Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

Но разве Артур мог это показать? Он лишь невозмутимо пожал плечами.

– В краях, откуда я родом, нет ничего подобного. Поэтому да, для меня это немного непривычно.

– Как думаешь, каково это? Находиться в рабстве?

Казалось, госпоже Оридиан доставляло истинное удовольствие общаться с ним на темы, вызывавшие в его душе бурный протест и отвращение.

– Вам незачем спрашивать у меня, – отвечал Артур, призывая всю свою выдержку на то, чтобы его голос звучал ровно и спокойно.

– Почему же?

– Должно быть, вам про это известно больше меня. Каждый вечер перед ужином вы выкуриваете сигару и сетуете на то, что все никак не можете бросить. Разве подобная зависимость не есть рабство?

Госпожа Оридиан легко засмеялась.

– Но оно, скорее, добровольное.

– Вначале все так думают.

– Откуда ты родом, мой мальчик?

– Из Клипса, – запнувшись, честно ответил Артур, не посчитав нужным скрывать этот факт. Наверняка, госпожа Оридиан ничего не знала про этот город.

– А какие у вас в Клипсе зависимости?

– Как и везде: дурные привычки, страх потерять нажитое богатство, потребность в общественном признании, да и еще много чего.

– Какая скукота! – госпожа наиграно зевнула. – Я ведь уже говорила, что собеседник из тебя неважный?

Артур с грустью улыбнулся.

– Как и официант?

– Нет, та роль тебе даже больше подходила. По крайней мере, помимо односложных ответов от тебя можно было еще услышать свой заказ. Я, кстати, не спрашивала у тебя… Ты раньше бывал в Мире чудес?

Да, бывал. И дважды находился на волоске от гибели. И вот сейчас он в третий раз здесь. Так уж сильно отличается его нынешнее положение?

– Да, – нехотя признался он, не желая врать. Ему ужасно не нравилось, когда хозяйка начинала его расспрашивать о прошлом, но ведь он не имел права выказывать свое недовольство.

– Тяжелые воспоминания? – с удивительным пониманием в голосе проговорила хозяйка, и Артур удивленно покосился в ее сторону. – С этим городом всегда так, – пояснила она. – Еще никто из приезжих не бывал от него в полном восторге. Скажи, мой мальчик, тебя что-то гложет? Чего тебе не хватает для счастья в Мире чудес? Кого бы ты хотел увидеть?

Артур отвлекся в этот момент, ибо вспомнил свое первое знакомство с кочевым городом и встречу с Киримом, по которому он ужасно тосковал. Поэтому юноша, не подумав, брякнул первое, что пришло ему в голову:

– Оленя, – тихо сказал он, подразумевая, разумеется, своего друга-армута. – Я бы хотел увидеть Оленя, – задумчиво повторил он, а затем, увидев, как от удивления вытянулось лицо госпожи Оридиан, с грустью улыбнулся. – Извините меня, я болтаю чепуху.

Госпожа быстро замяла этот разговор, но вот спустя несколько дней она сама пришла к нему в шатер и заявила с премилой улыбкой:

– Я знаю, ты очень занят, но, может, найдешь время и прогуляешься со мной?

Артур бросил на нее настороженный взгляд.

– Да, конечно, – тихо отвечал он, не смея перечить.

Каким же было удивление Артура, когда госпожа подвела его к загонам, где содержались ее лошади – самые лучшие и быстроногие армутские породы. Отдельно от остальных скакунов стоял красивый молодой олень с небольшими рогами.

Артур вопросительно оглянулся на госпожу, но та лишь хитро улыбнулась.

– Теперь он твой. Будешь сам заботиться о нем.

Юноша быстро подошел к вольеру и взглянул на красивое животное. Он был прекрасен и горделив, этот чудесный олень, с большими, будто подведенными тушью карими глазами. Глядя на его благообразную мордочку, Артур так отчетливо вспомнил Кирима, что на глазах его выступили слезы. Одной рукой он потянулся к животному; тот замер, насторожившись. Но Артур не торопился, и олень сам ткнулся ему носом в ладонь, как бы целиком и полностью доверяясь ему.

– Какой же ты красавец! – с неприкрытым восторгом прошептал клипсянин. В эту минуту ему вспомнился также и его собственный единорог, так что госпоже действительно удалось порадовать его.

Она стояла чуть поодаль и откровенно наслаждалась тем, как оживилось красивое лицо юноши, и как от удовольствия заблестели его голубые глаза.

– Так ты рад? – с искренним любопытством поинтересовалась она наконец. Артур перевел на нее взгляд и от души сказал:

– Да, он очень нравится мне. Спасибо большое!

Госпожа Оридиан лукаво усмехнулась и добавила, своей наглой репликой разом перечеркнув всю признательность, которую юноша в данный момент к ней испытывал:

– Не хочешь как-нибудь отблагодарить меня?

Лицо его сильно помрачнело, а все оживление от встречи с оленем улетучилось за одно мгновение. Госпожа Оридиан с присущей ей проницательностью распознала негативные эмоции, отразившиеся на его лице, и сказала более холодным тоном:

– Например, ты мог бы постараться и хорошо сыграть на премьере. Будет почти весь свет Мира чудес, не очень бы хотелось краснеть за тебя.

– Да, конечно. Я сделаю все, что в моих силах! – пробормотал юноша смущенно.

С этого дня жизнь Артура сделалась еще более сносной, ибо он обрел новых друзей. В шатре ему более не приходилось чувствовать страха и одиночества, так как рядом находился верный Кик, всегда готовый развеселить его очередной глупой байкой. Помимо этого, Артур много времени проводил со своим новым питомцем оленем; они подружились. Рожденный на свободе, тот сперва дичился людей, однако спустя всего неделю привык и уже с нетерпением ждал прихода хозяина. Артур играл с ним, мыл, кормил лишайником, ягодами и осокой; словом, они души не чаяли друг в друге. Их трогательная дружба изменила и самого Артура: юноша повеселел и уже не казался столь мрачным и погруженным в свои мысли, он все чаще искренне улыбался, что весьма радовало госпожу Оридиан, которая пристально наблюдала за каждым шагом своего любимца.

Вдобавок иногда Артур навещал Гассана. Сидя на ящиках при таинственном свете лучины они весело распивали традиционный армутский чай со скорпионами в меду, которых приносил Артур, а Гассан, гордо восседая в своей чалме на ящике, курил кальян и рассказывал юному другу разные поучительные притчи. После таких ночных встреч, правда, юноше было очень тяжело настроиться на рабочий лад и репетировать, ибо он весь последующий день ужасно хотел спать. Несмотря на это, он все же не желал отказываться от свиданий с другом, которые стали для него такими же необходимыми и естественными, как дыхание. Юноша частенько помогал старику в финансовом плане, а тот корил его за мотовство. Но Артуру было приятно тратить на него деньги, зная даже, что это незримо отдаляет его от возвращения домой.

Неумолимо приближался день премьеры, являвшийся для Артура весьма значимым и