Всадники Перна - Энн Маккефри

Он снова ее поцеловал, призывая на помощь весь свой опыт сотен случайных встреч, чтобы слиться с ней телом, душой и разумом, и услышал полную энтузиазма одобрительную мысль Кант’а.

* * *

Кипя от злости, Килара смотрела вслед уходящим мужчинам, стоя посреди поляны. Переполнявшие ее гневные чувства помешали ей дать надлежащий отпор, но она знала, что эти двое еще пожалеют о своих словах. Она отплатит Ф’лару за то, что он лишил ее королевы файров! И Т’бору тоже несдобровать: как он посмел устроить нагоняй ей, госпоже Южного Вейра, в чьих жилах течет телгарская кровь, в присутствии Ф’лара? О, он еще пожалеет, что оскорбил ее. Они оба пожалеют. Она им еще покажет!

Боль в разодранной когтями руке напомнила, что у нее имеются и другие причины для недовольства. Где целебная мазь? Где Брекка? Где вообще все, когда в Вейре должно быть полно народа? Неужели все ее избегают? Где эта девчонка?

«Кормит ящерицу. Я тоже проголодалась», – весьма решительно заявила Придит’а.

Килара удивленно обернулась к своей королеве.

– Что-то мне не нравится твой цвет, – проговорила она.

Поток мысленной брани прервался, уступив привычным заботам о самочувствии Придит’ы и инстинктивному осознанию, что связь с драконом разрывать не следует.

Что ж, никакого желания видеть тупую круглую физиономию Брекки, а тем более ее ящерицу не было. По крайней мере, сейчас. Кошмарные создания, никакой благодарности. И никаких реальных чувств – иначе бы эта маленькая тварь поняла, что ею просто хотят похвастаться.

Придит’а приземлилась на месте кормежки так резко, что Килара вскрикнула от пронзившей руку боли, на глазах выступили слезы. Что, и Придит’а тоже?

Придит’а, однако, набросилась со спины на жирного глупого бычка и начала жрать с такой жадностью, что Килара тут же позабыла о своих обидах. Молниеносно покончив с несчастным животным, королева ухватила второго бычка, столь яростно вгрызшись в его брюхо, что Килара вынуждена была признать: в последнее время она и впрямь пренебрегает нуждами Придит’ы. Внезапно ей тоже захотелось есть, и она выплеснула свою злость, представив на месте второго бычка Т’бора, на месте третьего – Ф’лара, а на месте мясной птицы – Лессу. К тому времени когда Придит’а насытилась, от былого раздражения Килары не осталось и следа. Вернув королеву в вейр, она долго отчищала шкуру Придит’ы песком и щеткой, пока та не заблестела. Наконец Придит’а удовлетворенно задремала, свернувшись на нагретой солнцем скале, и Килара решила, что искупила свою вину.

– Прости меня, Придит’а. Я вовсе не хотела тебя бросать. Но мною постоянно пренебрегают… И каждый нанесенный мне удар бьет и по твоему престижу. Скоро никто не посмеет так себя со мной вести. И мы не будем больше торчать в этом унылом Вейре на краю света. Нашей благосклонности станут искать самые сильные мужчины и самые могущественные бронзовые драконы. Тебя будут умасливать, кормить, чистить, чесать и баловать, как тебе подобает. Вот увидишь. Они еще пожалеют.

Глаза Придит’ы были полностью закрыты, слышалось лишь ее свистящее дыхание. Килара взглянула на ее раздувшееся брюхо, поняв, что спать королева будет долго.

– Не стоит позволять ей так нажираться, – пробормотала Килара. С другой стороны, когда она смотрела на раздирающую мясо Придит’у, у нее возникало чувство странного удовлетворения, будто горечь от всех испытанных ею оскорблений, обид и унижений вытекала из нее на траву пастбища вместе с кровью растерзанных животных.

Рука снова начала болеть. Перед тем как начать ухаживать за Придит’ой, Килара сняла кожаную куртку, и кровавые полосы от когтей покрылись песком и пылью. Внезапно она почувствовала себя до отвращения грязной, вся в песке, пыли и поту. Давала о себе знать и усталость. Нужно помыться и поесть, пусть Ранелли натрет ее как следует ароматным маслом и очистительным песком. Но сперва – взять целебной мази у этой добренькой няньки Брекки.

Проходя мимо окна хижины-вейра Брекки, она услышала рокочущий мужской голос и негромкий ответный смех Брекки. Килара остановилась, удивленная радостными нотками в голосе девушки, и заглянула в окно, оставшись незамеченной: Брекка смотрела лишь на склонившегося к ней темноволосого мужчину.

Ф’нор! И Брекка?

Коричневый всадник медленно поднял руку, отбросив упавшую на щеку Брекки прядь волос с такой нежностью, что у Килары не осталось никаких сомнений в том, чем они только что занимались.

Полузабытая ярость вспыхнула вновь, накатив холодной волной. Брекка и Ф’нор! Ф’нор, который столько раз отвергал ее недвусмысленные намеки? Брекка и Ф’нор, надо же!

Килара двинулась дальше, и Кант’ решил не беспокоить своего всадника.

Глава 10

Форт-холд, мастерская арфистов, раннее утро.

Телгар-холд, вторая половина дня

Робинтон, мастер-арфист Перна, поправил камзол из зеленой ткани, не менее приятной на ощупь, чем на вид. Он повернулся боком, проверяя, как сели плечи. Мастер-ткач Зург учел его склонность сутулиться, так что подол не задирался. Одеяние прекрасно дополнял золоченый пояс с ножом.

– Ох уж эти поясные ножи! – Робинтон поморщился, глядя на свое отражение.

Пригладив волосы за ушами, он отошел подальше, чтобы оценить штаны. Мастер-кожевник Белесдан превзошел самого себя. Краска из листьев лунного дерева придала мягкой коже морского зверя зеленый цвет, того же оттенка, что и камзол. Чуть более темные сапоги плотно облегали икры и ступни.

«Зелень!» – усмехнулся про себя Робинтон. Ни у Зурга, ни у Белесдана этот цвет не был в почете, хотя получался он с легкостью. «Самое время избавляться от очередного нелепого суеверия», – подумал арфист.

Он выглянул в окно. Солнце стояло над горной грядой Форта – значит в Телгар-холде дело к вечеру, и уже собираются гости. Его обещали доставить на место – Т’рон из Форт-Вейра неохотно согласился на его просьбу, хотя по давней традиции мастер-арфист мог требовать помощи у любого Вейра.

На северо-западном небосклоне появился дракон.

Робинтон схватил плащ и перчатки – камзол не смог бы защитить от холода Промежутка – и, поколебавшись, взял покрытый войлоком футляр с его лучшей гитарой. У Чада в Телгар-холде имелся прекрасный инструмент, но вряд ли несколько секунд в Промежутке повредят тонкому дереву и струнам, это ведь не человеческая плоть.

Проходя мимо окна, он слегка удивился, увидев второго снижающегося дракона, а когда вышел в небольшой двор мастерской, невольно фыркнул: прямо на востоке появился третий.

«Когда они в самом деле нужны, их никогда нет поблизости», – вздохнул Робинтон. Похоже, сегодняшние проблемы уже начались, вместо того чтобы смирно, как это обычно бывает, поджидать его в Телгар-холде, как он и рассчитывал.

Зеленая, синий