Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Я резко сменил стойку. Из глухой защиты перешёл в атаку, шагнул ему навстречу, вместо того чтобы отступить, как он ждал. Два быстрых шага, обманное движение, и чистый укол в плечо.

Противник замер, удивлённо глядя на меня. Он не понял, что произошло.

Роман хлопнул в ладоши.

— Вот! — воскликнул он. — Вот это я и хотел увидеть. Победа за Артёмом.

Мужчина даже не стал пожимать мне руку после тренировки, развернулся и ушёл.

Не все спокойно принимают поражение.

Когда занятие закончилось, Роман снова подошёл ко мне.

— Артём, у меня к тебе предложение, — сказал он. — Через три недели в городе любительский турнир по HEMA. Ничего грандиозного, городской уровень. Но я вижу, как ты дерёшься. Ты нестандартный, непредсказуемый боец, и это твой главный козырь. Хочу заявить тебя от нашего клуба.

Турнир. Сколько ассоциаций с одним этим словом! А в данном случае это была ещё и проверка. Не только фехтовальных навыков, но и меня самого. Умею ли я не прятаться, а выходить и показывать себя.

Тут и думать нечего.

— Я согласен, — сказал я.

— Отлично! — Роман хлопнул меня по плечу. — Тогда со следующей тренировки начнём подготовку.

Я кивнул и отправился в студию.

* * *

В студии у меня сегодня была одна запись на татуировку.

Молодой человек лет двадцати восьми, представился Антоном. Худощавый, с внимательными глазами и обветренными руками. Он широко улыбнулся и пожал мне руку.

— Я повар, — сказал он, усаживаясь напротив меня. — Су-шеф в ресторане на Волжской. Хороший ресторан, известный. Но у меня есть мечта. Через месяц у меня отбор на телевидение. Большое кулинарное шоу, всероссийское. Со всей страны съезжаются повара, а в жюри сидят настоящие звёзды, шефы с именем. Победитель получает деньги на открытие своего ресторана.

— И вы хотите победить, — улыбнулся я.

— Хочу, — торопливо закивал Антон. — Не ради славы, а ради своего ресторана. Я о нём с восемнадцати лет мечтаю. Маленький, уютный, где я сам себе хозяин. Где готовлю то, что люблю, а не то, что велит меню. Три года откладываю каждую копейку, но на такое дело копить можно всю жизнь и не накопить. А это шоу — мой реальный шанс.

Мне нравилась история Антона. Человек знает, чего хочет, и сам к этому идёт.

— Расскажите про себя, — попросил я. — Откуда у вас эта любовь к кухне?

Антон усмехнулся.

— Смешно, но начинал я посудомойщиком, — признался он. — В захудалой столовой, сразу после школы. Ни связей, ни образования, ничего. Мыл тарелки и смотрел, как работают повара. А первый мой шеф, помню, глянул на меня и говорит «У тебя, парень, руки не оттуда растут. Иди тарелки мой, это твой потолок».

— И вы ушли? — спросил я.

— Нет, — он покачал головой. — Остался. Учился в колледже на повара, проходил много курсов, запоминал рецепты. Через год меня взяли помощником повара. Ещё через два года взяли поваром. А теперь я су-шеф в лучшем ресторане на Волжской. А тот шеф, между прочим, до сих пор в той же столовой работает.

Я улыбнулся. В голосе Антона прозвучала гордость за себя.

— А что за ресторан вы хотите открыть? — спросил я. — Каким вы его видите?

— Простым, — без раздумий ответил Антон. — Знаете, сейчас мода на вычурность. Пена, гели, капли соуса пинцетом на тарелку. А я хочу другое. Хочу, чтобы человек зашёл, сел, а ему принесли настоящую еду. Чтобы уходил сытый и довольный, и чтобы обязательно вернулся. Хочу кормить Саратов.

Я взял альбом и задумался. Как можно выразить в эскизе всё то, что сказал Антон?

Огонь.

— Образ я придумал, — сказал я. — Огонь на внутренней стороне предплечья. Но не просто пламя. Это живой огонь очага, языки которого вытягиваются вверх и складываются в очертания горы.

— Горы? — удивлённо переспросил Антон.

— Вершины, — кивнул я. — А наверху крохотная фигура человека. В искрах, что разлетаются от огня, спрятаны крохотные детали, ваши инструменты. Незаметные для чужого глаза, только для вас.

Я рисовал и объяснял каждую деталь. Маленький человек упрямо шёл вверх по её склону.

— Огонь — это ваше ремесло, — объяснил я. — Гора — ваш путь. А тот, кто идёт по склону, это вы.

Я развернул к нему эскиз.

И Антон сразу же кивнул.

— Мне нравится, — сказал он. — Хорошо передаёт то, что я ощущаю.

Я кивнул. Подготовил кожу, перевёл эскиз, надел монокль.

«Начертание активно».

Пока я работал, Антон рассказывал о том, как готовится к шоу. Как придумывает, какие рецепты готовить. Чем всех удивить.

Линии ложились ровно, работу я сделал достаточно быстро, за три часа.

«Начертание завершено».

«Оценка: Отлично».

«Образ несёт в себе устремление, что закалялось в трудах и не согнулось под ударами судьбы. Мастер сумел придать зримую форму пути — от низа к вершине, от испытания к торжеству. Дорога наверх обрела своё место».

«Распознана природа намерения. Образ создан из веры в честное ремесло и упорство, что преодолевает любые преграды. Мастер вложил в него собственное понимание того, что значит подниматься, не предавая себя».

«Присвоено свойство: „Пламя мастера“. Владелец сохраняет ясность ума, спокойствие и твёрдость руки в минуты сильнейшего напряжения. Чем выше давление, тем собраннее он становится. Образ дарует ему уверенность в себе и напоминает, что всё, чего он достиг, добыто собственным трудом».

«Прогресс до следующего ранга: 13/50».

Антон поднялся, подошёл к зеркалу. Долго рассматривал свою татуировку.

— Спасибо, — сказал он, обернувшись ко мне. — Теперь я точно смогу победить в этом шоу.

— Буду за вас болеть, — кивнул я. — А когда откроете свой ресторан — обязательно к вам приду.

— Замётано, — широко улыбнулся Антон. — Первый столик ваш.

Он расплатился у Марины и ушёл. Хороший клиент, и история в самом деле замечательная.

* * *

Перед отъездом я собрал всех на небольшое собрание.

На выходные студия закрывалась, но работа не должна была останавливаться. Я обвёл взглядом Лёху, Марину, Вику.

— Лёха, — начал я. — Ты продолжаешь тренироваться на латексе. Влад сказал, экзамен у тебя на следующей неделе. Не подведи меня.

— Не подведу, — серьёзно кивнул Лёха.

— Марина, если будут звонки, объясняй, что