Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

мое божественное проявление вероятности она кивнула. Самые наши жизни находились в опасности, но Рейз был ранен. Лучшего шанса нам могло и не представиться. И вот мы вместе взметнулись из гнезда и в гармонии пересекли земли, и вслед нам летела буря.

Рейза мы нашли с певцами.

Для смертных миновали десятилетия. За эти годы он отвернулся от своих ручных людей и нашел инструмент получше в лице тех, кому казалось, что я их бросил. Как? Я ведь лишь на короткое время отлучился помочь несогласным на Ашине.

На достаточно долгое, чтобы певцы начали отклоняться от моего учения. Посматривать в сторону своих древних богов. До чего непоследовательны эти певцы! До чего ненадежны!

Я помедлил. Это не вполне соответствовало тому, что я чувствовал на самом деле, но сила во мне – сила, именуемая Честью, – глубоко оскорбилась оттого, что они отступились от своих обещаний. Сила хотела, чтобы я понял эту боль, но я ее отринул. Со времен своей смертной жизни я знал, до чего подобное поведение обыденно, и попытался это объяснить.

Но сила не могла такого вынести. И поскольку в последнее время я часто нарушал ее волю, в этом я ей уступил.

Певцам нравился Рейз, хоть он их и пугал. Он являлся им в их же облике и говорил о стремлении. Он всегда был двуличным, но, по-видимому, он подстраивался под их желания, а не ожидал от них принесения обещаний, как того требовала моя сила.

Когда мы с Кор приблизились, Рейз покинул певцов и взвился на вершину горы. Мы последовали за ним и образовали аватары среди снегов, будто выступив из своей бури. Я использовал свой царственный человеческий облик. А Кор, всегда склонная к драматизму, явилась в драконьей форме, с длинной, гибкой шеей и темно-коричневыми крыльями.

– Я все гадал, когда же вы меня поприветствуете, – сказал Рейз. – Друзья мои!

Мы напали. Наши силы были наделены инстинктом, подсказывавшим мне, что мы можем его побить, истрепать, разорвать на куски, если мы…

Едва мы его коснулись, как увидели будущее.

Проекции будущего, вытянутые Рейзом и явленные и мне, и Кор. Выжженная земля, заваленная изломанными телами. Смерть на всех сторонах. Землетрясения, терзающие Рошар, планету без тектонической активности.

Меня охватила дрожь, и я не мог ее подавить. Это было не просто возможно, это был наиболее вероятный исход схватки между нами. Мы могли убить Рейза, но он сделал бы бой исключительно болезненным для всего Рошара.

Я отшатнулся.

– Будущее – это смерть, друзья мои, – сказал Рейз.

– Мы видим то, что может случиться, – произнесла Кор, приседая на задние лапы. – Ты показал нам не будущее!

– Кор, – отозвался он, – сколько вообще вариантов, что этот край переживет полномасштабное столкновение между нами? Знаешь, что произошло с той областью, где я убил Амбицию? Видела?

– Да, – тихо ответила она.

Рейз развел руки в стороны, его глаза напоминали темные дыры, ведущие в бесконечность:

– Так нападайте же на меня.

Ни один из нас не посмел ударить. Я взглянул туда, где погибла Амбиция – далеко в космосе. Их с Рейзом столкновение оказалось столь разрушительным, что целая область, включая множество планет, обратилась в ничто. Другие планеты сильно пострадали, стали едва пригодными для обитания.

Столкновение богов – чудовищная, ужасающая вещь. В тот миг я усвоил нечто невероятное. Я понял, почему в конце Адональсий не стал с нами сражаться.

– Нам придется выработать соглашение, – сказал Рейз. – Чтобы обеспечить нам… длительные добрососедские отношения.

– Нам нельзя сражаться напрямую, – заявил я, потрясенный увиденным. – Но мы не должны поступать как на Ашине. Обычные люди не могут обладать такой силой и не использовать ее во зло или не зайти слишком далеко.

Когда я произнес эти слова, они эхом отозвались во мне.

Обычные люди.

Я вновь увидел сгоревший Ашин.

Я бог. Я Бог. Я…

Раньше я тоже был обычным человеком.

– Хм-м-м… – протянул Рейз, прохаживаясь по снегу. – Нет, мы не хотим повторения… ситуации на Ашине. Но неужели ты захочешь, чтобы мы прервали всякие сношения со смертными? Им нужны боги, Танер. И я не встречал ни одного дракона, который бы устоял перед поклонением ему.

– Взаимодействовать мы можем, – сказала Кор. – Если у нас будут ограничения.

– И какие же ограничения ты предлагаешь? – спросил Рейз.

Она протянула руку, и над ней проступили уравнения, выраженные знаками, которые мы тут же смогли понять. Смертных можно одаривать лишь толикой наших сил – в четких рамках. Я видел, что в расчетах присутствует элемент вариативности, и видел, как гениально он представлен. Можно наделять отдельных индивидов великими силами, если они согласятся подчиняться божественным правилам, как мы. Или можно давать меньшие силы многим без особого разбора.

– Блестяще, – шепнул я ей. – С такими ограничениями ни один смертный никогда не обретет достаточного могущества, чтобы уничтожить планету.

Если только…

Да нет. О таком смешно даже думать.

– Хм-м-м… – протянул Рейз, изучая ее предложение. – Мне не нравится идея, что я окажусь скованным. Возможно, я просто-напросто уйду. Я думал остаться здесь до своего выздоровления, но есть много мест получше, чтобы…

– Нет, – сказал я, всем сердцем тоскуя по Аоне. Есть и другие, кому нечего будет противопоставить Рейзу. – Мы трое нарушили правила. Нам место рядом друг с другом. Мы остаемся и делим эту систему.

– Соглашайся, Рейз, – проговорила Кор своим драконьим голосом, – не то я соберу остальных, и с тобой расправятся, как с Адональсием.

Угроза повисла в воздухе. Похоже, он прикинул, не вступить ли в бой прямо там, но понял, что проиграет. Возможно, погибнет планета, но он проиграет.

– Ладно, – махнул рукой Рейз. – Я принимаю эти условия.

Когда он это произнес, что-то произошло. Обитавшая внутри меня сила хлынула вперед, и я ей позволил – подтолкнул ее, как не делал никогда прежде. Моя собственная сила, сила Чести, даже богов могла связывать накрепко. Она окутала Рейза, потом Кор, затем меня самого.

Рейз закричал, собирая все силы. Потом моя сила отступила, и я улыбнулся. На сей раз мы с ней были заодно.

– Это еще что было?! – воскликнул Рейз, отшагнув назад.

– Мы сосуды, Рейз, – пояснила Кор. – Для вещей, которые едва понимаем. Не думаю, что Осколки отнесутся к нашим договоренностям легкомысленно. – Она взглянула в небо. – Всякое нарушение данного нами слова ослабляет нас, открывает для атаки. – Она посмотрела на лжеца и склонилась к нему, опустив драконью голову на уровень его лица. – Радуйся, что наткнулся на нас, благоразумных и готовых делиться.

Мы с Кор вместе унеслись прочь, оставив Рейза на вершине горы. И… я почувствовал, как его гнев дрожью проходит через планету.

К моему ужасу, Рошар начал медленно принимать Рейза.