Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

как в прошлом бою он сразил десятки. Ему чудилось, что их души наблюдают за ним из тихих мест под камнями, где, как считалось, таятся спрены. Он знал, почему носители Чести не желали пускать оружие в ход против рейдеров, хоть и не сказал этого Лумо. Это было бы слишком.

Так случилось, что сегодня Сзет вел за собой. Он светился, парил в воздухе перед своими людьми и подбадривал их выкриками. Они были в меньшинстве, но хотя бы стояли спиной к скалам, так что их не могли окружить. Сзет подумал, что такая позиция хороша, поскольку его солдаты станут сражаться с большей отвагой, зная, что слабость отступления им заказана. И в самом деле на этот раз они бились лучше, пусть даже отдельные солдаты частенько промахивались и, похоже, не улавливали ход конфликта.

Сзет поддерживал их окриками и приказами, и, поскольку он не участвовал в сражении, не лезли в драку и другие носители Чести. Он видел их знамена, по одному от всех остальных монастырей. В том числе и знамя узоковательского монастыря, что было необычно. Итак, он выступил против семи монастырей: всех, за исключением ветробегунского, камнестражнического и неболомского.

Сзет позволил армии начать отступление вверх по серпантину к расположенному на утесе лагерю, но только под давлением со стороны шаманов. Тем не менее он не давал войскам выйти из боя. Не давал прекратить отчаянную борьбу, пока…

Наконец-то!

На помощь Сзету спустились войска камнестражнического монастыря. Как он и надеялся, они не смогли смотреть, как крушат одного из их числа. Сзет поднялся в воздух, полыхая буресветом, и вслушался в упоительные звуки труб. Кристально чистые ноты сопровождали передвижение отрядов вниз по серпантину на соединение с силами Сзета.

Что-то расцвело у него внутри при звуках марша этого великолепного войска в блестящих шлемах и с высоко поднятыми щитами. В этот момент пылавший в нем уголь обратился в степной пожар. Момент, когда по-настоящему началось сопротивление Приносящим пустоту и Опустошению было что-то противопоставлено.

Он приземлился в буре света.

– Это правда, – прошептал Дродли, один из главных шаманов – в перекошенном и помятом шлеме и перемазанном чужой кровью доспехе. – Они подходят, как ты и говорил. Что… что бы мы делали, если бы они не пришли?

– Погибли бы, – спокойно ответил Сзет. – Лучше погибнуть, чем допустить, чтобы Возвращение не встретило никакого сопротивления.

В ответ Дродли посмотрел на него с ужасом. Не важно. На подходе лучшие солдаты.

Сзет заметил, что его шаманы призывают людей собраться с духом при виде подмоги, чем, пожалуй, следовало заниматься ему. Однако он полетел наверх, чтобы переговорить с возглавлявшим новые войска Лумо.

– Мы вступим в бой, Сзет, – сказал тот, – но только потому, что вы в обороне, а они, судя по всему, намереваются вас перебить. Происходит что-то странное, и пора бы нам заслужить немного уважения, а не считаться вторым классом из-за того, что у нас нет носителя Чести.

Не самые подходящие слова для блистательного защитника Правды, но сойдет и так. Сзет полетел обратно вниз, а камнестражническая армия принялась за поддержку его рядов. Когда воодушевленные войска утвердились на склоне – в выигрышной позиции, – он прокричал, бросая вызов армиям противника.

Материализовались другие носители Чести. Сначала Мосс, который должен был быть другом Сзета, затем Сиви. Позен выпихивал первыми самых близких к Сзету, надеясь, что они погибнут от его клинка.

Сегодня он ему в этом отказал. Он не наемник, не убийца, созданный, чтобы сеять зло. Он отыскал их и сразился с ними, но не бил насмерть. Просто сражался до тех пор, пока Мосс не сломался и не сбежал. Сиви дождалась окончания их поединка и пошла в бой следующей.

Она могла своей волей лепить камни, однако Сзет принципиально не отрывался от земли. Она не желала уходить через Иноврата, так что их поединок по большей части свелся к борьбе мечом против меча, на земле посреди строя вражеских солдат, расчистивших для них место и не пытавшихся вмешиваться.

Сзет оказал Сиви честь, сведя к минимуму использование своих способностей, так что ему пришлось потратить на бой добрых пять минут, прежде чем удалось разоружить ее и уронить бесформенной кучей на траву – так, что ее короткие волосы рассыпались и упали ей на глаза.

– Ты силен, – прошептала она. – Камни нечтимые… как ты стал таким сильным?

– Это потому, – ответил он, наставив на нее клинок, – что я сражаюсь ради защиты наших земель. Присоединяйся ко мне, и нас станет двое.

– Сзет, ты запутался. Тот, кого ты видел, не Претворенный.

– Тебе меня не переубедить.

Она со вздохом села:

– По крайней мере, ты позволил отвлечь себя поединком.

Отвлечь?

За спиной Сзета запели трубы. Он с ужасом обернулся и увидел, что войска камнестражнического монастыря отступают. Нет, хуже: перестраиваются и обращают оружие против его солдат, зажатых теперь меж двух вражеских сил.

– Предатели! – выкрикнул Сзет. – Измена!

Все пошло прахом. Мечты Сзета о блистательном сопротивлении. О том, как его люди возглавят степной пожар изменений, которые спасут целый мир. Он закричал, не желая признавать очевидное, и сплетением унесся в небо пущенной стрелой. Он рухнул на землю между своими войсками и предателями с Лумо во главе. Открыл рот, чтобы потребовать ответов… И тут из их рядов выступил человек.

Коренастый мужчина с короткой бородкой, редеющими волосами, дружелюбной улыбкой. Нетуро. Отец.

Сзета пронзила молния потрясения. Его отец в плену. В неволе. Он… он…

– Здравствуй, сынок, – произнес Нетуро, остановившись в паре футов перед ним. – Мы подумали, что Лумо и его люди, возможно, прислушаются к голосу разума, если с ними поговорю я.

– Светоплетение, – прошептал Сзет. – Ты ненастоящий.

– Прости, – сказал Нетуро.

На нем был его старый мундир, но отмеченный новыми цветами. Синий, коричневый, зеленый. Цвета…

Цвета узокователя.

Нетуро призвал Клинок Чести – волнистый, с письменами вдоль кромки – и воткнул его в землю перед собой.

– Я настоящий, Сзет. Когда ко мне пришли Сиви и Позен с этим предложением, я не знал, что и думать. Великий сенатор? Узокователь? Вождь нашего народа? Они сказали, что это может оказаться единственным способом спасти тебя. Я их выслушал. И… в общем, сынок, теперь и я его слышал.

– Голос? – прошептал Сзет.

– Он говорит, что ты от него отвернулся.

– Отец, это…

– Это не Приносящий пустоту, сынок. Я с ним встречался. Я не знаю, что он такое. Возможно, бог, как он утверждает, но точно не один из них.

– Я… – Сзет прижал руку ко лбу. – Нет. Не может быть… не может быть, что ты настоящий.

Нетуро отпустил клинок и шагнул вперед, разведя