Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

Вскоре прилавок Джантиффа стал настолько популярен, что ему уже почти не приходилось выполнять функцию зазывалы. Часа через два в числе желающих полакомиться моллюсками оказался и Юбанк:

– Как видно, Джантифф, ты твёрдо решил разбогатеть тем или иным способом!

– Деньги ещё никому никогда не мешали! Если дело так пойдёт и дальше, я смогу вам уплатить сполна сегодня вечером или завтра, как только Фариск со мной рассчитается за живописные панно. После чего, имейте в виду, потребуются билеты с подтверждением брони и ваша расписка, гарантирующая безопасную доставку на унцибальский космодром.

Экспедитор изобразил беззаботную улыбку:

– Смотри, какие тщательные предосторожности! Ты мне не доверяешь?

– А вы мне доверяли, когда я предложил заплатить за проезд по возвращении на Зак? Я стараюсь быть не менее предусмотрительным, вот и всё.

Юбанк рассмеялся:

– Веский аргумент! Что ж, так или иначе, всё устроится. Тем временем не откажусь от кулька перцебов. Уж очень аппетитно они пахнут, да и выглядят неплохо. Где ты находишь такой отборный товар?

– Ага! Вынюхиваете торговые тайны? – Отвечая на вопрос стоявшего за экспедитором фермера, Джантифф быстро проговорил: – Да-да, уважаемый – три кулька за три динкета. – Повернувшись к Юбанку, он продолжил: – Скажу одно – мы нашли… то есть я нашёл подводный уступ скалы, где никто давно не собирал моллюсков. Возьмите свою порцию, спасибо за покупку.

Принимая кулёк из руки Джантиффа, Юбанк опустил глаза и на мгновение замер, будто поражённый какой-то мыслью, после чего внимательно, прищурившись, посмотрел Джантиффу в лицо.

– Один динкет, – сказал Джантифф. – Пожалуйста, поторопитесь. За вами очередь.

– Конечно, конечно, – глухо произнёс экспедитор. – Выгодное приобретение, и по сходной цене! – Опустив монету на прилавок, Юбанк отошёл, брезгливо удерживая кулёк двумя пальцами вытянутой руки. Озадаченный его поведением, Джантифф нахмурился. Какая муха укусила Юбанка?

Под навесом у входа в «Старый гревун» Юбанк встретил Бувехлютера. Какое-то время они что-то серьёзно обсуждали. Заворачивая жареных моллюсков в кульки и подсыпая сырых в котёл, Джантифф краем глаза следил за собеседниками. Интуиция, свойственная ему от рождения, в последнее время развилась необычайно – он чувствовал неладное.

Одно из замечаний Юбанка явно поразило Бухлого. Тот резко повернулся и впился в Джантиффа пристальным взглядом. Экспедитор поспешно взял его за локоть и завёл в трактир.

Жареные перцебы отрывали с руками. Через час у Джантиффа кончился запас моллюсков. Он нанял мальчишку сторожить котел и прилавок, взвесил в руке тяжёлый мешочек с глухо звенящими динкетами, собрал котомку с кулинарной утварью и поспешил к своей хижине, чтобы набрать в заводи свежих перцебов.

На полпути к пляжу Джантифф заметил приближающегося по берегу Юбанка. Экспедитор торопился – его изношенные рыжеватые ботинки взметали облачка мелкого песка. В правой руке он держал небольшую коробку. Неожиданно повернув за ствол приморского граната, Юбанк вышел из-за него своей обычной походкой, уже без коробки в руке.

Джантифф и Юбанк, наконец, поравнялись. Джантифф нервно спросил:

– Что вы тут делаете? Ещё час тому назад я видел, как вы заходили в «Старый гревун».

– Время от времени я прогуливаюсь у моря. Это полезно для лёгких, в городке пыльно. А ты почему не торгуешь?

– Распродал весь запас перцебов. – Джантифф смерил экспедитора недружелюбным взглядом: – Вы проходили мимо моей хижины?

– Нет, так далеко я не хожу… Что ж, всего хорошего. – Неуклюже ступая по песку, Юбанк направился обратно в Балад.

Джантифф прибавил шагу, перешёл на бег трусцой. Впереди показалась его хижина. Искрианы поблизости не было. У самой воды стояла пара ведер – она здесь работала. Одно ведро было наполовину заполнено очищенными перцебами. Но девушка исчезла.

Джантифф внимательно посмотрел по сторонам, зашёл в хижину. Внутри Искрианы не было – он и не ожидал её увидеть. В углу хижины стоял старый горшок – в нём Джантифф хранил свои сбережения. Нагнувшись, чтобы сложить в горшок утреннюю выручку, он обнаружил, что сосуд пуст.

Опустив плечи и разинув рот, Джантифф стоял, уставившись на обугленный потрескавшийся горшок.

Через несколько минут он вышел навстречу бледным солнечным лучам. Его охватило безмятежное, чуть сладостное безразличие – что приводило его в замешательство, даже пугало. «Почему происшедшее меня нисколько не волнует? – спрашивал он себя. – Странно! Я должен быть в ярости, в отчаянии – а мне всё равно. По-видимому, достигнут и превышен какой-то эмоциональный предел. Что само по себе весьма любопытно. Своего рода достижение, можно сказать. Я сразу справился с потрясением, потому что непоправимая беда непоправима – её можно игнорировать. Тем временем покупатели ждут жареных перцебов. Самоуважение требует, чтобы я оправдал их ожидания, невзирая на личную трагедию, которая в любом случае в каком-то смысле не состоялась. В высшей степени любопытно. Они и я – мы живём в разных, несовместимых мирах».

Джантифф набрал перцебов в заводи и, механически переставляя негнущиеся ноги, пошёл в Балад. Оказавшись за прилавком, он снова стал обслуживать посетителей ярмарки.

– Перцебы! – кричал Джантифф, зазывая прохожих. – Свежий деликатес, прямо из моря! Качество гарантируется! Всего лишь динкет за щедрую порцию! Подходите, покупайте! Горячие, поджаристые перцебы!

Из «Старого гревуна» вышел Юбанк. С мягкой иронией покосившись на Джантиффа, экспедитор повернулся к нему спиной и стал уходить. Джантифф удивился, услышав свой голос – слова сами вырвались из груди:

– Юбанк! Эй, Юбанк! Подойдите-ка сюда, будьте добры!

Экспедитор обернулся, вежливо подняв бровь:

– Джантифф? Ты ко мне обращаешься?

– Да, к вам. Немедленно верните мои деньги. В противном случае я извещу гроссмастера, подробно изложив все обстоятельства дела.

В глазах Юбанка искрилось веселье – он обвёл взглядом окружающих зевак, после чего пробормотал несколько слов на ухо дюжему молодому фермеру, только что купившему у Джантиффа перцебы. Тот тупо взглянул в свой наполовину опорожнённый кулёк, быстро подошёл, растолкал очередь у прилавка и потребовал у Джантиффа:

– Покажи руки!

– Это ещё зачем? – возмутился Джантифф.

Фермер и другие покупатели молчали, уставившись на пальцы Джантиффа. Он тоже взглянул на свои пальцы и заметил на ногтях золотистый отлив – так поблёскивали ногти Искрианы.

– Золотуха! – взревел рослый фермер. – Он всех нас заразил золотухой!

– Нет, нет! – закричал Джантифф. – Мои ногти пожелтели от работы в холодной воде, я собираю перцебы… И гуммигут, жёлтый пигмент – я художник…

– Неправда, – спокойно возразил Юбанк. – Ты ел ведьмовскую еду, а теперь мы ели твою еду и все заразились, всем нам придётся проходить очищение. Уверяю тебя – никакая полученная мною от тебя сумма, как бы она ни была получена, не возместит нанесённый ущерб.

Молодой фермер разразился громкой грязной руганью. Опрокинув пинком прилавок, парень попытался схватить Джантиффа – тот отшатнулся, повернулся, быстро зашагал прочь. Фермер и другие покупатели погнались за ним – Джантифф побежал и скоро оказался на знакомой дороге, ведущей к пляжу. Не желая