Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

– император и Дракон, родственные души, когда-то считавшие друг друга врагами. Впереди их ждало много работы, но пока они продолжали смотреть на небо, провожая взглядом мерцающий луч, что исчез где-то за облаками, окрашенными в алые краски заката.

Эпилог

Три года спустя

По песчаной дороге, ведущей в деревню Юэ, шла путница, одетая в простую льняную одежду, а единственной её поклажей была небольшая сумка, перекинутая через плечо, и тыква горлянка, висевшая на поясе. Сзади послышался цокот копыт, и девушке пришлось сойти на обочину, чтобы пропустить вереницу всадников, сопровождавших крытую повозку без опознавательных знаков. Но она и сама держала путь с востока империи Чжу, поэтому знала, что эти гости в дорогих шёлковых накидках точно прибыли с побережья, из гавани Ланьган.

Лес вокруг начинал редеть, и вдалеке уже показались открытые ворота деревни Юэ, у которых и остановились всадники. Путница же немного задержалась, приподняла бамбуковую шляпу доули и огляделась: когда-то она хорошо знала каждое дерево в соседних рощах, но сейчас всё здесь выглядело чужим и далёким. Чёрные стволы стали ещё выше, а раскидистые кроны, покрытые молодой листвой, склонялись над дорогой, почти закрывая небо. Повсюду стояли столбы с подвешенными на них лунными камнями, в которых уже мерцало серебристое сияние, и эти светильники уводили от основной тропы к небольшому храму, прячущемуся среди зелени.

Она сделала несколько шагов в сторону незнакомой постройки и остановилась у таблички с надписью: «Храм возведён в честь героини Фэн Мэйфэн, покровительницы странников и заблудших. Если вы отправляетесь в путь, то помолитесь богине, и она благословит вашу дорогу».

Внутри деревянной комнатки с массивной крышей стоял небольшой алтарь, на котором курились благовония. Вместо привычной статуи у задней стены висело изображение красивой девушки в широкой бамбуковой шляпе, что стояла вполоборота на фоне долины, окружённой холмами. Она смотрела куда-то вдаль, а правую руку небожительницы покрывали белоснежные бинты, на которых виднелись следы крови.

От созерцания храма и его убранства настоящую Фэн Мэйфэн, вернувшую себе полное имя после вознесения, отвлекла новая группа всадников, которая промчалась мимо, поднимая за собой тучи пыли. Обычно по этому пути ездили только заклинатели школы Юэин или торговцы, желающие купить лунные камни, но сегодня здесь царило небывалое оживление, и она решила всё же последовать за прибывающими в деревню гостями.

У ворот её остановили стражи, но, взглянув на потрёпанные одежды и небольшую поклажу, решили пропустить без дальнейших расспросов. Ничего удивительного: все готовились к празднику чистого света Цинмин – Дню поминовения усопших, когда многие возвращались в родные поселения, чтобы почтить память предков и близких людей.

С наступлением вечера на улицах деревни зажглись огни: алые бумажные фонарики висели под каждой крышей, покачиваясь на ветру, и освещали сотни ивовых венков[138], которыми жители украшали свои дома в эти дни. Как и раньше, повсюду сновали младшие ученики, что торопились на свои занятия, неся в руках деревянное оружие и стопки книг, но сегодня никто из них не шумел, каждый бежал по своим делам молча.

Всё же кое-что изменилось: разрушенный храм Юншэн восстановили, но он выглядел куда скромнее предыдущего, и туманная дымка, опустившаяся на холм, почти полностью скрывала его изогнутую крышу от глаз прохожих. Теперь по улицам проходили регулярные караулы – заклинатели в чёрной форме следили за порядком и за прибывающими торговцами. В деревне ощущалась тихая тоска, что накладывала свой отпечаток на лица жителей.

Фэн Мэйфэн решила прогуляться по знакомой дороге, по которой когда-то ходила столь много раз, что могла закрыть глаза и всё равно оказалась бы в нужном месте. У дома семьи Ван. Над входом, как и прежде, висела табличка: «Да озарит тебя свет луны», а красные ворота были чуть приоткрыты – оттуда доносились обрывки фраз и негромкий смех. Она оглянулась – улица перед резиденцией в это время всегда пустовала, и, убедившись, что никто её не заметил, Мэйфэн подошла ближе и заглянула внутрь.

Там за низким столиком, который господин и госпожа Ван любили выносить на улицу с наступлением весны, сидели четверо знакомых ей людей. Чашу в руках держал Ван Сюаньюй, он выглядел почти как его старший брат, только черты лица с возрастом стали чуть мягче, да и одежду он носил не такую мрачную: Сюаньюй всегда предпочитал серые халаты вместо чёрных. Рядом с ним, по правую руку, находился Ань Бохай, он немного отпустил бороду и отрастил волосы, но всё ещё заплетал косичку в память о своём друге Дуань Хэне. Спиной к воротам расположились Ван Юн и Гэн Лэй, их лиц неожиданная гостья не могла рассмотреть, но явно слышала, что Принц Ночи над чем-то посмеивается.

– И ты правда сказал младшим ученикам, что сломал ногу, когда провалился в яму у Скрытых пещер, чтобы они туда не ходили?! – Ван Юн, еле сдерживая смех, отклонился назад, прикрывая рот рукой. – Кто вообще поверит в такую чушь?

– А что мне оставалось?! – фыркнул Ван Сюаньюй, с силой опустив чашу на стол. – В пещере развелись шижоу[139], они там всю землю перекопали, как кроты! Конечно, детям интересно посмотреть на ползающие куски мяса, но это же опасно, в конце концов. Их туда так и тянет, вот я и попытался придумать поучительную историю. Всяко лучше, чем рассказывать им правду о том, кто и при каких обстоятельствах переломал мне ноги.

Все на мгновение замолчали, смех тут же утих.

– Нет, Сюаньюй, знаешь… – Ван Юн прервал затянувшуюся тишину, залпом выпил чашу вина и объявил: – Обучение детей точно не для тебя! Лучше оставь это Ань Бохаю, не зря же он твоя правая рука.

– Да как бы не так! Он первым и повёл девятилетних детей смотреть на «зрячую плоть» – отрежешь кусочек от шижоу, и мясо снова вырастет. Чудеса!

Ань Бохай покачал головой и пробормотал:

– Глава клана Ван, я уже столько раз повторял, что верю только в те знания, которые сразу можно применить на деле. Что толку читать о яогуаях в ваших книгах?

– Дагэ, зачем ты оставил на меня этого угрюмого вояку?! – пожаловался Ван Сюаньюй и оглядел Ань Бохая недовольным взглядом. – Мы с ним вечно расходимся во мнениях.

– Зато ты в безопасности, и школа Юэин тоже! – ответил Ван Юн, неожиданно сменив тон на более серьёзный. – И всё-таки ты хорошо справляешься. Вижу, что и храм Юншэн уже почти отстроен, и новые ученики бегают по улицам.

– Да, ты оставил здесь тот ещё бардак, пришлось потрудиться! –