Великая Библиотека - Анастасия Шелест

Музы, да что она от меня хочет? Я понятия не имею, что там за правила у Организации. У них какой-то кодекс? Сборник правил? Домострой? Я кодекс Академии-то не то чтобы полностью прочитала, а сейчас и половины идиотских запретов не вспомню. Странно рассчитывать, что я пойму, о чем она говорит.

Уставившись на Риту, я выдавливаю вежливую улыбку. Слова никак не желают подбираться. Я понятия не имею, что можно ей ответить, и решаю, что молчание – лучший вариант.

Рита тяжело вздыхает и покачивает головой. Смотрит на меня так, словно я полная идиотка и не понимаю очевидных вещей. Словно не хватило мне этих высокомерных взглядов в Академии в свое время.

– Наш покойный лидер… – Она выдерживает паузу, прикрыв глаза, и я напряженно сжимаюсь от синхронного выдоха остальных членов Организации. – Дал вполне четкие указания. – Рита оглядывается, а я раздраженно поджимаю губы. В чем гребаная проблема? Пусть выполняют указания и не достают меня. К чему эта идиотская сцена? – Следовать за вами.

Уши закладывает. Я вижу, как двигаются губы Риты, слышу ее слова, но никак не могу уловить их смысл. Я что-то упускаю. Что-то понимаю не так.

Взгляды всех собравшихся впиваются в меня. По кабинету разливается звенящая тишина. Я беспомощно оборачиваюсь к Эрику и Берту, но их вытянутые лица не помогают разубедиться в услышанном.

Нет. К черту. К пегасам. К музам.

Выжидающий взгляд и сведенные брови Риты становятся последней каплей. Нервно дернувшись, я мотаю головой и сипло выдаю:

– Что? – Повторять она не собирается, словно понимает, что я и так прекрасно все расслышала. У меня не остается выбора. – Нет. Понятия не имею, что там придумал Марк, но меня он забыл поставить в известность. Это невозможно. Какая-то чушь. Ерунда. Так нельзя.

Поток отрицаний все никак не стихает, но особого впечатления ни на кого не производит. Рита и ее товарищи смотрят так спокойно, словно каждый лидер Организации поначалу отнекивается от своей должности. Гер сидит распрямившись, и лицо его не выражает ничего – он будто и не сомневался, что так все сложится. Я оборачиваюсь к Берту и Эрику.

Берт широко распахивает глаза, но застывает с раскрытым ртом, никак не помогая и ничего не говоря. Надежда остается только на Эрика. Я жадно всматриваюсь в его лицо, выпрашивая хоть каплю поддержки, но он быстро сжимает мои пальцы и выпаливает:

– Подожди, Тея. Не горячись. Обдумай все хорошо.

Что обдумать? О чем тут думать? Какая, к пегасам, Организация? Если это тонкий намек, что Академия собирается меня вышвырнуть, то стоило предупредить заранее.

Задохнувшись от возмущения и недоверия к происходящему, я смотрю на Риту, а она пожимает плечами и добавляет:

– Лидер предупреждал, что вы можете поначалу отреагировать очень бурно. Даже сказал, что можете отказаться. Нам было велено ждать.

Пегасы подери этого Марка. Он слишком много на себя взял. Какого черта он вообще умудрился оставить завещание? Нет. Он не мог идти со мной в Библиотеку с полным пониманием, что не вернется.

Это слишком жестокая мысль, чтобы с ней смириться. Я не справляюсь. Она оглушает, прибивая к стулу, и я бездумно смотрю в одну точку, перебирая в голове обрывки мыслей.

Зачем Марку так поступать? Он не идиот – это уж точно. Наверняка он все продумал и хотел чего-то добиться. Если у него был какой-то гениальный план, в котором я должна была принимать участие, стоило поставить меня в известность. Я совсем не понимаю.

Пока я борюсь с нелепыми догадками и предположениями, в кабинет проходят господин Блейк, госпожа Далтон и господин Романов. В дверях показывается госпожа Рид. Окинув всех цепким взглядом, она останавливается на мне и сухо выдает:

– Теодора, на минутку.

Ничего хорошего это не предвещает. Моя уверенность в том, что после внезапного наследия Марка ничто не сможет меня удивить, угасает. Я не хочу никуда идти. Жалобно оглядываюсь на Берта с Эриком – они же так упорно собирались меня сопровождать, – но сейчас они просто кивают на коридор. Тут их ничего не смущает.

Все словно задействованы в заранее подготовленном и обдуманном плане, а меня забыли предупредить. Чувствую себя полной идиоткой. Эрик поглаживает мои пальцы и ободряюще улыбается.

– Все нормально, иди. Им ты можешь доверять.

Им могу. А кому нет? Что вообще происходит? Почему после всего случившегося кому-то можно доверять, а с кем-то лучше не связываться? Разве чудовищные потери и общая трагедия не сплотили и не объединили нас?

Стоит мне выскользнуть в коридор, как желудок скручивает неприятным предчувствием. Госпожа Рид не одна. Рядом с ней стоит госпожа Брик, они оборачиваются и впиваются в меня задумчивыми, но полными уверенности взглядами.

Малодушное желание развернуться и сбежать приходится отгонять волевым усилием. Сглотнув, я сжимаю кулаки и шагаю к ним, а они тут же двигаются навстречу. Госпожа Брик выдавливает улыбку, и по коже пробегает мороз. Музы, да она никогда мне не улыбалась. Какого пегаса?

– Послушай, Теодора, – Госпожа Рид наклоняется и сразу переходит к делу. – Ты должна хорошо понимать, что будет происходить дальше. Сомневаюсь, что Эрнест и Альберт смогли полностью объяснить тебе, насколько это важно.

Они меня подставили. Это очевидно. Как еще это назвать? Я явно должна понимать хоть что-то из слов госпожи Рид, но в груди только уверенными толчками разрастается беспокойство. Что за очередная катастрофа?

Я не они и подставлять их не собираюсь, поэтому неопределенно мычу и повожу плечами. Госпожа Брик настороженно хмурится и, подавшись вперед, уточняет:

– Что именно они тебе сказали?

Соберись, Теодора. Нужно выдавить хоть что-то.

– Ну, – неопределенно протягиваю я, пытаясь выиграть хоть пару секунд. Что мне сказал Эрик? Едва ли Брик интересует его признание в любви. – Что Академия очень важна.

Что он любит Академию. Предположим, я поняла его посыл. Госпожа Рид недоверчиво размыкает губы. Ее глаза расширяются, а с госпожи Брик слетает маска вечной сдержанности и спокойствия.

Она взмахивает руками и шикает:

– Что? Музы, и это все? Это просто невозможно. Что за безответственное отношение? Ведут себя как дети…

– Тише, Кира, – выдыхает госпожа Рид. Брик замолкает, а госпожа Рид задумчиво ударяет указательным пальцем по подбородку. От ее внимательного взгляда становится не по себе. – Мы не можем оставлять Академию без Главы.

Я натужно сглатываю. Не хочу слышать, что она собирается сказать. Я буду обманываться до последнего. Госпожа Рид хочет выдвинуть свою кандидатуру или предложить госпожу Брик. Может, им нужна помощь дочери бывшего Главы. Это