Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

– Это был урок для моей ученицы. О принятии трудных решений.

– Ты говорила, – продолжил Таравангиан, – что твоя нравственная философия побуждает творить как можно больше блага. И потому ты разыскала и убила людей, представлявших опасность. Тем самым защитила женщин, у которых нет средств для самообороны. Я тебя одобряю.

– Это не имеет никакого значения для нашего разговора, – сказала Ясна.

– Это суть нашего разговора. – Он подался вперед, сложив руки на навершии трости. – Фэн нужно принять крайне трудное решение. Ты, Ясна, находишься здесь, чтобы направить ее и помочь советом. Сделай же это. Скажи, что ей нужно сделать все возможное ради защиты народа. Невзирая на прежние обещания. Она должна преодолеть любые препятствия. Будь то люди, мораль или идеалы. Скажи ей поступить так, как поступила бы ты.

– Очевидно, я бы…

Она снова осеклась, почувствовав, что это не все. Он задумал нанести еще один удар.

И действительно, Таравангиан похлопал себя по мантии и извлек из кармана лист бумаги. Аккуратно развернул и предъявил Фэн.

С растущим ужасом Ясна подошла взглянуть и увидела, что Фэн держит в руках контракт на заказное убийство. Тот, в котором объектом значилась Эсудан – жена Элокара и невестка Ясны. На нем стояла подпись самой Ясны.

Преисподняя! Она пришла, приготовившись выступать против философии, Таравангиан же пришел выступить против человека.

Против нее.

* * *

Навани шла по Уритиру, прижимая к себе Гэва, а он был хоть и мелкий для своего возраста, но все же крупноват, чтобы нести его удобно. Малыш мгновенно уснул: его тело сдалось и погрузилось в дрему. Навани не спускала его с рук всю дорогу на лифте до самой вершины башни. Мысленно она была с Далинаром, которого бросила. Логика по-прежнему подкрепляла все доводы в пользу ухода. Защитить Гэва. Позаботиться о том, чтобы хотя бы один узокователь спасся. Если Далинар не сможет прийти на состязание защитников…

Шквал побери! Тогда пойдет она. Она ведь это уже решила. Там будет не бой на мечах. Что бы там ни оказалось, если не сможет прийти Далинар… пойдет она.

Но даже на этом не получалось сосредоточиться. Она слышала, как Далинар описывал эту эмоцию, это повышенное напряжение. Ты бросаешь человека на поле боя, и что-то в тебе меняется. Все мысли Навани вертелись вокруг того, как ей вытащить его оттуда. Если она расслабится, то предаст его. Это не имело смысла, но казалось, что имеет.

Навани приманила странного спрена, похожего на световые тесемки, которые тянулись за невидимым сияющим предметом. Прежде ей никогда такой не попадался. Она достигла верха, где ждала няня Марарин, пришедшая по переданной через Сородича просьбе забрать Гэва. Нервничая, Навани вручила ей ребенка, но он, к счастью, спал крепко. Она велела уложить его на диване в соседней комнате, где сможет заходить к нему.

Направившись широким шагом к своей комнате для совещаний, она застала врасплох гвардейцев у двери – и они тотчас наставили на нее мечи.

«Я же говорило», – сказал Сородич.

Навани сердито воззрилась на гвардейцев. Последовал долгий миг неловкости. Потом… они медленно опустили оружие.

– Шквал, – проговорил один из них. – Это вы настоящая, да?

– Дайте-ка взглянуть, – сказала Навани, проталкиваясь в маленькую комнату за его спиной.

У них с Далинаром не было тронного зала: на подобные вещи не хватало времени. Вместо него Навани использовала эту комнату с письменным столом. И сегодня в ее кресле кто-то сидел.

Сама Навани.

«Кто-то из Сплавленных? – в панике подумала королева, и мысли об опасности пробили тревогу за Далинара, как пика броню. – Ты говорило, что меня ждет сюрприз, но как сюда пробрался Масочник? С твоих слов я полагала, что они не могут применять свои способности, находясь…»

«Присмотрись получше», – сказал Сородич, и в его голосе слышалось… веселье?

Другая Навани что-то ела. Мужскую еду: перетертые со специями глибоновые бобы, засоленную свинину, лепешки. Руки копии были перемазаны соусом, голова склонена к столу, а локоть она приподняла в попытке запихнуть в рот целую лепешку. При виде Навани глаза ее широко распахнулись, и она так и замерла, роняя капли сока с лепешки себе на щеку.

– Крадунья? – догадалась Навани.

– Я же говорил, – шепнул за ее спиной молодой гвардеец товарищу. – Светлость Навани никогда бы так не пялилась на мою задницу…

– Ух блин! – воскликнула Крадунья. – Семнадцать пекарей и одна шлюха! Э-э… в смысле… Э-э, привет, Навани! Эм… Я тут отпадно побыла тобой…

Навани понаблюдала, как она сама наскоро вытирает руки и торопливо выбирается из кресла, ударяется локтем о стол, ругается и пинает его, после чего ругается и прыгает на одной ноге от боли. Зрелище вышло абсурдным.

– Это была идея Шута? – невозмутимо осведомилась королева.

Навани-Крадунья вытерла руки об изысканную хаву, отчего настоящая Навани поморщилась.

– Он подумал, это поможет… ну… предотвратить панику?

– Он также подумал, что это будет забавно, что уж скрывать, – произнес голос Шута от двери.

Навани круто обернулась и обнаружила Далинара с характерной для Шута смешинкой в глазах.

– Могу сказать в свою защиту, – продолжил Шут, развеяв иллюзию, – что по большей части требовал, чтобы она оставалась в постели, жалуясь на недомогание. Нашим руководителям я сказал правду. Мы водили ее туда-сюда по коридорам, чтобы в башне сохранялось спокойствие.

– Она ведь свой зад никому не показывала, правда? – уточнила Навани.

– Эй! – возмутилась Крадунья. – Все не так плохо!

В последнее время девочка проявляла больше деликатности в своих шутках. Что ж, Навани помнила, что в том возрасте и сама была такой же. Она постаралась приложить это понимание к Крадунье, но, шквал побери… кажется, ей предстоит годами слушать рассказы о несуразных вещах, совершенных «ею» за эту неделю.

Впрочем, подобные заботы смыла тревога за Далинара. Навани взяла Шута за плечо.

– Я оставила его, – произнесла она, и на глазах у нее выступили слезы. – Мне… мне пришлось его оставить. И…

– Все в порядке, – сказал Шут. – Успокойся.

– Меня не нужно успокаивать, – огрызнулась она. – Мне нужно сосредоточиться. Ты помог нам влезть в эту кашу, поможешь и спасти его.

– Само собой. Для начала: вернулись ли с тобой Шаллан, Гэв, Рлайн или Ренарин?

– Шаллан? – переспросила она. – Со мной Гэв. Но Рлайн? Ренарин? Я даже не знала, что они там.

– Давай найдем место, где поговорим. Кажется, я сумел установить, что пошло не так семь дней назад… и, как следствие, может быть, сумею придумать способ помочь Далинару.

115. Связывание

СЕМЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ НАЗАД

Я, Всемогущий, творил искусство.

Неповторимые тона планеты звучали в