Тень отступника - Артём Гармашов

Нар'миир фыркнул, бросил на стол несколько медяков и поднялся. У двери он всё-таки обернулся. Стол в дальнем углу пустовал.

— Идёшь? — окликнул Ризаан.

Нар'миир ответил не сразу. В дальнем углу уже занимали место другие интиты.

— Иду.

Он отвернулся и вышел следом в ночь.

Глава 5. Щит не звенел

04.06.935 Эпохи «Совета десяти»

Нар'миир сидел на табурете и терпел. Оруженосцы возились с доспехом уже несколько минут. Один всё никак не мог пристроить наплечник, второй дёргал кольчугу, будто надеялся сделать её легче.

— Руку выше, господин.

Нар'миир поднял руку.

— Ещё.

— Сейчас оторвётся.

Парень хмыкнул и сильнее затянул ремень. Где-то снаружи заржал конь. Кто-то тут же выругался. Нар'миир поморщился. Голова после вчерашнего всё ещё была тяжёлой.

— Плащ.

Младший тут же подал тёмно-синий плащ. Нар'миир застегнул фибулу и поднялся.

— Годится, — буркнул старший.

— Шлем.

Старший снял его со стойки. Чёрный. С медными заклёпками по краю. Осторожно надел на голову, поправил подшлемник и затянул ремни.

Нар'миир открыл забрало. Закрыл. Открыл снова. Не заедает.

— Сойдёт.

В этот момент полог тента откинулся, и внутрь шагнул Ризаан. Шлем он нёс под мышкой.

— Живой?

— Пока да.

Нар'миир поднялся. Кольчуга сразу напомнила о себе тяжестью в плечах.

— Если меня укачает, виноват будешь ты.

— Если тебя укачает, я расскажу всей сотне.

Нар'миир фыркнул.

Они вышли наружу.

Лагерь уже проснулся окончательно. Кто-то седлал лошадей, кто-то ругался, разыскивая потерянный ремень, кто-то тащил связку копий через весь проход между шатрами.

Нар'миир поднял голову.

Арена возвышалась над лагерем белой каменной громадой.

Снизу она казалась почти отвесной. Ярусы трибун поднимались один над другим, постепенно сужаясь кверху. Даже пустая, она подавляла.

На нижних рядах, должно быть, уже мельтешили служители, раскладывая подушки для знати. Верхние пока стояли пустыми, но через несколько часов там будет не протолкнуться.

Со стороны города уже тянулись эльфы и другие интиты.

Поток медленно стекался к арене — знать в ярких одеждах, купцы, ремесленники, простая городская голытьба. Голоса сливались в ровный гул.

— Пора, — сказал Ризаан.

Коноводы уже держали коней наготове. Нар'миир проверил подпругу, вставил ногу в стремя и легко вскочил в седло. Вокруг строились десятки.

— Седьмая, ко мне!

Нукеры привычно заняли места.

Канзаф-эль, как всегда, был справа. Нар'миир ни разу не видел, чтобы старик нервничал перед ритуалом. Возможно, тот просто разучился.

Карвек объезжал строй.

— Дистанцию держать, — бросил он на ходу. Потом посмотрел на одну из десяток. — И ради всех лун, не вздумайте сегодня опозориться.

Кто-то негромко хмыкнул. Карвек сделал вид, что не услышал. Вытащил меч.

— За мной.

Горны ударили неожиданно. Низкий звук прокатился над лагерем, отразился от белых стен арены и тяжело осел где-то под рёбрами.

Сотня тронулась вперёд.

Нар'миир ехал во главе десятки, чувствуя под собой ровный шаг коня. Ворота арены были уже открыты. Изнутри доносился гул. Они въехали под своды подтрибунного прохода. Стало прохладнее. Звук копыт загремел по камню и заметался под потолком. Потом проход закончился.

Свет ударил в глаза. Толпа взревела. Нар'миир невольно моргнул.

Белый камень трибун. Жёлтый песок арены. Тысячи лиц вокруг.

Сотня развернулась вдоль края арены. Горны продолжали гудеть. Звук бился о каменные стены и возвращался обратно, тяжёлый, давящий. Нар'миир чувствовал его даже не ушами — грудью.

Под копытами похрустывал песок. Конь то и дело дёргал ушами, нервничая от шума. Нар'миир поправил поводья.

Сотня двинулась вдоль стены арены. Он смотрел перед собой. Трибуны медленно проплывали справа.

Лица. Цветные пятна одежд. Чьи-то поднятые руки. Толпа шумела без умолку.

Отдельных голосов уже нельзя было разобрать. Только сплошной гул, от которого к концу круга начинала болеть голова.

Нар'миир поймал себя на том, что ждёт команды перейти на рысь. Наконец впереди зашевелился строй.

Кони прибавили ход. Песок зашуршал под копытами быстрее. Стало легче. Движение забирало лишние мысли.

— Стоять! Спешиться!

Карвек поднял руку. Сотня остановилась. Нукеры и тарханы спрыгнули на землю. Оруженосцы тут же подхватили поводья и повели лошадей под трибуны.

Нар'миир ступил на песок. Сверху он казался рыхлым, но подошва почти сразу упёрлась в твёрдую землю.

Он поднял голову. Трибуны были забиты интитами. Шум никуда не делся, но теперь Нар'мииру казалось, что он чувствует на себе отдельные взгляды. По краю арены уже выстроилась сотня. Плащи едва заметно шевелились на ветру.

По знаку Карвека тарханы поднялись на каменный помост у восточной стены. Нар'миир занял своё место рядом с Ризааном.

На противоположной стороне арены уже ждал лейфар.

Таранис стоял неподвижно, опираясь на меч, остриём воткнутый в песок. Чёрный церемониальный доспех покрывали серебряные руны и фигуры зверей. На наплечниках и рукояти меча тускло поблёскивал обсидиан. Забрало было поднято.

Ветер шевелил Чёрные, чуть седоватые волосы. Нар'миир поймал себя на мысли, что Лейфар выглядит старше любого из них.

И при этом совсем не похож на старика.

— Смотри, — шепнул Ризаан. — Будто на прогулку вышел. Как думаешь, о чём он сейчас думает?

— Наверное, пытается вспомнить, сколько раз уже это делал, — так же тихо ответил Нар'миир.

Из-за спины Лейфара вышел герольд — высокий тёмный эльф в длинной алой мантии, с платиновой цепью на шее. Он поднял руку.

Горны смолкли.

Тишина стала такой плотной, что Нар'миир услышал скрип ремней где-то внизу, у края арены.

— Подданные Кара'Тага! — голос герольда разнёсся по арене. Даже на помосте каждое слово звучало так, будто он стоял рядом. — Сегодня, в день примирения трёх ночных светил, мы собрались здесь, чтобы свершить древний обычай!

Нар'миир поднял взгляд. Над горизонтом едва проступали три бледные луны.

— Поединок за право быть лейфаром! За право вести наш народ! За право восседать на троне, который помнит имена всех правителей от основания!

Толпа загудела. Герольд поднял руку.

— Сражаются двое! Действующий лейфар, защитник границ, сын Таранора — Таранис Бёрион!

Лейфар слегка склонил голову. Трибуны взорвались криками.

— И претендент! Тот, кто одолел тринадцать соперников в отборочных боях! Нукер первой сотни, первой десятки — Заран!

Из тени подтрибунного прохода вышел молодой тёмный эльф. Светлые волосы сразу бросались в глаза — среди его народа такое встречалось редко. На нём была лёгкая кожаная броня со стальными накладками на предплечьях и голенях. В одной руке он нёс копьё с широким наконечником, в другой — круглый щит, окованный медью.

Он шёл спокойно. Будто вышел на тренировку, а не на поединок за трон.

— Молодой, — прошептал Ризаан. — И смелый.

— Скорее глупый, — ответил Нар'миир. — Вышел в коже против Лейфара.

Претендент остановился в двадцати шагах от Тараниса.

— Приветствуйте друг друга! —