"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов

– Раствора… – недоговорила я, тотчас замерев на месте. Закрепитель цвета… Конечно! Как я могла забыть? Раньше синий цвет после нескольких стирок вымывался, и ткани теряли свою яркость. Я предложила добавлять в красящий раствор лерту – редкое растение, которое Амели выращивала в своем саду. Об этом знали только я, мои дочери и моя верная Рут. Со всем этим кошмаром я даже не подумала, что запасы лерты в замке закончатся, а новый раствор они не смогут приготовить без знания пропорций. А ведь Лавения до сих пор была единственным крупным поставщиком ткани синего цвета, который так любила знать. И утрата рецепта могла серьезно ударить по королевской казне.

– Элизабет? – голос Хэмонда вывел меня из задумчивости. – Что-то не так?

– Нет… просто… – я осеклась, не зная, стоит ли рассказывать ему правду. В конце концов, теперь он мой муж, пусть и по расчету. Но доверять ему полностью я еще была не готова.

Хэмонд, заметив, что я снова ушла в себя, слегка сжал мою руку.

– В ближайшее время из Лавении никого не будет, – уверенно произнес он. – Но я все же вызову из своего поместья нескольких охранников, на всякий случай.

Он поднес мою руку к губам и легко коснулся костяшек пальцев. Этот жест, такой простой и в то же время интимный, заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

– Мне нужно ненадолго отлучиться, – произнес Хэмонд, окидывая меня нежным взглядом, от которого почему-то защемило сердце. – Вернусь к ужину, и мы обсудим, как действовать дальше.

Я кивнула, не находя слов для ответа. Хэмонд еще раз слегка сжал мою руку, затем решительно направился к конюшне, где его уже ждал оседланный конь.

Вернувшись в дом, я стряхнула несколько пылинок с платья и прошла в гостиную. Дочери и Говард тут же поднялись мне навстречу, их лица выражали тревогу и нетерпение. По глазам Лорен я видела, что она изнывала от желания выбежать наружу, чтобы всё увидеть своими глазами, но сдержала слово и осталась в доме.

– Ну что? – нетерпеливо спросила она, подходя ближе. – Они уехали?

– Да, – кивнула я, опускаясь в кресло у камина, где еле тлели угли, оставшиеся от утреннего огня. – Лейр Хэмонд сумел их убедить, что мы теперь под защитой Восточного Договора.

Кратко пересказав разговор с посланниками, я заметила, как изменились лица дочерей. Лорен не сдержала торжествующей улыбки, когда я упомянула про рецепт красителя.

– Так им и надо, – фыркнула она, откидываясь на спинку кресла. – Они забрали у нас всё – дом, титулы, репутацию. Пусть хотя бы потеряют свою монополию на синие ткани.

– Лорен! – притворно возмутилась Амели, но в ее глазах тоже мелькнула искра удовлетворения. – Не говори так. Тебе не пристало злорадствовать.

– Но согласись, сестра, есть в этом какая-то поэтическая справедливость, – Лорен рассмеялась, поднимаясь с кресла. – Хейли так жаждал нас уничтожить, а теперь потеряет один из источников дохода королевства.

– Ты права, – проронила младшая дочь, задумчиво теребя край рукава. Лорен же, потянувшись, как кошка после долгого сна, направилась к выходу.

– Пойду немного разомнусь, – бросила старшая дочь через плечо. – Проверю, вдруг эти лавенийские крысы все-таки следят за поместьем. Да и день прекрасный для прогулки…

– Будь осторожна, – сказала я, зная, что дочь не откажется от своей затеи, даже если я буду против. – И не уходи далеко. Не дальше ста шагов от поместья!

– Не волнуйся, мама, – пообещала Лорен и, подмигнув сестре. – Я буду рядом.

Когда она вышла, а следом за ней и Говард, прежде знаком показав, что присмотрит за Лорен. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов в углу и отдаленными звуками работ на крыше. Амели подсела ближе ко мне, и я заметила, как сосредоточенно она о чем-то думает.

– Что тебя тревожит, милая? – спросила я, накрывая ее руку своей.

– Просто размышляю о будущем, – ответила она, поднимая на меня взгляд. – О том, как странно поворачивается судьба. Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев после нашего бегства из Лавении ты снова выйдешь замуж?

– Это ненастоящий брак, Амели, – мягко напомнила я. – Лишь формальность для нашей защиты.

– Правда? – она слегка наклонила голову, изучая мое лицо. – А мне кажется, лейр Хэмонд смотрит на тебя совсем не так, как смотрят на формальность. И ты… – она запнулась, словно не решаясь продолжить.

– Что я? – я почувствовала, как к щекам приливает кровь.

– Ты тоже смотришь на него иначе, чем на обычного делового партнера, – тихо закончила Амели. – И это хорошо, мама. Ты заслуживаешь счастья после всего, что мы пережили.

Я не нашлась что ответить. Мысль о том, что мои чувства к Хэмонду могут быть заметны окружающим, почему-то смутила меня. Как будто признание в этом делало меня уязвимой, открытой для новых ран. А их в моей жизни и так было слишком много.

Солнце за окном ярко светило, заливая комнату золотистым светом. Где-то во дворе раздавались голоса работников и стук молотков – жизнь в поместье продолжалась своим чередом. И этот размеренный, почти умиротворяющий ритм не мог разрушить странное ощущение надежды, которое вдруг поселилось в моем сердце.

Возможно, новая жизнь действительно началась. И, может быть, в ней найдется место не только для безопасности и достатка, но и для чего-то большего. Чего-то, что я давно перестала ждать, но о чем, оказывается, все еще мечтала.

Глава 32

Длинный день близился к завершению. Я стояла у окна, наблюдая, как солнце медленно опускается к горизонту, окрашивая небо в оранжево-алые тона. Тени от деревьев вытянулись, а вдалеке над полями уже поднимался вечерний туман, окутывая пейзаж легкой дымкой. После всех дневных забот – проверки счетов, обсуждения с Дори меню на неделю, осмотра восточного крыла, где рабочие заканчивали ремонт кровли – я позволила себе редкую минуту покоя.

Однако наслаждалась долгожданным уединением и тишиной непростительно недолго. Заметив встревоженного Говарда, бегущего к парадному входу с перекошенным от волнения лицом, я немедленно поспешила в просторный холл, предчувствуя неладное.

Но стоило мне выйти в коридор, как до слуха донеслись странные звуки – возня, сбивчивое пыхтение, а затем отчётливый глухой удар, разнёсшийся эхом по поместью. Через мгновение воздух пронзил встревоженный возглас Амели, от слов которой по моей спине невольно пробежал холодок:

– Проклятье! Ты его убила?! Мама нам голову оторвет. Она попросила, чтобы в этом доме не было ни одного трупа.

– Помоги… он сейчас упадет… – тяжело дыша, пропыхтела Лорен, пытаясь удержать бессознательное