Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

сторону парящих зелёных островов, и бабочки разноцветным облаком слетели с его плеч. – Эти драконы, что сейчас беззаботно резвятся под солнцем, мои дети, убитые когда-то в мире людей. Раньше они не могли попасть домой, ведь Небеса оставались закрыты, поэтому они скитались в облике бесплотных духов по земле, не находя верной дороги. Теперь же они вернулись и могут обрести долгожданное упокоение. Знаешь ли ты, зачем на протяжении стольких веков в государстве Чжу рождались Сыновья Дракона?

Фэн покачала головой, не отрывая взгляда от прекрасных золотых созданий, словно слетевших с древних ширм, на которых талантливые художники изображали мир бессмертных.

– Тебе знаком один из моих сыновей, последний появившийся в Срединном мире дракон из рода Гэн. Во время своей смертной жизни он был очень мудр и рассудителен. Такие качества просто необходимы при управлении государством, но никто не может родиться и сильным, и мудрым, да ещё и способным к военному делу. Понимаешь?

– Понимаю.

– Поэтому в древности Сыновья Дракона служили верными помощниками и советниками земных императоров, они всегда находили своего человека и до конца жизни держались рядом с ним. Раньше люди верили – если при правителе служил дракон, то такой правитель благословлён Небесами. Только позже смертные позавидовали этой могущественной силе и стали преследовать моих детей.

– Гэн-гэгэ с самой первой встречи старался сблизиться с Ван-гэгэ, получается, он сразу признал в нём истинного наследника трона? Почувствовал своего человека?

Небесный Император медленно кивнул.

– Значит, чтобы стать следующим Сыном Неба и закончить бесконечные междоусобицы, Ван Юну нужен его дракон! – Фэн осмелилась поднять глаза ещё выше и поймать взгляд небожителя. – Вы сможете вернуть Гэн Лэя в мир людей?

– Только один из вас спустится обратно: либо Сын Дракона, либо ты, дитя. Это мой единственный дар и твоя последняя возможность остаться с близкими.

– Прошу, верните Гэн-гэгэ! – не раздумывая ответила Фэн и склонила голову в поклоне. – Он не заслужил такую трагичную судьбу! У этого человека самая светлая душа на свете, он должен прожить счастливую жизнь.

– Да будет так.

– Неужели я наконец смогу исправить то, что натворила… – улыбнулась Фэн, но в груди у неё всё равно потяжелело. – А что случится со мной? Вы низвергнете меня в Обитель мёртвых за нарушение правил вознесения?

Она больше не боялась смерти, но ей было страшно прощаться навсегда с теми, кого она встретила на своём пути. Особенно часто Фэн вспоминала о Ван Юне. Станет ли он оплакивать её или же обрадуется, что их нежеланная связь прервётся с уходом названой сестры?

– Ты сделала много зла, – начал Великий Дракон, и Фэн вздрогнула: ей казалось, что в любое мгновение с небес сойдёт карающая молния. – Но ты пожертвовала собой ради спасения людей империи Чжу и уже стала героиней в их глазах. Ты открыла Небеса, исполняя моё давнее пророчество, и потому я не могу отправить столь самоотверженного человека в Обитель мёртвых.

Небесный Император расправил длинные шёлковые рукава, свисающие до земли, и отвязал от золотистого пояса небольшой тканевый мешочек цянькун[135]. В мире людей подобных легендарных артефактов уже давно не осталось, и потому Фэн с любопытством следила за небожителем, который запустил руку в мешочек и достал оттуда несколько деревянных табличек.

Просматривая одну за другой, Великий Дракон остановил взор на самой выцветшей из них и снова заговорил:

– У меня есть подходящая для тебя должность. Старое божество, что покровительствовало странникам и помогало заблудшим, давно ушло на покой, и никто теперь не следит за дорогами империи Чжу. Это тяжёлая работа, что считается на Небесах наказанием, ведь избранный небожитель не живёт в Городе Бессмертных, как остальные, а проводит долгие годы в странствиях. Разделяя тяготы пути со скитальцами, можно научиться смирению и обрести добродетель, поэтому я хочу дать тебе возможность измениться к лучшему. Будет нелегко, но так мы сохраним равновесие между живыми и мёртвыми: твоя душа примкнёт к низшим небожителям, а душа Сына Дракона займёт твоё место на земле.

– Если это поможет Гэн-гэгэ, то я готова!

Как только Фэн ответила, её окутал тёплый свет, исходящий от Небесного Императора, и она вдруг оказалась в другом месте, что находилось гораздо ближе к величественному дворцу Лунвэй, крыша которого сияла ярче любого света. Отсюда виднелись бескрайние сады с цветущими персиками, а нежно-розовые лепестки устилали всё вокруг подобно вышитому покрывалу. На земле лежали, пригревшись в лучах солнца, большие красные птицы с длинными хвостами, напоминающими полураскрытый веер, то были луани, что возвещали мир и процветание.

Впереди возвышалась круглая беседка с колоннами, украшенными драгоценными камнями, а лёгкая газовая ткань, спадавшая с карниза, скрывала неясные силуэты тех, кто находился внутри. В этом месте так спокойно и легко дышалось, что Фэн не торопилась уходить и долго вслушивалась в трели птиц, походившие на игру самого искусного флейтиста. Только когда кто-то бесшумно ступил на каменную тропинку, она очнулась от наваждения.

Из беседки ей навстречу вышла женщина необычайной красоты: лицо её можно было сравнить со сверкающим инеем поутру, а губы с только раскрывшимися лепестками розового лотоса. Фэн сразу поняла, что это Светлая Дева Юэлянь. Только вместо длинных одежд, в которых обычно изображали богиню луны на свитках, она предстала перед гостьей в военной форме древней эпохи – в броне из бронзовых пластин. На наплечниках поблёскивали головы драконов, а за спиной развевался плащ с россыпью звёзд.

Дева Юэлянь улыбнулась и распахнула свой чёрный веер, прикрывая нижнюю часть лица.

– Приветствую третью маленькую звезду в сияющем созвездии, что теперь горит ярче других на небосводе! Мы предсказали твоё рождение и давно ждали тебя!

При виде своей покровительницы Фэн на мгновение застыла, не зная, падать ли ей ниц или с почтением приветствовать небожительницу в ответ. Всё существо Фэн трепетало при виде той, кто подарила миру путь Лунной тени.

– Великая Дева Юэлянь! – воскликнула она и поклонилась, вкладывая кулак в ладонь, ведь богиня была не только красивой женщиной, но и прославленной военачальницей. – Я и не мечтала когда-нибудь увидеть вас своими глазами.

– А я всегда знала, что мы однажды встретимся, – ответила небожительница, и в её тёмных глазах промелькнул озорной отблеск.

– Вы гораздо прекраснее, чем я себе представляла! – только и могла сказать Фэн, любуясь величественным обликом Девы Юэлянь.

– И всё же нельзя отрицать, что ты ещё и дочь ветра! – послышался игривый мужской голос у неё за спиной, и на плечо Фэн легла рука в бронзовых наручах, точно таких же, какие были на богине луны.

Оглядев возникшего словно из воздуха небожителя в сине-чёрной маске, скрывающей