Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Я… постараюсь выучить роль на завтра… Надеюсь, будет лучше, – без особой надежды проговорил незадачливый актер, виновато глядя на остальных. Он искренне хотел бы сыграть лучше, да только совершенно не понимал, как.

Перед тем, как покинуть театр, Хайсам попросил всех присутствующих расписаться в документе.

– Для отчетности, – пояснил он.

Подходя к столу, Артур ненадолго задержался, увидев, что Измаир подписывается левой рукой.

– Что уставился? – грубо воскликнул парень, отчего его кадык дернулся, как у задиристого петуха. Артур ничего не ответил и тоже поставил свою подпись. На душе у него было пасмурно.

Весь день клипсянин старательно заучивал роль, а вечером его ждал роскошный ужин с госпожой Оридиан. Она позвала его в романтически обставленный шатер с прозрачным куполом, освещенным изнутри лампами со светлячками. Полы здесь были выложены шкурами диких медведей, а столы отделялись друг от друга ширмами из расписных платков. Когда Артур зашел в шатер, госпожа уже сидела за столиком и задумчиво смотрела по сторонам.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался с ней Артур, но хозяйка предпочла промолчать. Затем она подняла на него свои черные бездонные глаза, в которых сейчас отражались блики от светильников.

– Я жду твоих объяснений. Почему ты опоздал на свою первую репетицию?

– Я… Должен вам кое-что рассказать. Ночью произошло нечто странное, кто-то заходил в мой шатер и оставил на столе мертвую канарейку. Это происшествие немного выбило меня из колеи, и я очень плохо спал. Знаю, что это никудышное объяснение, но все же прошу меня…

Госпожа смерила бывшего официанта удивленным взглядом.

– Мертвую канарейку?

– Да, там была еще записка… Она осталась в шатре, могу вам ее показать. Как думаете, кто бы это мог сделать?

– Сначала я должна на нее посмотреть, – ничего не выражающим голосом произнесла госпожа Оридиан. – Я не могу строить каких-то предположений, не увидев все своими глазами.

– Хорошо, – согласился Артур.

Они поужинали в гробовом молчании, а затем хозяйка сопроводила его в шатер. Внутри уже горел камин, заботливо кем-то разведенный в отсутствие хозяев.

– Ну и где же твоя записка? – холодно поинтересовалась госпожа.

Артур подошел к невысокому декоративному комоду с армутскими узорами, ведь он убрал записку именно туда. Но, к его великому удивлению, она таинственным образом исчезла!

– Ее нет, – пробормотал клипсянин, в волнении выдвигая ящики. – Ничего не понимаю, я точно помню, что…

– Не трудись, вряд ли она найдется, – еще более холодным тоном сказала госпожа Оридиан. – Чего ты вообще о себе возомнил? Думаешь, раз я обратила на тебя внимание в Дромедаре, тебе все позволительно?

– Да я вовсе не… – с досадой начал Артур, но хозяйка не дала ему закончить.

– Я прекрасно знаю причину твоего сегодняшнего опоздания. Ты шлялся невесть где всю ночь, а вернулся только под утро. И вместо того, чтобы рассказать правду, ты предпочел выдумать какую-то глупую историю с запиской и канарейкой? За кого ты меня держишь, мальчик? Ты уже не первый раз лжешь мне, но теперь твое вранье переходит все границы!

Артур с острой неприязнью взглянул на госпожу Оридиан.

– Ночью я действительно уходил из Сулат-хана. Вы сами говорили, что я не пленник и могу покидать его, когда мне вздумается. Но то, что я рассказал про канарейку, вовсе не выдумка! Если бы я хотел соврать, придумал бы что-нибудь попроще.

– Хорошо, в таком случае скажи мне свое настоящее имя. Чтобы я могла полностью доверять тебе.

Артур с грустью опустил голову. Проблема заключалась в том, что он сам совершенно не доверял хозяйке Дромедара; но так уж выходило, что он слишком сильно от нее зависел. Раскрыть свое имя значило подвергать себя опасности вновь оказаться в Доргейме. Но ему никак нельзя было обратно; там его ждала коварная Тень и страшное наказание за побег. Да, ему пришлось соврать госпоже Оридиан и назваться чужим именем; в целом она теперь имеет полное право не верить ему и во всем остальном.

Армутка распознала сомнения на его лице и язвительно хмыкнула.

– Я не знаю, куда ты ходил, да и не хочу знать. Но если еще хоть раз опоздаешь на репетицию, сообщу стражникам, пусть они сами разбираются с тобой. Ты меня понял?

Клипсянин коротко кивнул головой, хмуро глядя на госпожу Оридиан. Артур надеялся, что она поможет ему разобраться с таинственными проникновениями в его шатер, но, судя по всему, ей не было до этого никакого дела. Может, мудрый Гассан все-таки был прав, когда предлагал остаться у него? Да и Саиб его обо всем предупреждал… А теперь он оказался втянутым в странную игру, которая даже на первый взгляд не выглядит такой уж безобидной.

– И нечего смотреть так недовольно. Характер будешь показывать своим воздыхательницам, но не мне. Еще раз соврешь – участь твоя будет незавидной. В конце концов, господин Мурджан до сих пор интересуется твоей персоной. Все не может забыть ту проделку с лепешками. Однажды я спасла тебя от жестокой расправы, но, как понимаешь, в моей власти вернуть все как было.

Проговорив это суровым тоном, госпожа Оридиан направилась к выходу из шатра. Однако в какой-то момент она остановилась и обернулась на юношу. Красивое лицо ее претерпело некоторую метаморфозу и уже не выглядело таким грозным.

– Ты должен понимать, мой мальчик, я вовсе не пытаюсь тебя запугать, – бархатным голосом проговорила она. – Будешь со мной любезным, как в первые дни нашего знакомства, я прощу тебе любые промахи. Даже отвратительную игру. Но если и впредь будешь вести себя как дикий волчонок, боюсь, мне придется поступить с тобой иначе, нежели предоставлять лучший шатер в Сулат-хане.

– Кому этот шатер принадлежал раньше? – вдруг поинтересовался Артур, в упор глядя в черные глаза. – Рахмеду?

– Какая разница? Сейчас-то он твой. Но вообще ты прав, именно ему.

– Почему же он ушел из Сулат-хана?

– Просто он был плохим актером, – нежно проговорила хозяйка, игриво улыбнувшись. – Но ты, я уверена, справишься. Спокойной ночи, мой мальчик.

С этими словами госпожа Оридиан стремительно вышла из шатра, оставив после себя тонкий запах кардамона и неприятный осадок на сердце. Артур же поплелся в свою роскошную комнату. Тут вновь было темно, ибо кто-то опять задернул занавески на круглых окнах. Юноша хотел было поправить пуховое одеяло на кровати, однако оно оказалось неприятно влажным. Недоумевая, Артур принес из гостиной свечу. Оказалось, что его кровать залита чем-то красным.

Глава 20. Друг мой похож на серну или молодого оленя

Таинственная загадка, впрочем, быстро разрешилась. Выяснилось,