Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

своего клинка от трупного яда цзянши, и кинул презрительный взгляд на неподвижное тело. – Сын Дракона выжег вместе с тёмной ци все его меридианы, и этот Ван Вэйюн, Ши Лин, Ши Янхэ, Безымянный, больше никогда не сможет совершенствоваться или подчинять стихии. Он навсегда останется в теле, которое украл два века назад у молодого целителя из школы Шилинь, вытеснив его душу.

– Обычной смерти недостаточно, чтобы наказать эту тварь за все злодеяния! – выплюнул Юнфэй и продолжил: – Стоит заточить его в тюрьму Города Бессмертных и подвергнуть пыткам, которые уготованы самым отвратительным демонам, пойманным небожителями. Что скажешь, цзе?

Но богиня луны молчала. На её лице, искажённом болью от клинка, не было ненависти, только сожаление и глубокая печаль. Фэн могла понять эту могущественную женщину: она наверняка чувствовала вину за всё то, что когда-то произошло с её возлюбленным Ван Вэйюном, и не решилась бы просто отправить его на вечные страдания.

– Чтобы честно вынести приговор, я прочитаю одно самое яркое воспоминание демона, – предложил Повелитель вод Цюань, и в его руках появилась каменная Чаша Времени. – И тогда нам станут более понятны его мотивы.

Никто не возражал, и небожитель поставил тяжёлый артефакт, в котором плескалась чистейшая вода голубоватого оттенка, рядом с Ши Янхэ. Положив уцелевшую руку демона в Чашу, Цюань поднёс два сложенных пальца к губам, и всё вдруг замерло. Люди и божества, что находились на площади, словно погрузились на дно глубокой реки, где любые звуки стали доноситься как будто издалека, и увидели подёрнутые рябью воспоминания.

Ухватившись окровавленными пальцами за костяные прутья своей маленькой клетки, Ван Вэйюн наблюдал за освещённой факелами комнатой пыток. Перед ухмыляющимся гуаем на грязной земле лежала девушка, некогда красивое лицо которой теперь оказалось изуродовано алыми следами от кнута. Она плакала и хватала демона за скользкие лапы, умоляя:

– Хватит, пожалуйста, я больше не могу…

Щёлк. Демон вновь хлёстко ударил её по спине, и она свернулась в клубок, пытаясь защитить голову от жалящей плети. Гуи делали это каждый день с каждым совершенствующимся мастером, кто потерпел неудачу в вознесении и провалился в Обитель мёртвых, а Ван Вэйюн был первым среди них, а потому лучше остальных знал, какие страдания приносил кнут.

Из соседних комнат доносились крики и звон цепей – в тех камерах забытой всеми богами темницы тоже страдали заклинатели, и их стоны сливались в один протяжный вой, что постоянно стоял в ушах.

– За что вы так с нами… – продолжала рыдать девушка. – Я вела праведную жизнь на земле, мои ученики стали образцовыми наставниками…

Щёлк.

– Наивная девчушка! А ты думаешь, как появляются высшие демоны? – усмехнулся гуй, стирая слюну, что капала с его длинных зубов. – Лучшие слуги Яньло-вана рождаются здесь, в недрах Обители мёртвых. Они получаются из мучений и ненависти таких вот жалких заклинателей, как ты! Так что не думай, что всё закончится быстро.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

– А-а-а…

Пальцы Ван Вэйюна, с которых после пыток сошла почти вся кожа, сжались вокруг прутьев из человеческих костей, оставляя на них кровавые следы. Он ничего не мог сделать, только смотреть, как раз за разом раскалывались от неимоверных страданий души последователей Последних небожителей.

Послышались удаляющиеся шаги, и огонь в факелах задрожал, когда дверь за гуем захлопнулась. Он ушёл, давая заклинательнице короткую передышку.

– Ты… – позвала она и потянулась к Ван Вэйюну, хотя и не могла сдвинуться хоть на цунь – её белые кости выглядывали из плоти в тех местах, где её били. – Может, ты знаешь, почему мы здесь?

У него не было ответов. Он и сам бесчисленное множество раз молил свою луну о помощи, но Небеса всегда молчали. Никто не спустился и не рассеял тьму. Дева Юэлянь предала его. Он выполнял все её повеления, подобно жалкому псу он ползал у неё в ногах и с чистым сердцем стремился к свету, а в награду получил эту темницу и удары демонического кнута!

Почему они попали сюда? Заслужили ли они такую участь?

– Хотела бы я ещё раз увидеть солнце и нарядиться в красивую одежду… – бормотала заклинательница, и её слова сопровождались громким сиплым дыханием, словно что-то застряло у неё в горле. – Хотела бы я, чтобы шифу снова позвал меня по имени: «Юй Мин, Юй Мин, ты опять дурачишься? Уже пришло время для медитации, а ты до сих пор не дочитала трактат „О лучах великого Солнца“».

Эта девушка бредила, но в её словах Ван Вэйюн нашёл утешение. Если небожители отвернулись от своих последователей, если каждый в этой проклятой темнице попал сюда по несправедливости, то кто-то должен был попытаться освободить их. Любой ценой, даже если ради этого придётся обратиться демоном.

– Юй Мин! – позвал он, и девушка замычала в ответ. – Я отрекусь от своего прежнего имени, стану Безымянным, чтобы навсегда забыть о прошлом. Мы выберемся. Все шиди и шимэй, что провалились в Обитель мёртвых, снова увидят солнце! Я обещаю.

Прямо в середину этой мрачной сцены упала капля воды, и по воспоминанию пошли крупные круги, размывая лица Ван Вэйюна и Юй Мин. Вскоре мрак рассеялся, и Фэн увидела перед собой всё ту же выжженную площадь перед Залом Высшей Гармонии.

Повелитель вод Цюань осторожно достал руку Ши Янхэ из Чаши Времени и надолго задумался, сведя светлые брови к переносице. Остальные тоже молчали, поражённые увиденным.

Став демоном, этот человек веками совершенствовал тёмный путь, и всё для того, чтобы вернуться в Срединный мир. В конце концов он нашёл способ, как освободить всех мучившихся в Обители мёртвых заклинателей, и призвал их в тела цзянши.

– Мы не отправим его в темницу Города Бессмертных! – заговорила Дева Юэлянь и накрыла лицо ладонью. – С него достаточно пыток.

– Предлагаю приговорить Ван Вэйюна к пожизненной ссылке на пустынной горе Аньшань, что в землях клана Ши. – Вышел вперёд небожитель Шисин, поглаживая струны своей эрху. – Человеческий век короток, а с такими ранами он вряд ли проживёт больше двадцати лет.

– Согласен! – кивнул Цюань, и морщинки на его светлом лбу сразу разгладились.

– В тех краях стоит заброшенный монастырь, где раньше отбывали наказание адепты школы Шилинь, – продолжил Друг всего живого. – Думаю, это самое подходящее место, но также я считаю, что необходимо приставить к Ван Вэйюну надёжного надзирателя, дабы он не свёл счёты с человеческой жизнью раньше времени. Всё же для мастера боевых искусств, пусть и обратившегося демоном, самое суровое наказание – стать обычным человеком без способностей.

– Да кто согласится на такое? – усмехнулся Юнфэй, оглядывая всех присутствующих. – Уехать в глушь ради того, кто