Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

кивнул и чуть улыбнулся уголками рта, показывая, что разговаривать на эту тему смысла нет. Но и сказанного достаточно, особенно для Сои: она вожделенно хлопала глазками, переводя взгляд с меня на орчиху. Я легонько тюкнул девушку по лбу, показывая вылезать из мира грёз в реальность. Если я не смог договориться с длинноухими, то придётся взять двоицу с собой, а это сильно усложнит буквально всё.

Мы пересекли городские ворота столицы княжества, и я даже несколько занервничал. До этого в пути на меня кто только не нападал, чего только не случалось, а сейчас неделя с небольшим прошла без эксцессов. Лошади тащили наш возок по тёмным, зимним, запорошенным снегом улочками прямиком в княжескую твердыню, а паранойя скребла коготком по позвоночнику с намёком не расслабляться. И она права, потому что всё веселье ещё только впереди.

В просторном входном зале десятки слуг встретили нас с глубоким поклоном. Сою с Затарой повели в подготовленную баню, да и я сам хотел с дороги отмыться и распариться, тем более что нам обещан шикарный ужин — вот только меня попросили в отдельную комнату. Где [Чувством магии] я ощущал три мерцающих звёздочки, при приближении обратившихся белёсыми овалами.

Три лесных эльфа, белокурые и с точеными лицами, они смиренно сидели в обитых бархатом креслах. В центре эльф облачён в зелёный балахон, испещрённый белой вышивкой с красными камнями и серебристой каймой у подола. По правую руку — фуаларал в синем балахоне, с золотыми узорами и инкрустированными зелёными камнями, и с тёмно-зелёной волнистой притороченной линией у подола. По левую руку — эльф в красном балахоне с чёрными линиями узоров и белыми камнями, и с кисточками на подоле. Три эльфа, по представителю на каждый из сохранившихся садов.

Сложив руки на коленях, все трое крепко сжимали челюсти, смотря, как слуга закрыл за мной дверь. Приглашения присаживаться я дожидаться не стал и внаглую воспользовался креслом напротив троицы. И опёр посох на плечо. Его белёсое костяное древко привлекло внимание эльфов, но лишь на несколько секунд.

— Вас, магос Лик'Тулкис, долго пришлось ждать, — эльф в центре заговорил будто специально натянутым фальцетом. — Пять лет, когда от вас не было и весточки, мы отказывали себе в плохих догадках. Но, признаюсь, в последний год даже я начал терять надежду.

— Но ожидания не оказались напрасными.

— Теперь мы это видим. Боюсь представить, что могло бы отсечь вас от нашего договора.

Лутарикий чуть дёрнулся и тут же поднял ладонь, показывая дать ему время. Он закрыл глаза и вздохнул, поднятая рука замерла, а остальные двое эльфов лишь коротко зыркнули на Лутарикия. Где-то десять секунд эльф сидел неподвижно, прежде чем легонько выдохнул и наконец-то опустил руку.

— Нам бы очень хотелось продолжить разговор и узнать, что же заставило вас исчезнуть на такой срок. И мы надеемся, вы в будущем удовлетворите наше любопытство. Но сейчас разговор о другом, — Лутарикий положил руку на грудь. — Мы говорим от духа Эзуура-Шуноонга-Тээльсера, с северного материка, — Лутарикий кивнул мне. — Мы говорим от духа Янаатьра-Залаанра-Екуула, с южного материка, — кивнул эльф по правую руку от Лутарикия. — Мы говорим от духа Ганьлааса-Стоеляяра-Амуука, с северного материка, — кивнул третий эльф. — Мы говорим от захваченного, но непокорённого духа Егяяльра-Сэсмэлоони-Чиваара, — все трое кивнули и ожидающе посмотрели на меня.

— Я, Лик'Тулкис, говорю от своего имени, — я поднял правую руку в клятвенном жесте. Этого троице хватило, чтобы довольно закивать.

— Уже больше семи лет назад вы обещали приехать и рассказать увиденное в Ханяяса-Асуузаса-Налеяна, в сосредоточении высшей воли.

— В обмен на информацию об изготовлении тех мощных оберегов от скверны. И не только.

— Это вам обсуждать не с нами, — Лутарикий развёл руками, показывая на своих товарищей. — Мы говорим от имени духа, но не принимаем решения.

— Мне уже не нравятся эти слова, — моя паранойя поскреблась коготком по черепу.

— Прошу вас не переживать, — Лутарикий тихо усмехнулся. — Ваш будущий разговор пройдёт напрямую, без нас, посредников. От его результатов не зависит отношение к вам. Ваша безопасность и безопасность компаньона и раба на землях всех трёх княжеств обеспечена нашей расой. Никто не посмеет вам навредить, пока вы здесь.

— В прошлый раз кто-то длинноухий говорил другое. Что награда будет зависеть от разговора.

— Степень награды, если быть точным. Рассказать о создании оберегов и показать — это, согласитесь, разное. Но вы хотите большего. Это не входит в рамки, но, как я и сказал, решение по вашей просьбе зависит не от меня. Могу заверить, что вас выслушают.

— А дальше я уже сам, — я усмехнулся, на что Лутарикий с двоицей чуть улыбнулись уголками рта. — Хорошо. С кем не говорить? Я помню, там что-то было связано с сокровенным садом, — я махнул рукой в сторону окна, где на горизонте виднелось исполинское километровое дерево с широченной густой кроной. — Но у меня есть одна сделка.

— После, — эльф предельно строгим взглядом посмотрел мне в глаза. Этот намёк я понял без лишних слов и поднял руки, как бы сдаваясь. — Выезжаем рано утром, к ночи мы вернёмся.

Эльф позвонил в небольшой колокольчик. На его звон торопливо прибежали слуги, чтобы проводить меня в выделенные комнаты. Я шёл по коридорам княжеской твердыни со скверным желанием не увидеть начало завтрашнего дня. Лутарикий тогда замер не просто так, с ним кто-то связался по маяку дальней связи. А потом эльф переменился и сразу перевёл разговор в «деловое русло». Чувству, что завтрашний день мне очень не понравится.

* * *

От столицы княжества до огромного дерева километров двадцать пустой равнины, от снега зимой она обратилась белым войлочным полотном с проложенной лыжнёй. Меня и трёх главных эльфов на санях сопровождал эскорт из десяти длинноухих всадников. Длинноухий кучер без устали стегал поводьями десяток запряжённый лошадей и мы за минут пятнадцать пронеслись километров пять. И остановились около временного лагеря из брёвен и тентов, где заменили лошадей и продолжили путь до следующего лагеря. Я сам не заметил, как спустя два часа зимнее солнце только-только поднялось надо горизонтом, а мы проехали мимо первых деревьев сада. Но кучеру пришлось чуть притормозить лошадей и пять километров до перехода между охранным и внешним кольцом жилищ мы добирались не меньше часа.

Лутарикий попросил меня намотать на лицо шарф и как можно ниже опустить капюшон: хоть меня и пригласили в их сосредоточение высшей воли, но обычным длинноухим не стоит видеть ксата в сокровенном для них месте. Охранявшая широкую лестницу к воротам, и сами ворота в живой древесной стене на высоте в