Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Андрей даже не моргнул. Он протянул руку — жест, универсальный для многих рас, предлагая скрепить договор.

— Обман — удел слабых, Кат. А мы с тобой собираемся переписать историю галактики.

Гарр за спиной одобрительно хмыкнул, опуская «Вулкан» стволом вниз. Сделка с дьяволом была заключена.

Глава 15

— Уверен ли ты в своём решении, друг мой? — голос Робо звучал мягко, но с отчётливой ноткой тревоги. Крупные уши лааарискай слегка подрагивали. — Если я правильно помню наши отчёты, Кат — далеко не самый надёжный представитель Альянса. Скорее, он воплощение всего порочного, что есть в их системе.

Голограмма Носителя Слова, проецируемая над столом, на секунду подёрнулась рябью. Это было не из-за помех — связь через гиперпространство, используемая «Перуном», игнорировала расстояния и задержки, — а скорее из-за лёгкой нестабильности самого устройства. Андрей сидел в глубоком ложементе кресла в своей личной каюте. Вызов проходил по зашифрованному каналу, поэтому их беседа была сугубо приватной, скрытой от ушей экипажа и тем более — от сенсоров станции. Капитан усталым жестом расстегнул тугой ворот кителя, давая свободу шее, и глубоко вздохнул, откидывая голову назад.

В глубине души он и сам не питал иллюзий насчёт этого скользкого червя. Доверять Кату — всё равно что доверять голодной акуле. Но, признаться честно, Андрея полностью устраивало то, что именно этот зуугулс станет их «проводником» в Директорат. В этом уравнении были две переменные, играющих Андрею на руку. Во-первых, Кат был патологически, феноменально алчен. А алчность — это предсказуемость. Просчитать его желания и шаги было куда проще, чем разгадывать мотивы идейного фанатика или честного служаки. А во-вторых… Ката было совершенно не жаль. Если этот червь сгорит в пламени, которое сам же поможет раздуть, Андрей и бровью не поведёт.

— Других вариантов у нас нет, Робо. Времени тоже, — проговорил Андрей, глядя в мудрые глаза мыши. — Все остальные способы заставить эту неповоротливую бюрократическую машину Альянса шевелиться будут либо слишком долгими, либо заведомо провальными.

Он потёр переносицу, прогоняя усталость.

— Нет, конечно, у меня была шальная мысль: сыграть роль живца. Заставить их военным путём прийти в ту систему, стравить лоб в лоб с арианцами… Но это уравнение с таким количеством неизвестных, что риск ошибки слишком велик. Реализовать это сложнее, чем просто помахать перед носом жадного чиновника куском жирного пирога. Мы выбрали меньшее из зол.

— Понимаю ход твоих мыслей и не могу не согласиться с ними, — проговорил Робо, задумчиво проведя лапой по своим длинным подрагивающим усам. Этот жест выдавал глубокую озабоченность лааарискай. — Но сможет ли изгнанник, сидящий на задворках, вновь добиться расположения их правящих органов? У правителей короткая память на заслуги, но долгая — на неудачи.

Андрей коротко, сухо усмехнулся. В этом-то как раз капитан не сомневался ни на секунду. Кат добьётся. Как этот червь и сказал, он сделает всё — пойдёт на шантаж, подкуп, лесть. Он вывернется наизнанку, но заставит флот Альянса работать на его условиях. Слишком лакомый кусок предложил Андрей — такую наживку не выплюнет ни один торговец во Вселенной. Кат это отлично понимал, и его жадность была лучшей гарантией успеха.

— Сможет, — уверенно отрезал капитан. — А если не сможет официально — он пойдёт в обход Директората. Найдёт частных инвесторов, наёмников, коррумпированных адмиралов. В этом я не сомневаюсь. Для него это билет в один конец: или на вершину, или в могилу.

Андрей подался вперёд, и свет голограммы отразился в его глазах холодным блеском.

— Единственное условие безопасности: о точных координатах арианской системы он должен узнать уже в самый последний момент. Когда флот будет заправлен и готов к прыжку. Это наш единственный поводок. В противном случае, получив карту, он может попытаться сыграть в свою игру и избавиться от «лишних» партнёров вроде нас.

— Я боюсь, что он может развернуть орудия против нас в момент решающей схватки, — задумчиво проговорил Светлейший, его большие уши слегка прижались, выдавая внутреннее напряжение. Для лааарискай такая ненадёжная переменная была источником сильного беспокойства.

— Он алчный, Робо, но не самоубийца, — парировал Андрей, покачав головой. — Пока будет идти генеральное сражение, пока Тёмные Боги будут угрожать его шкуре и его будущей империи, он будет с нами. Он будет держаться за нас зубами.

Капитан откинулся в кресле, глядя сквозь мерцающую фигуру собеседника.

— А вот потом, после победы… Когда страх отступит, и останется только жадность при виде такой добычи… Вот тогда его действительно может переклинить. Но этот вопрос мы будем решать на месте. По мере поступления проблем.

* * *

Кат восседал на парящей гравиплатформе посреди своей роскошной резиденции, нервно меняя цвет и подёргивая щупальцами. Только что погасший экран дальней гиперсвязи словно отрезал его от здравого смысла. Он давно знал, что в Директорате обитают одни старые закостенелые идиоты, чьи умы заплыли жиром от сверхприбылей, но никогда не думал, что они будут настолько глупы и близоруки в своих взглядах на будущее.

Предложение человека было хорошим? Нет, это слишком слабо сказано. Оно было революционным. Если Альянс получит эти технологии — источники энергии, щиты, оружие арианцев, — их власть станет абсолютной. Им больше не придётся ограничиваться только торговлей. Они смогут диктовать свои условия любой расе в галактике, от окраин до Центральных Миров.

Но Директорат… Эти слепые глупцы просто отвергли это предложение. Они бормотали что-то о «стабильности рынка» и о том, что Кат не понимает всех рисков военной кампании. Какая ирония. Ведь именно он — единственный среди этих торгашей — понимал эти риски кристально ясно. И он был единственным, у кого хватало духа их принять ради будущего величия Империи, которую он собирался построить на костях старого Альянса.

Раньше он грезил тем днём, когда окажется среди этих «великих» правителей Торгового Альянса. Он жаждал их признания, мечтал о кресле Директората. Но теперь… теперь он понимал абсолютную бессмысленность этой затеи. Зачем ему, великому Кату, быть всего лишь «одним из»? Зачем ограничивать свой гений голосованием кучки маразматиков?

«Директорат правит. Директорат — это сила».

Эту ложь вбивали в головы всем гражданам Альянса.

Щупальца Ката с силой ударили перед собой, а кожа приобрела цвет густой, свернувшейся крови.

— К чёрту Директорат! — прошипел он в пустоту роскошного зала.

Он, Кат, взойдёт на самую вершину. Единолично. И сотрёт в порошок этих заплывших жиром червей. Но