Всадники Перна - Энн Маккефри

Возможно, обида молодого Торика ослабнет, если он в самом деле сумеет запечатлеть огненную ящерицу и почувствует, что его желание удовлетворено. Если файра действительно может запечатлеть любой и они способны доставлять сообщения хозяину и от него, для всех это станет немалым благом. Файр – для каждого? Звучит как боевой клич, фыркнул Ф’нор, подумав о реакции Древних, и усмехнулся шире, представив, как Т’рон пытается подманить файра, который, не обращая внимания на лорда, позволяет запечатлеть себя низкорожденному мальчишке-ремесленнику. Что может сильнее ударить по слепой ограниченности Древних? Да, в суровые времена, в дни юности они посвятили себя драконам, терпели холод и рисковали жизнью в сражениях с бесчисленным и безмозглым врагом. Но юность – лишь первый шаг на жизненном пути, и, взрослея, человек понимает, что жизнь не может состоять из одного лишь риска.

Только сейчас Ф’нор вспомнил, что ему не представилось возможности обсудить с Ф’ларом проблему Брекки. Ф’лар, скорее всего, уже вернулся в Бенден-Вейр. Ф’нор обругал себя за то, что лезет в чужие дела: возможно, подумал он, из-за того, что он слишком долго пробыл заместителем Ф’лара. К чему вмешиваться в жизнь другого Вейра? У Т’бора и без того хватает хлопот. Но, во имя Первого Яйца, невыносимо думать, какую кошмарную жизнь устроит Брекке Килара, если в полете Вирент’у настигнет Орт’.

Ф’нора все сильнее мучила тревога, и он даже не улыбнулся, когда Кант’ начал успокаивающе насвистывать. Но вот полет наконец завершился, и они описали в лучах вечернего солнца круг над Южным Вейром. Ф’нор не чувствовал ни малейшей усталости. На пастбище кормили своих драконов несколько всадников, и он спросил Кант’а, желает ли тот поесть.

«Брекка хочет тебя видеть», – сообщил Кант’, плавно приземляясь у своего вейра.

– Вероятно, чтобы устроить мне выволочку, – ответил Ф’нор. Нежно погладив морду Кант’а, он отошел в сторону, глядя, как коричневый дракон устраивается в тепле своего пыльного лежбища.

Гралл выбралась из складок перевязи, и Ф’нор пересадил ее на плечо. Она протестующе пискнула, когда он быстро зашагал в сторону вейра Брекки, и вонзила когти в толстую кожу, пытаясь удержаться. Мысли ее были заняты исключительно едой.

Брекка кормила своего файра Берда, когда вошел Ф’нор. Услышав требовательный крик Гралл, она улыбнулась и подвинула к всаднику миску с мясом.

– Я беспокоилась, что ты полетишь через Промежуток.

– Кант’ мне не позволил.

– У Кант’а ума больше, чем у тебя. Как рука?

– Не болит. Особо делать было нечего.

– Я слышала. – Брекка нахмурилась. – Все как-то неправильно. У меня крайне странное чувство… – Она замолчала.

– Продолжай, – поторопил ее Ф’нор. – Что за чувство?

Неужели Вирент’а готова вот-вот подняться в брачный полет? Брекка, кажется, никогда не волновалась. Она с безмятежным спокойствием вела хозяйство Вейра и ухаживала за ранеными. И то, что она проявляла неуверенность, не важно в чем, уже само по себе вызывало тревогу.

Словно прочитав его мысли, она покачала головой, плотно сжав губы.

– Нет, это не личное. Просто все идет не так, как надо: меняется, сбивает с толку…

– И только-то? Разве ты не сама предлагала кое-что поменять? Позволить девушке запечатлеть боевого дракона? Раздать всем файров, чтобы умиротворить простой народ?

– Это всего лишь перемены. А я имею в виду, что все летит кувырком…

– А твои предложения разве не подходят под это определение? Милая моя девочка… – Ф’нор пристально посмотрел на нее и разглядел боль в ее взгляде. – Что, Килара житья не дает?

Брекка отвела глаза и покачала головой.

– Я же тебе говорил, Брекка, ты можешь потребовать других бронзовых, кого-нибудь из другого Вейра. Н’тона из Бендена или Б’дора из Исты… И тогда Килара заткнется.

Брекка вновь покачала головой, все так же глядя в сторону.

– Не навязывай мне своих друзей! – резко бросила она. – Мне нравится в Южном. Я здесь нужна.

– Нужна? Да тебя бесстыдно используют, и не только местные!

Она уставилась на Ф’нора, удивленная его страстными словами не меньше его самого. На мгновение ему показалось, что он понял, в чем дело, но взгляд девушки тут же вновь стал непроницаемым, и Ф’нор задумался, что она от него скрывает.

– Считай как хочешь. Я не боюсь тяжелой работы, – негромко проговорила она, бросая кусочек мяса в широко разинутый рот коричневого файра. – Не лишай меня тех небольших радостей, которые я себе придумываю…

– Радостей?

– Тсс. Ты пугаешь ящериц.

– Они переживут. Они готовы сражаться – в отличие от тебя, Брекка. Вся проблема в том, что ты заслуживаешь большего. Ты даже сама не знаешь, насколько ты добрая, щедрая, готовая помочь… чтоб тебя, во имя Скорлупы! – Ф’нор смущенно замолк.

– Готовая помочь, достойная, трудолюбивая, способная, заслуживающая доверия… можно долго перечислять, Ф’нор, я все это наизусть знаю. – В голосе девушки прозвучали странные нотки. – Можешь быть уверен, друг мой, я прекрасно знаю, что собой представляю.

В ее тихих словах чувствовалась невыносимая горечь. Не в силах выдержать взгляда ее подернувшихся туманной дымкой зеленых глаз и пытаясь загладить собственную неловкость, Ф’нор наклонился через стол и поцеловал девушку в губы.

Он хотел просто утешить Брекку – и оказался совершенно не готов ни к ее реакции, ни к своей собственной. Как и к далекому трубному реву Кант’а.

Не сводя глаз с девушки, Ф’нор медленно поднялся, обошел стол кругом, сел рядом на скамью, привлек к себе Брекку здоровой рукой. Она откинула голову ему на плечо, и он ощутил невероятную сладость ее губ, мягкость и податливость ее тела. Брекка обвила его руками, всецело отдаваясь чувству. Подобного он не испытывал прежде ни с одной женщиной, сколь бы страстными и жаждущими наслаждения они ни были. Воистину, воплощение невинности…

Внезапно Ф’нор поднял голову, пристально глядя в глаза девушки.

– Ты никогда не спала с Т’бором, – констатировал он. – И вообще ни с одним мужчиной.

Она уткнулась в его плечо, ее прежде податливое тело напряглось. Ф’нор мягко приподнял ее подбородок.

– Но зачем ты преднамеренно давала понять, будто ты и Т’бор…

Она едва заметно покачала головой. Взгляд ее ничего не скрывал, на лицо легла печальная тень.

– Чтобы отвадить других мужчин? – спросил Ф’нор, слегка встряхнув ее за плечи. – Зачем? Для кого ты себя хранила?

Еще до того как она заговорила, он понял, каков будет ответ. Она приложила палец к его губам, призывая к молчанию. Но он не понимал причин ее грусти. Может, он и глупец, но…

– Я полюбила тебя с первого дня, как только увидела. Ты был так добр к нам… девушкам, которых выдернули из мастерских и холдов