — Я покачал головой. — Славная была битва. У Хельги было больше людей, и они почти сумели сбросить нас с холма, когда пал Свейн. Но тут я свалила самого Хельги, и его разбойники начали пятиться. А потом…

Валькирия задумалась.

— Что было потом? — нетерпеливо спросил я.

— Не знаю. Ничего не помню. Наверно, Один сумел добраться до меня и похитил сознание. А потом заявился ты и невольно помог мне. Ты ведь хотел овладеть мною, так?

Я захлебнулся от возмущения.

— Как ты могла подумать такое! Да я просто хотел посмотреть, нет ли ран на твоём теле!

Брюнхильд презрительно махнула рукой.

— Конечно, конечно! Все вы думаете лишь об одном. Ну да ладно! Сам не желая того, ты помог мне. Один заповедал, что ни одна валькирия не должна быть взята мужчиной без её согласия. Когда ты попытался овладеть мной, Один вернул мою душу в